Четвертая книга из цикла «Приключения Дворкина». На этот раз главному герою предстоит провести собственное расследование таинственных убийств, произошедших в настоящем замке под Шаровкой. Кто этот монстр, терзающий деревенских жителей не одно десятилетие? И как он связан с историей, случившейся много лет назад в семье хозяина замка — барона Кенинга? Справится ли Дворкин на этот раз? Содержит нецензурную брань.
Добавить в моё избранное
251 мин, 3 сек 22546
Вздохнув, Романа открыл капот, начав осматривать внутренности иномарки. К сожалению, он мог их только посмотреть, так как понятия не имел, как и что в этом сложно механизме работает, предпочитая авто отдавать ремонтировать специалистам. Зачем-то потрогал клеммы на аккумуляторе, подвигал какие-то шланги и трубки. Тяжело вздохнул и захлопнул капот обратно. Все равно это пользы не принесет. Придется тащиться обратно в Шаровку за каким-нибудь местным Кулибиным, а потом гнать на автосервис, потому как волка ноги кормят, а риелтора — машина.
Неожиданно тонированное стекло его автомобиля поехало вниз, опускаясь на совсем чуть-чуть. Роман даже подпрыгнул от неожиданности.
— Хороший денек сегодня, не правда ли? — из авто донесся голос барона Кенинга, лицо которого за все время их сотрудничества Чухненко так и не видел.
— Зачем же так пугать? — разозлился Роман. — Я уж думал…
— Что это шаровский монстр, убивающий людей? — с легкой язвительной усмешкой спросил барон.
— Нет, но… — смешался риелтор, сжав в кулаке ключи от машины. Он точно помнил, что закрывал на центральный замок свой автомобиль, когда выходил осмотреться. Эта привычка у него была еще из далеких девяностых, когда ни в коем случае нельзя было бросать транспортное средство открытым. Мошенники и угонщики только и ждали на улицах Харькова таких растяп. Себя к ним он не относил.
— Брось, трястись, как девка на выданье! — с издевкой добавил строгий, чуть хрипловатый голос. — Вы просто забыли закрыть машину!
Роман помнил все наоборот, к тому же вот оно доказательство в потной от ужаса ладони, ключи от иномарки впились в холеную кожу. Риелтор точно знал, что вокруг не было ни души, когда авто заглохло, так что не зря он боится заказчика, называющего себя бароном Кенингом, ох, не зря!
— Может быть… — смешался Чухненко. — Чем обязан? Вы передумали продавать замок?
— Ха… ха… ха… — каркающий смех резанул по ушам. Он еще никогда не слышал. Чтобы так смеялся человек. Боже, куда же он впутался? — К вашему сожалению, нет. Сделка должна состоятся, а отсрочка нам на руку… Потому как здесь у меня остались кое-какие незаконченные дела.
— Тогда что…
— У меня для вас есть небольшое поручение, выполнив которое вы немного увеличите свой процент от сделки, — голос барона, который по-прежнему сидел в тонированной машине, звучал, как из могилы.
— Я не ваш секретарь-референт и… — боль скрутила все тело, свернув его в тугой рулон. Чухненко упал на одно колено, пытаясь впихнуть в себя хоть капельку воздуха. Легкие пронзили сотни маленьких иголочек, а в голове заискрило, будто его со всего маху оглушили чем-то тяжелым. — Что за… — прохрипел он, чувствуя, как внутри него, сосуды натягиваются, будто стальные канаты.
— Думаю, этой маленькой демонстрации вам достаточно, и мы определили раз и навсегда, что вы будете тем, кем назначу вас я, — голос из машины был уверен в себе и удивительно спокоен. Роман, рухнул на землю, его закрутило, он еле сдерживался, чтобы не заорать от боли во весь голос.
— Хор… хор… хорошо! — выдавил он себя, и тут же боль отпустила. С облегчением пришло какое-то умиротворение, а силы казалось бы прибавилось в разы.
— Вот и хорошо! — барон Кенинг подобрел. — В деревне Шаровка живет некто Михалыч — местный активист. Он будоражит общественность слухами о некоем монстре, каждый год убивающим пять человек шаровцев. Пугает людей, подбивает их искать этого монстра с вилами и топорами, как в старину… — пояснил Леопольд Леопольдович. — Мне бы не хотелось, чтобы эти слухи сорвали бы нам сделку. Вы, кстати, в этом тоже кровно заинтересованы… Только почему-то ни хрена не делаете.
— Я не знал.
— Теперь знаете, — просто ответил барон, — с ним надо поговорить и убедить не лезть туда, куда его не просят.
— Я сделаю… Сделаю позже!
— Роман… Роман… — проговорил Кенинг. — вы так и не усвоили урока, который я вам преподал.
Резкий взрыв боли снова поглотил тело Чухненко, но теперь он был готов к этому. Однако, выстоять все равно не удалось. Он припал на колено, чаще задышал.
— Что надо делать?
— Найдите его сейчас же! Пока в замок не ворвались крестьяне и не сожгли его к чертовой матери!
— А как же гости Заславского? Мне надо их встретить…
— Скажите, что пробили на плохой дороге колесо. Извинитесь и попросите подождать. Пусть погуляют по парку, подышать свежим воздухом. Я тоже хочу на них посмотреть…
— Я так и сделаю! — приступ прекратился. Чухненко был уверен, что эта боль напрямую связана с бароном Кенингом. Он владел и управлял ее. Захотел мучить — мучает, не захотел — Роман дышит нормально и спокойно живет. Риелтор уже начал подозревать своего нанимателя в этих таинственных убийствах последних дней в Шаровке. Уж больно странный был этот Леопольд Леопольдович, да и не видел его Чухненко никогда, лишь долговязую фигуру, укрытую длинным плащом с глубоким капюшоном.
Неожиданно тонированное стекло его автомобиля поехало вниз, опускаясь на совсем чуть-чуть. Роман даже подпрыгнул от неожиданности.
— Хороший денек сегодня, не правда ли? — из авто донесся голос барона Кенинга, лицо которого за все время их сотрудничества Чухненко так и не видел.
— Зачем же так пугать? — разозлился Роман. — Я уж думал…
— Что это шаровский монстр, убивающий людей? — с легкой язвительной усмешкой спросил барон.
— Нет, но… — смешался риелтор, сжав в кулаке ключи от машины. Он точно помнил, что закрывал на центральный замок свой автомобиль, когда выходил осмотреться. Эта привычка у него была еще из далеких девяностых, когда ни в коем случае нельзя было бросать транспортное средство открытым. Мошенники и угонщики только и ждали на улицах Харькова таких растяп. Себя к ним он не относил.
— Брось, трястись, как девка на выданье! — с издевкой добавил строгий, чуть хрипловатый голос. — Вы просто забыли закрыть машину!
Роман помнил все наоборот, к тому же вот оно доказательство в потной от ужаса ладони, ключи от иномарки впились в холеную кожу. Риелтор точно знал, что вокруг не было ни души, когда авто заглохло, так что не зря он боится заказчика, называющего себя бароном Кенингом, ох, не зря!
— Может быть… — смешался Чухненко. — Чем обязан? Вы передумали продавать замок?
— Ха… ха… ха… — каркающий смех резанул по ушам. Он еще никогда не слышал. Чтобы так смеялся человек. Боже, куда же он впутался? — К вашему сожалению, нет. Сделка должна состоятся, а отсрочка нам на руку… Потому как здесь у меня остались кое-какие незаконченные дела.
— Тогда что…
— У меня для вас есть небольшое поручение, выполнив которое вы немного увеличите свой процент от сделки, — голос барона, который по-прежнему сидел в тонированной машине, звучал, как из могилы.
— Я не ваш секретарь-референт и… — боль скрутила все тело, свернув его в тугой рулон. Чухненко упал на одно колено, пытаясь впихнуть в себя хоть капельку воздуха. Легкие пронзили сотни маленьких иголочек, а в голове заискрило, будто его со всего маху оглушили чем-то тяжелым. — Что за… — прохрипел он, чувствуя, как внутри него, сосуды натягиваются, будто стальные канаты.
— Думаю, этой маленькой демонстрации вам достаточно, и мы определили раз и навсегда, что вы будете тем, кем назначу вас я, — голос из машины был уверен в себе и удивительно спокоен. Роман, рухнул на землю, его закрутило, он еле сдерживался, чтобы не заорать от боли во весь голос.
— Хор… хор… хорошо! — выдавил он себя, и тут же боль отпустила. С облегчением пришло какое-то умиротворение, а силы казалось бы прибавилось в разы.
— Вот и хорошо! — барон Кенинг подобрел. — В деревне Шаровка живет некто Михалыч — местный активист. Он будоражит общественность слухами о некоем монстре, каждый год убивающим пять человек шаровцев. Пугает людей, подбивает их искать этого монстра с вилами и топорами, как в старину… — пояснил Леопольд Леопольдович. — Мне бы не хотелось, чтобы эти слухи сорвали бы нам сделку. Вы, кстати, в этом тоже кровно заинтересованы… Только почему-то ни хрена не делаете.
— Я не знал.
— Теперь знаете, — просто ответил барон, — с ним надо поговорить и убедить не лезть туда, куда его не просят.
— Я сделаю… Сделаю позже!
— Роман… Роман… — проговорил Кенинг. — вы так и не усвоили урока, который я вам преподал.
Резкий взрыв боли снова поглотил тело Чухненко, но теперь он был готов к этому. Однако, выстоять все равно не удалось. Он припал на колено, чаще задышал.
— Что надо делать?
— Найдите его сейчас же! Пока в замок не ворвались крестьяне и не сожгли его к чертовой матери!
— А как же гости Заславского? Мне надо их встретить…
— Скажите, что пробили на плохой дороге колесо. Извинитесь и попросите подождать. Пусть погуляют по парку, подышать свежим воздухом. Я тоже хочу на них посмотреть…
— Я так и сделаю! — приступ прекратился. Чухненко был уверен, что эта боль напрямую связана с бароном Кенингом. Он владел и управлял ее. Захотел мучить — мучает, не захотел — Роман дышит нормально и спокойно живет. Риелтор уже начал подозревать своего нанимателя в этих таинственных убийствах последних дней в Шаровке. Уж больно странный был этот Леопольд Леопольдович, да и не видел его Чухненко никогда, лишь долговязую фигуру, укрытую длинным плащом с глубоким капюшоном.
Страница 23 из 72
