Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
Добавить в моё избранное
157 мин, 7 сек 11543
Однако, торс в бочке был мужским — это можно было понять по одному только взгляду на промежность. Значит, он не мог принадлежать Элизабет Хэйдон…
Констебль Дрейд принялся открывать бочки — и в каждой оказывались расчленённые человеческие останки, залитые остро пахнухшей кислотой. Шесть бочек — сколько в них могло находиться тел? И сколько же в них залили кислоты?
С вечера 18 мая в Сноутауне началась лихорадочная полицейская активность. Все криминалистические подразделения SAPOL были направлены для работы в бывшем здании банка и изучения машины Элизабет Хэйдон, срочно доставленной в Аделаиду. Всё это делалось в условиях максимальной скрытности, дабы информация о работе полиции в Сноутауне раньше времени не просочилась в средства массовой информации.
Содержимое бочек оказалось следующим (нумерация условна, половая принадлежность отдельных рук, ног и голов не приводится ввиду того, что кислота сильно повредила их кожные и волосяные покровы, сделав в большинстве случаев невозможным однозначное определение половой принадлежности):
— Бочка №1: человеческая голова — 1, руки от плеча полностью — 2 (левая и правая), нога от тазобедренного сустава правая — 1, торс мужской — 1;
— Бочка №2: торс без рук женский — 1, ноги от бедра — 2 (правая и левая);
— Бочка №3: человеческие головы — 4, нога левая от середины бедра вниз — 1, рука правая от плечевого сустава -1;
— Бочка №4: ноги правые от коленного сустава вниз — 4, рука левая от середины плечевой кости вниз — 1, торс мужской — 1;
— Бочка №5: ноги — 4 (левые и правые разной длины), торсы мужские — 2;
— Бочка №6: человеческие головы — 2, торс без рук мужской — 1, ноги — 3.
Итого, в шести бочках находились 6 человеческих голов, 15 ног и 6 торсов. А это означало, что расчленённые останки принадлежали при жизни их обладателей по меньшей мере 8 разным людям.
Как только руководство правоохранительных органов Южной Австралии было поставлено в известность о масштабах преступной деятельности группы Бантина, немедленно было возбуждено уголовное расследование (напомним, до этого велась оперативная разработка подозреваемых в рамках поиска бз вести пропавшей Элизабет Хэйдон, т. е. никакого уголовного дела не существовало). Была создана следственная группа с условным названием «Chart» («Диаграмма») в количестве 33 чел., в которую вошли сотрудники Отдела расследования тяжких преступлений полиции штата, Отдела розыска без вести пропавших, прокуратуры и криминалистических подразделений. Возглавил «Диаграмму» старший суперинтендант SAPOL Пол Шрэмм (Paul Schramm).Т. о. получалось, что Дэниса Эдмондса, проводившего всю подготовительную работу на протяжении многих месяцев, в самый кульминационный момент отодвинули на задний план (хотя он был включён в состав«Диаграммы» и продолжил работу над этим делом). Такова специфика полицейского администрирования — чем расследование ближе к успеху, тем больше желающих его возглавить…
Первой проблемой, с которой столкнулись правоохранители, явилась идентификация останков. Благодаря предыдущей работе Эдмондса и его людей члены «Диаграммы» приблизительно представляли, чьи именно останки могли находиться в бочках, однако, пропавших было меньше, чем трупов, да и сохранность последних вызывала большую тревогу. Впрочем, уже первые результаты работы судебных медиков оказались обнадёживающими. Выяснилось, что невежество убийц, поместивших тела в концентрированную соляную кислоту, сыграло с ними злую шутку. Они не знали, что активность многих сильных кислот (серной и соляной в том числе) с понижением концентрации возрастает, именно поэтому их хранят и перевозят в концентрированном виде. 36%-ая соляная кислота оказалась вовсе не так активна, как этого опасались в начале своей работы судебные медики и криминалисты.
Вступив первоначально в реакцию с человеческой плотью, кислота быстро создала вокруг неё своеобразную подушку из пены, изолировавшей кожу от опасного химиката. Как впоследствии пошутил профессор криминальной антропологии Университета Аделаиды Мэциж Хеннеберг (Maciej Henneberg): «заливая трупы концентрированной кислотой, убийцы фактически сделали консервы, защитив останки от гниения». Сохранность некоторых фрагментов оказалась настолько хороша, что криминалистам удалось даже дактилоскопировать некоторые руки, извлеченные из кислоты (как это не покажется кому-то удивительным… Первый труп был идентифицирован уже 27 мая именно по отпечаткам пальцев. По иронии судьбы, если бы убийцы ничего не выдумывали и просто выбросили бы тела в пустыне, то это оказалось бы намного более эффективным способом «заметания следов», нежели помещение трупов в кислоту.
Другой проблемой, потребовавшей быстрого принятия решения, оказался выбор стратегии дальнейших действий. С одной стороны, трупы, найденные в помещении, арендованном Марком Хэйдоном, если и уличали кого-то, то только одного Хэйдона.
Констебль Дрейд принялся открывать бочки — и в каждой оказывались расчленённые человеческие останки, залитые остро пахнухшей кислотой. Шесть бочек — сколько в них могло находиться тел? И сколько же в них залили кислоты?
С вечера 18 мая в Сноутауне началась лихорадочная полицейская активность. Все криминалистические подразделения SAPOL были направлены для работы в бывшем здании банка и изучения машины Элизабет Хэйдон, срочно доставленной в Аделаиду. Всё это делалось в условиях максимальной скрытности, дабы информация о работе полиции в Сноутауне раньше времени не просочилась в средства массовой информации.
Содержимое бочек оказалось следующим (нумерация условна, половая принадлежность отдельных рук, ног и голов не приводится ввиду того, что кислота сильно повредила их кожные и волосяные покровы, сделав в большинстве случаев невозможным однозначное определение половой принадлежности):
— Бочка №1: человеческая голова — 1, руки от плеча полностью — 2 (левая и правая), нога от тазобедренного сустава правая — 1, торс мужской — 1;
— Бочка №2: торс без рук женский — 1, ноги от бедра — 2 (правая и левая);
— Бочка №3: человеческие головы — 4, нога левая от середины бедра вниз — 1, рука правая от плечевого сустава -1;
— Бочка №4: ноги правые от коленного сустава вниз — 4, рука левая от середины плечевой кости вниз — 1, торс мужской — 1;
— Бочка №5: ноги — 4 (левые и правые разной длины), торсы мужские — 2;
— Бочка №6: человеческие головы — 2, торс без рук мужской — 1, ноги — 3.
Итого, в шести бочках находились 6 человеческих голов, 15 ног и 6 торсов. А это означало, что расчленённые останки принадлежали при жизни их обладателей по меньшей мере 8 разным людям.
Как только руководство правоохранительных органов Южной Австралии было поставлено в известность о масштабах преступной деятельности группы Бантина, немедленно было возбуждено уголовное расследование (напомним, до этого велась оперативная разработка подозреваемых в рамках поиска бз вести пропавшей Элизабет Хэйдон, т. е. никакого уголовного дела не существовало). Была создана следственная группа с условным названием «Chart» («Диаграмма») в количестве 33 чел., в которую вошли сотрудники Отдела расследования тяжких преступлений полиции штата, Отдела розыска без вести пропавших, прокуратуры и криминалистических подразделений. Возглавил «Диаграмму» старший суперинтендант SAPOL Пол Шрэмм (Paul Schramm).Т. о. получалось, что Дэниса Эдмондса, проводившего всю подготовительную работу на протяжении многих месяцев, в самый кульминационный момент отодвинули на задний план (хотя он был включён в состав«Диаграммы» и продолжил работу над этим делом). Такова специфика полицейского администрирования — чем расследование ближе к успеху, тем больше желающих его возглавить…
Первой проблемой, с которой столкнулись правоохранители, явилась идентификация останков. Благодаря предыдущей работе Эдмондса и его людей члены «Диаграммы» приблизительно представляли, чьи именно останки могли находиться в бочках, однако, пропавших было меньше, чем трупов, да и сохранность последних вызывала большую тревогу. Впрочем, уже первые результаты работы судебных медиков оказались обнадёживающими. Выяснилось, что невежество убийц, поместивших тела в концентрированную соляную кислоту, сыграло с ними злую шутку. Они не знали, что активность многих сильных кислот (серной и соляной в том числе) с понижением концентрации возрастает, именно поэтому их хранят и перевозят в концентрированном виде. 36%-ая соляная кислота оказалась вовсе не так активна, как этого опасались в начале своей работы судебные медики и криминалисты.
Вступив первоначально в реакцию с человеческой плотью, кислота быстро создала вокруг неё своеобразную подушку из пены, изолировавшей кожу от опасного химиката. Как впоследствии пошутил профессор криминальной антропологии Университета Аделаиды Мэциж Хеннеберг (Maciej Henneberg): «заливая трупы концентрированной кислотой, убийцы фактически сделали консервы, защитив останки от гниения». Сохранность некоторых фрагментов оказалась настолько хороша, что криминалистам удалось даже дактилоскопировать некоторые руки, извлеченные из кислоты (как это не покажется кому-то удивительным… Первый труп был идентифицирован уже 27 мая именно по отпечаткам пальцев. По иронии судьбы, если бы убийцы ничего не выдумывали и просто выбросили бы тела в пустыне, то это оказалось бы намного более эффективным способом «заметания следов», нежели помещение трупов в кислоту.
Другой проблемой, потребовавшей быстрого принятия решения, оказался выбор стратегии дальнейших действий. С одной стороны, трупы, найденные в помещении, арендованном Марком Хэйдоном, если и уличали кого-то, то только одного Хэйдона.
Страница 11 из 45
