Четвертая книга из цикла «Приключения Дворкина». На этот раз главному герою предстоит провести собственное расследование таинственных убийств, произошедших в настоящем замке под Шаровкой. Кто этот монстр, терзающий деревенских жителей не одно десятилетие? И как он связан с историей, случившейся много лет назад в семье хозяина замка — барона Кенинга? Справится ли Дворкин на этот раз? Содержит нецензурную брань.
Добавить в моё избранное
251 мин, 3 сек 22547
— Вот и договорились! — рассмеялся голос. — А говорили не референт, не референт… Кстати, у вас хорошая машина, жаль клемма на аккумуляторе соскочила, а то бы ехали и ехали еще…
Роман дернулся к капоту. Он четко помнил, что первым делом проверил именно клеммы, но когда его открыл, то одна из них соскочила и висела в стороне на пластиковых креплениях.
— И правда! — прокричал он, но стекло уже было поднято, а у риелтора было такое ощущение, что Кенинга в автомобиле уже нет. Легко устранив поломку, Рома сел за руль, вцепившись в него, как в спасательный круг. В голове роились мысли. Кто этот Кенинг? Зачем ему Михалыч? И что за игру ведет таинственный владелец Белого лебедя? Все это никак не укладывалось в голове. Чухненко забарабанил пальцами по тугой кожаной оплетке руля. А потом резко обернулся назад. На сиденье не было и следа испарившегося барона. Может пора сходить к врачу, и это были обычные галлюцинации? На всякий случай поплевав через левое плечо, хотя никогда не чувствовал себя мнительным, Роман развернулся и двинулся обратно в деревню искать Михалыча, заинтересовавшего своей персоной самого барона.
С чего начать поиски человека, которого в деревне все должны знать, как известную личность? Да с любого жителя этого села! Именно так. Чухненко и поступил… Он подъехал к небольшому ларьку, в котором, на первый взгляд, продавалось практически все, от гаечек и болтиков. До прокладок и жевательной резинки. На небольшом порожке курила молодая девчушка, запивая терпкий сигаретный дым ароматным кофе.
— День добрый, красавица! — крикнул он ей, поигрывая ключами от машины, на брелоке которых легко можно было рассмотреть логотип брендовой марки.
— Здравствуйте! — ответила та. Ее совсем не заинтересовал ни дорогой костюм от Версаче, ни логотип баснословно дорогой иномарки, ни, пожалуй сам Роман, приблизившийся к ней совсем близко.
— А что это у вас тишина такая на улице, будто вымерли все? — спросил Рома, оглядев пустые улицы. На самой большой из них кое-где валялись обрывки газет, пару пустых бутылок. Вдалеке, в тенечке высоченных тополей притаился полицейский уазик, раскрашенный еще в тот самый старый желтый свет, бороздящий, видимо, просторы Шаровки еще со временем СССР.
— Так с майдана все по домам и разошлись. Нынче у нас ходить по улицам небезопасно, — просто ответила девушка, закурив еще одну тонкую сигарету. — А вы наверное не местный? Я местных практически всех знаю… — похвасталась она.
— Угадали! — подмигнул Роман ей. — Я из Харькова.
— Я тоже там училась…
— И работаете здесь? — он критически оглядел скромное здание ларька.
— А что делать? В селе работы нет… Только так и перебиваемся. Может скоро туристы повалят, вот тогда заживем. Говорят какой-то олигарх купил наш Белый лебедь за двести миллионов … Теперь хочет там устроить экскурсии и дорогую гостиницу. Только вряд ли у него это получится… — грустно заметила она.
— Это еще почему? — нахмурился он.
— Проклятое место там… И Шаровка из-за этого страдает…
— Проклятое? — переспросил Чухненко, вспомнив, как Леопольд Кенинг, не прикасаясь, уложил его на землю, заставив визжать от боли.
— Монстр там живет. У него раз в году гон начинается….Еду требует! Вот смерти и… Ой, — спохватилась она неизвестно от чего. — Совсем я с вами заболталась. Мне еще товар пересчитывать.
Тема монстра из Белого лебедя оказалась для девушки запретной. Поняв, что новому в селе человеку сболтнула лишнего, девушка пошла на попятную.
— Покупать что будете? — строго спросила она, уже открыв окошко ларька, заклеенное изнутри этикетками рошеновского шоколада.
— Да я собственно спросить… — замялся Роман. — Мне надо найти одного человека — Михалыч… кажется…
— О! Так это вам по той улице и направо крайний дом, — узкая худенькая ладошка высунулась из окна, указав куда-то в проулок, заросший густыми кленами, — у него еще синие ворота.
— Спасибочки! — улыбнулся Чухненко, собираясь уже уходить, но был снова остановлен подсказкой девушки.
— Только на своей машине туда не пробуйте и ехать! Там колдобины одна глубже другой. Всю подвеску оставите. Вы бросьте ее тут. Я пригляжу, а у нас в селе воров нет.
Роман с сомнением поглядел на замызганный ларек, полицию, крутящуюся где-то поблизости, и все-таки решился.
— Спасибо!
Быстрым шагом пошел по проулку, мимоходом отметив, что девушка-продавщица все-таки была права. Асфальт здесь исчез, как явление еще лет тридцать назад. В огромной прямо посреди дороги яме плескалась грязная черная жижа, по обочине кудахтали курицы, важно бродящие по первой зеленой травке, что-то с умным видом выбирающие среди мелких щеп и кусочков обычного мусора.
Синие ворота он разглядел издалека.
Роман дернулся к капоту. Он четко помнил, что первым делом проверил именно клеммы, но когда его открыл, то одна из них соскочила и висела в стороне на пластиковых креплениях.
— И правда! — прокричал он, но стекло уже было поднято, а у риелтора было такое ощущение, что Кенинга в автомобиле уже нет. Легко устранив поломку, Рома сел за руль, вцепившись в него, как в спасательный круг. В голове роились мысли. Кто этот Кенинг? Зачем ему Михалыч? И что за игру ведет таинственный владелец Белого лебедя? Все это никак не укладывалось в голове. Чухненко забарабанил пальцами по тугой кожаной оплетке руля. А потом резко обернулся назад. На сиденье не было и следа испарившегося барона. Может пора сходить к врачу, и это были обычные галлюцинации? На всякий случай поплевав через левое плечо, хотя никогда не чувствовал себя мнительным, Роман развернулся и двинулся обратно в деревню искать Михалыча, заинтересовавшего своей персоной самого барона.
С чего начать поиски человека, которого в деревне все должны знать, как известную личность? Да с любого жителя этого села! Именно так. Чухненко и поступил… Он подъехал к небольшому ларьку, в котором, на первый взгляд, продавалось практически все, от гаечек и болтиков. До прокладок и жевательной резинки. На небольшом порожке курила молодая девчушка, запивая терпкий сигаретный дым ароматным кофе.
— День добрый, красавица! — крикнул он ей, поигрывая ключами от машины, на брелоке которых легко можно было рассмотреть логотип брендовой марки.
— Здравствуйте! — ответила та. Ее совсем не заинтересовал ни дорогой костюм от Версаче, ни логотип баснословно дорогой иномарки, ни, пожалуй сам Роман, приблизившийся к ней совсем близко.
— А что это у вас тишина такая на улице, будто вымерли все? — спросил Рома, оглядев пустые улицы. На самой большой из них кое-где валялись обрывки газет, пару пустых бутылок. Вдалеке, в тенечке высоченных тополей притаился полицейский уазик, раскрашенный еще в тот самый старый желтый свет, бороздящий, видимо, просторы Шаровки еще со временем СССР.
— Так с майдана все по домам и разошлись. Нынче у нас ходить по улицам небезопасно, — просто ответила девушка, закурив еще одну тонкую сигарету. — А вы наверное не местный? Я местных практически всех знаю… — похвасталась она.
— Угадали! — подмигнул Роман ей. — Я из Харькова.
— Я тоже там училась…
— И работаете здесь? — он критически оглядел скромное здание ларька.
— А что делать? В селе работы нет… Только так и перебиваемся. Может скоро туристы повалят, вот тогда заживем. Говорят какой-то олигарх купил наш Белый лебедь за двести миллионов … Теперь хочет там устроить экскурсии и дорогую гостиницу. Только вряд ли у него это получится… — грустно заметила она.
— Это еще почему? — нахмурился он.
— Проклятое место там… И Шаровка из-за этого страдает…
— Проклятое? — переспросил Чухненко, вспомнив, как Леопольд Кенинг, не прикасаясь, уложил его на землю, заставив визжать от боли.
— Монстр там живет. У него раз в году гон начинается….Еду требует! Вот смерти и… Ой, — спохватилась она неизвестно от чего. — Совсем я с вами заболталась. Мне еще товар пересчитывать.
Тема монстра из Белого лебедя оказалась для девушки запретной. Поняв, что новому в селе человеку сболтнула лишнего, девушка пошла на попятную.
— Покупать что будете? — строго спросила она, уже открыв окошко ларька, заклеенное изнутри этикетками рошеновского шоколада.
— Да я собственно спросить… — замялся Роман. — Мне надо найти одного человека — Михалыч… кажется…
— О! Так это вам по той улице и направо крайний дом, — узкая худенькая ладошка высунулась из окна, указав куда-то в проулок, заросший густыми кленами, — у него еще синие ворота.
— Спасибочки! — улыбнулся Чухненко, собираясь уже уходить, но был снова остановлен подсказкой девушки.
— Только на своей машине туда не пробуйте и ехать! Там колдобины одна глубже другой. Всю подвеску оставите. Вы бросьте ее тут. Я пригляжу, а у нас в селе воров нет.
Роман с сомнением поглядел на замызганный ларек, полицию, крутящуюся где-то поблизости, и все-таки решился.
— Спасибо!
Быстрым шагом пошел по проулку, мимоходом отметив, что девушка-продавщица все-таки была права. Асфальт здесь исчез, как явление еще лет тридцать назад. В огромной прямо посреди дороги яме плескалась грязная черная жижа, по обочине кудахтали курицы, важно бродящие по первой зеленой травке, что-то с умным видом выбирающие среди мелких щеп и кусочков обычного мусора.
Синие ворота он разглядел издалека.
Страница 24 из 72
