Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
Добавить в моё избранное
157 мин, 7 сек 11557
Он попросил её позвонить в полицию от имени «Сьюзан Аллен» и постараться убедить правоохранителей в том, что последняя жива и здорова. Дабы телефонный звонок невозможно было отслелить, Джон Бантин и Марк Хэйдон увезли Джоди Эллиот в небольшой городок Берри, откуда и та сделала телефонный звонок в местный полицейский участок.
Предпринимались и другие дезинформационные вбросы, призванные усыпить бдительность всех, обеспокоенных исчезновением Сьюзан Аллен. С этой целью, например, Бантин иногда приезжал в гости к Кэрол Паркер (Carol Parker), подруге убитой им женщины, где словно бы мимоходом упоминал о телефонных звонках Сьюзан Аллен или встрече с их общей знакомой где-нибуть на автозаправке. Для придания пущей достоверности к таким поездкам привлекались иногда и Вагнер, и Элизабет Харви, и даже Спайридон Влассакис.
В рамках полицейской проверки, проведённой по заявлению об исчезновении Сьюзан Аллен, Джон Бантин был официально допрошен 1 апреля 1997 г. На следующий день в ходе телефонного разговора с детективом он уточнил некоторые детали. Согласно его увтерждению, Сьюзан прекратила с ним интимные отношения в силу того, что отыскала мужчину, готового жениться на ней. Мужчина этот жил то ли на острове Тасмания, то ли в районе Милдура и звали его, вроде бы, Энди. Уже после отъезда, она приехала на некоторое время в Аделаиду и встретилась с Бантином. К месту их встречи она подъехала на автомашине с тасманийскими номерами. На этом полиция потеряла интерес к розыску Сьюзан Аллен и преступная группа получила возможность спокойно действовать далее.
Следующей жертвой оказался Майкл Гардинер (Michael Gardiner), пропавший без вести в сентябре 1997 г. Гардинер проживал вместе с Николь Зуриттой, матерью-одиночкой, имевшей двоих детей. Зуритта приходилась двоюродной сестрой девушке, с которой Роберт Вагнер начал поддерживать интимные отношения летом 1997 г. Хотя Вагнер до этого придерживался выраженной гомосексуальной ориентации, его поведение к тому времени стало меняться под воздействием агитации Бантина, высмеивавшего всячески «педиков, даунов и педофилов». В общем, Вагнер попробовал стать «настоящим мужиком», вот только для Гардинера это не сулило ничего хорошего.
Дело заключалось в том, что Майкл являлся гомосексуалистом и Роберт Вагнер знал о нём не только через Зуритту, но и через Барри Лэйна(который, напомним, соблазнил Вагнера много лет назад и с которым тот продолжал поддерживать интимные отношения около 10 лет). Роберту не нравился Гардинер, но особый антагонизм к нему он начал испытывать после инцидента, произошедшего в начале сентября 1997 г. Тогда Гардинер приехал в гости к Веронике Миллс, женщине с которой Вагнер сожительствовал. Он принялся играть с её сыном и в шутку засунул ему палец в рот, не позволяя говорить. Вагнер, увидев это, впал в ярость, расценив в такого рода выходке признак сексуального растления.
Случившееся, по-видимому, предопределило скорое убийство Гардинера. Детали случившегося неизвестны, но из показаний Влассакиса можно получить представление об общей фабуле произошедшего. Бантин и Вагнер приехали в дом Зуритты, когда последняя вышла в магазин, и предложили Гардинеру проехать с ними. Видимо, они продумали некий благовидный предлог, который вечно нуждавшийся в деньгах Гардинер не мог проигнорировать. Майкл сел к ним в машину и его отвезли в дом, который арендовал Бантин (дом этот располагался на Бердекин-авеню (Burdekin Avenue) в районе Мюррей-бридж (Murray Bridge), примерно в 60 км. восточнее Аделаиды). До этого момента убийцы общались с будущей жертвой вполне дружелюбно, так что Гардинер даже не подозревал об уготованной ему участи. В какой-то момент все трое прошли в сарай на заднем дворе, где и началось собственно нападение — Бантин набросил на шею жертве верёвку, а Вагнер принялся избивать Гардинера.
После продолжительных истязаний последний был задушен, однако, убийц ожидал неприятный сюрприз — выяснилось, что уезжая из дома тот не взял с собою документы и банковскую карту. Хотя он и назвал своим мучителям её pin-код, до денег Гардинера в день убийства они добраться не смогли. Чтобы заполучить деньги, Бантин решился на довольно неуклюжую мистификацию. Он уговорил Фредерика Брукса, племянника Элизабет Хэйдон и одного из дружков Роберта Вагнера, позвонить Зуритте по домашнему телефону и потребовать, чтобы та отдала документы Гардинера. На этом, якобы, настаивает сам Гардинер, но он не хочет встречаться с нею, так как считает её — Николь Зуритту — воровкой. Брукс выполнил просьбу. Фредерик имел довольно специфический голос — выразительный бас — и мог говорить весьма внушительно. Однако голос особого впечатления на женщину не произвёл и разговор сразу не задался — Зуритта отказалась обсуждать передачу незнакомцу документов своего друга и сказала, что их получит только сам Гардинер. Причём из рук в руки.
Понятно, что выполнить это требование было совершенно невозможно.
Брукс звонил ещё, однако всякий раз натыкался на отказ.
Предпринимались и другие дезинформационные вбросы, призванные усыпить бдительность всех, обеспокоенных исчезновением Сьюзан Аллен. С этой целью, например, Бантин иногда приезжал в гости к Кэрол Паркер (Carol Parker), подруге убитой им женщины, где словно бы мимоходом упоминал о телефонных звонках Сьюзан Аллен или встрече с их общей знакомой где-нибуть на автозаправке. Для придания пущей достоверности к таким поездкам привлекались иногда и Вагнер, и Элизабет Харви, и даже Спайридон Влассакис.
В рамках полицейской проверки, проведённой по заявлению об исчезновении Сьюзан Аллен, Джон Бантин был официально допрошен 1 апреля 1997 г. На следующий день в ходе телефонного разговора с детективом он уточнил некоторые детали. Согласно его увтерждению, Сьюзан прекратила с ним интимные отношения в силу того, что отыскала мужчину, готового жениться на ней. Мужчина этот жил то ли на острове Тасмания, то ли в районе Милдура и звали его, вроде бы, Энди. Уже после отъезда, она приехала на некоторое время в Аделаиду и встретилась с Бантином. К месту их встречи она подъехала на автомашине с тасманийскими номерами. На этом полиция потеряла интерес к розыску Сьюзан Аллен и преступная группа получила возможность спокойно действовать далее.
Следующей жертвой оказался Майкл Гардинер (Michael Gardiner), пропавший без вести в сентябре 1997 г. Гардинер проживал вместе с Николь Зуриттой, матерью-одиночкой, имевшей двоих детей. Зуритта приходилась двоюродной сестрой девушке, с которой Роберт Вагнер начал поддерживать интимные отношения летом 1997 г. Хотя Вагнер до этого придерживался выраженной гомосексуальной ориентации, его поведение к тому времени стало меняться под воздействием агитации Бантина, высмеивавшего всячески «педиков, даунов и педофилов». В общем, Вагнер попробовал стать «настоящим мужиком», вот только для Гардинера это не сулило ничего хорошего.
Дело заключалось в том, что Майкл являлся гомосексуалистом и Роберт Вагнер знал о нём не только через Зуритту, но и через Барри Лэйна(который, напомним, соблазнил Вагнера много лет назад и с которым тот продолжал поддерживать интимные отношения около 10 лет). Роберту не нравился Гардинер, но особый антагонизм к нему он начал испытывать после инцидента, произошедшего в начале сентября 1997 г. Тогда Гардинер приехал в гости к Веронике Миллс, женщине с которой Вагнер сожительствовал. Он принялся играть с её сыном и в шутку засунул ему палец в рот, не позволяя говорить. Вагнер, увидев это, впал в ярость, расценив в такого рода выходке признак сексуального растления.
Случившееся, по-видимому, предопределило скорое убийство Гардинера. Детали случившегося неизвестны, но из показаний Влассакиса можно получить представление об общей фабуле произошедшего. Бантин и Вагнер приехали в дом Зуритты, когда последняя вышла в магазин, и предложили Гардинеру проехать с ними. Видимо, они продумали некий благовидный предлог, который вечно нуждавшийся в деньгах Гардинер не мог проигнорировать. Майкл сел к ним в машину и его отвезли в дом, который арендовал Бантин (дом этот располагался на Бердекин-авеню (Burdekin Avenue) в районе Мюррей-бридж (Murray Bridge), примерно в 60 км. восточнее Аделаиды). До этого момента убийцы общались с будущей жертвой вполне дружелюбно, так что Гардинер даже не подозревал об уготованной ему участи. В какой-то момент все трое прошли в сарай на заднем дворе, где и началось собственно нападение — Бантин набросил на шею жертве верёвку, а Вагнер принялся избивать Гардинера.
После продолжительных истязаний последний был задушен, однако, убийц ожидал неприятный сюрприз — выяснилось, что уезжая из дома тот не взял с собою документы и банковскую карту. Хотя он и назвал своим мучителям её pin-код, до денег Гардинера в день убийства они добраться не смогли. Чтобы заполучить деньги, Бантин решился на довольно неуклюжую мистификацию. Он уговорил Фредерика Брукса, племянника Элизабет Хэйдон и одного из дружков Роберта Вагнера, позвонить Зуритте по домашнему телефону и потребовать, чтобы та отдала документы Гардинера. На этом, якобы, настаивает сам Гардинер, но он не хочет встречаться с нею, так как считает её — Николь Зуритту — воровкой. Брукс выполнил просьбу. Фредерик имел довольно специфический голос — выразительный бас — и мог говорить весьма внушительно. Однако голос особого впечатления на женщину не произвёл и разговор сразу не задался — Зуритта отказалась обсуждать передачу незнакомцу документов своего друга и сказала, что их получит только сам Гардинер. Причём из рук в руки.
Понятно, что выполнить это требование было совершенно невозможно.
Брукс звонил ещё, однако всякий раз натыкался на отказ.
Страница 22 из 45
