История ритуальных преступлений, т.е. преступлений, совершенных на почве религиозного фанатизма с соблюдением ритуальной обрядности и преследующих сакральные цели, относится к сравнительно малоизвестному разделу истории сыска.
Добавить в моё избранное
56 мин, 57 сек 20682
Согласно постулатам скопческой ереси Христос был скопцом, оскопленным Иоанном Предтечей, который и сам был скопцом. Второе пришествие Христа уже состоялось и земным воплощением Бога явился, как уже упоминалось, Император Петр Третий.
Слепая вера в этот догмат предопределила особое почитание Петра Третьего скопцами, которые собирали и почитали все его печатные изображения, а также монеты с его вензелем и профилем. По мысли теоретиков скопчества в конце веков грядет Страшный суд, когда Иисус Христос сядет на трон в Санкт-Петербурге и в этом «новом Иерусалиме» возьмется воздавать всем, попиравшем скопческую религию. Страшный суд воздаст всем виноватым в гонениях на сектантов по заслугам, но спасет всех«скопцов», которых к тому моменту будет 140 тыс. человек. Сами себя еретики называли «светом Христовым» и объявляли«Божией свитой». Помимо воплощений самого Иисуса Христа сектанты верили и в неоднократные перевоплощения Богоматери. Несмотря на внешнее почитание Христа, Девы Марии, ветхозаветной истории скопцы менее всего были христианами. Правила секты требовали от адептов при принятиив ряды организации страшных клятв и проклятий: новообращенный плевал на православный крест и символически бросал его через плечо, отвергая тем самым христианскую религию, проклинал отца и мать, зачавших его в грехе, проклинал землю, воду, небо и месяц…
«Скопцы» селились крупными общинами, которые они сами называли«кораблями». Глава общины величался «кормчим». Каждый «кормчий» имел женскую свиту, все члены которой также были кастрированы. Организация«корабля» была в максимальной степени приспособлена к вовлечению в секту новых членов. Скопцы держали трактиры и постоялые дворы, куда пристраивали молодых и симпатичных девушек для того, чтобы привлекать мужчин. Будучи очень зажиточными, сектанты вовсю использовали элемент материального стимулирования новообращенных: ссужали деньгами, помогали с заведением своего дела и т. п. Многочисленные исторические свидетельства отмечают поразительную способность скопческих проповедников воздействовать на людей словом. Дар убеждения, проявленный рядовым членом секты, способствовал его росту во внутриобщинной иерархии. Вообще, культура речи и слова, видимо, стоялау«скопцов» на чрезвычайно высоком уровне. Предания повествуют об их удивительно красивых«распевах», явившихся развитием традиционного для Православия церковного пения. «Распевы» сильно отличались по своей технике от традиционного пения и служили, очевидно, важным элементом самогипноза, способствовавшим погружению человека в экстатический транс. Об этом можно говорить сейчас только в сослагательном наклонении, поскольку эта психотехника ныне полностью утрачена и восстановить ее не представляется возможным.
Абсолютно достоверно то, что скопцы широко использовали в своей практике химические преператы одурманивающего действия. В этом смысле они намного опередили нынешних сектанов. Опаивание людей растворами экстрактов болиголова, волчьей ягоды и прочих весьма ядовитых растений, широко использовалось скопцами для того, чтобы вызывать галлюцинации, обездвиживание, либо анестезию. В зависимости от решаемых задач общинные знахари использовали различные средства. Моменты, связанные с применением химических препаратов, получили довольно точное освещение в ходе расследований, проведенных властями, и к этому вопросу придется еще возвратиться в другом месте.
Свой в высшей степени мрачный и человеконенавистнический облик скопцы продолжительное время умудрялись скрывать. Конец 18 и начало 19-го столетия они прожили в центральных российских губерниях практически не привлекая к себе внимания властей. Многочисленные «корабли» скопцов находились отнюдь не за Уралом и не в Сибири, а в Курской, Новгородской губерниях, в Рязани, в обеих столицах. Здесь они численно росли, активно вербуя в свои ряды недовольных петровскими реформами людей, и богатели, богатели, богатели… Дух стяжания, накопительства, лицемерного скопидомства пронзал собою идеологию секты, внешне проповедовавшей нищету и простоту быта.
Профессор богословия Тимофей Буткевич, изучавший скопцов в конце 19-го столетия, подчеркивал их «крайнюю враждебность к кровным родным, не исключая ни родителей, ни детей». А бытописатель А. Бычков примерно в то же время дал сектантам такую уничижительную характеристику: «Скопцов никто не любит; а сами они друг друга ненавидят, страшно лицемеря друг перед другом, называя друг друга» братцем«и (при этом — прим. murder's site) готовы перегрызть друг другу горло из-за ломаного гроша».
Скопцы всегда держали дистанцию с окружавшими их людьми. Нескопец практически не мог попасть в дом сектанта. Жилища скопцов всегда имели вход со двора, который непременно сторожили злобные собаки. Окна в своих домах эти люди традиционно держали с закрытыми ставнями. Скопцы одевались таким образом, чтобы всегда быть в белой рубашке; если в силу каких-то причин белую рубашку нельзя было одеть (скажем, во время похорон), сектанты держали в руках чистые белые платки (допускались иногда не чисто белые, а в горошек).
Слепая вера в этот догмат предопределила особое почитание Петра Третьего скопцами, которые собирали и почитали все его печатные изображения, а также монеты с его вензелем и профилем. По мысли теоретиков скопчества в конце веков грядет Страшный суд, когда Иисус Христос сядет на трон в Санкт-Петербурге и в этом «новом Иерусалиме» возьмется воздавать всем, попиравшем скопческую религию. Страшный суд воздаст всем виноватым в гонениях на сектантов по заслугам, но спасет всех«скопцов», которых к тому моменту будет 140 тыс. человек. Сами себя еретики называли «светом Христовым» и объявляли«Божией свитой». Помимо воплощений самого Иисуса Христа сектанты верили и в неоднократные перевоплощения Богоматери. Несмотря на внешнее почитание Христа, Девы Марии, ветхозаветной истории скопцы менее всего были христианами. Правила секты требовали от адептов при принятиив ряды организации страшных клятв и проклятий: новообращенный плевал на православный крест и символически бросал его через плечо, отвергая тем самым христианскую религию, проклинал отца и мать, зачавших его в грехе, проклинал землю, воду, небо и месяц…
«Скопцы» селились крупными общинами, которые они сами называли«кораблями». Глава общины величался «кормчим». Каждый «кормчий» имел женскую свиту, все члены которой также были кастрированы. Организация«корабля» была в максимальной степени приспособлена к вовлечению в секту новых членов. Скопцы держали трактиры и постоялые дворы, куда пристраивали молодых и симпатичных девушек для того, чтобы привлекать мужчин. Будучи очень зажиточными, сектанты вовсю использовали элемент материального стимулирования новообращенных: ссужали деньгами, помогали с заведением своего дела и т. п. Многочисленные исторические свидетельства отмечают поразительную способность скопческих проповедников воздействовать на людей словом. Дар убеждения, проявленный рядовым членом секты, способствовал его росту во внутриобщинной иерархии. Вообще, культура речи и слова, видимо, стоялау«скопцов» на чрезвычайно высоком уровне. Предания повествуют об их удивительно красивых«распевах», явившихся развитием традиционного для Православия церковного пения. «Распевы» сильно отличались по своей технике от традиционного пения и служили, очевидно, важным элементом самогипноза, способствовавшим погружению человека в экстатический транс. Об этом можно говорить сейчас только в сослагательном наклонении, поскольку эта психотехника ныне полностью утрачена и восстановить ее не представляется возможным.
Абсолютно достоверно то, что скопцы широко использовали в своей практике химические преператы одурманивающего действия. В этом смысле они намного опередили нынешних сектанов. Опаивание людей растворами экстрактов болиголова, волчьей ягоды и прочих весьма ядовитых растений, широко использовалось скопцами для того, чтобы вызывать галлюцинации, обездвиживание, либо анестезию. В зависимости от решаемых задач общинные знахари использовали различные средства. Моменты, связанные с применением химических препаратов, получили довольно точное освещение в ходе расследований, проведенных властями, и к этому вопросу придется еще возвратиться в другом месте.
Свой в высшей степени мрачный и человеконенавистнический облик скопцы продолжительное время умудрялись скрывать. Конец 18 и начало 19-го столетия они прожили в центральных российских губерниях практически не привлекая к себе внимания властей. Многочисленные «корабли» скопцов находились отнюдь не за Уралом и не в Сибири, а в Курской, Новгородской губерниях, в Рязани, в обеих столицах. Здесь они численно росли, активно вербуя в свои ряды недовольных петровскими реформами людей, и богатели, богатели, богатели… Дух стяжания, накопительства, лицемерного скопидомства пронзал собою идеологию секты, внешне проповедовавшей нищету и простоту быта.
Профессор богословия Тимофей Буткевич, изучавший скопцов в конце 19-го столетия, подчеркивал их «крайнюю враждебность к кровным родным, не исключая ни родителей, ни детей». А бытописатель А. Бычков примерно в то же время дал сектантам такую уничижительную характеристику: «Скопцов никто не любит; а сами они друг друга ненавидят, страшно лицемеря друг перед другом, называя друг друга» братцем«и (при этом — прим. murder's site) готовы перегрызть друг другу горло из-за ломаного гроша».
Скопцы всегда держали дистанцию с окружавшими их людьми. Нескопец практически не мог попасть в дом сектанта. Жилища скопцов всегда имели вход со двора, который непременно сторожили злобные собаки. Окна в своих домах эти люди традиционно держали с закрытыми ставнями. Скопцы одевались таким образом, чтобы всегда быть в белой рубашке; если в силу каких-то причин белую рубашку нельзя было одеть (скажем, во время похорон), сектанты держали в руках чистые белые платки (допускались иногда не чисто белые, а в горошек).
Страница 5 из 18
