Мировая история криминалистики знает несколько захватывающих дух сюжетов либо не увенчавшихся торжеством правосудия, либо столь запутанных и неоднозначных, что торжество это оказалось весьма и весьма спорным. И чем больший интервал времени отделяет нас от событий тех лет, тем более жгучими и интригующими делаются неразгаданные тайны этих преступлений.
Добавить в моё избранное
54 мин, 15 сек 15676
Напомним, что последнее никому не сообщалось и полиция держала этот вопрос«про запас», в качестве контрольного. Рассказывая о событиях ночи с 13 на 14 апреля (т. е. времени убийства пары Джо Букер-Пол Мартин) она припомнила, что на своем зеленом «плимуте» модели 1941-го года они долго колесили по окрестным дорогам, пока не заехали на«трассу влюбленных». Там Юэл решил остановиться, чтобы помочиться. Он скрылся в лесополосе и отсутствовал довольно долго. Потом раздалис звуки, похожие на два пистолетных выстрела. Вернувшийся к автомашине Юэл был грязен, точно катался по земле.
Впрочем, полицейские быстро поняли, что насчет показаний миссис Суинни не им следовало особенно обольщаться: женщина имела очень плохую память, постоянно поправляла саму себя и по нескольку раз бралась рассказывать одно и то же, причем всякий раз сказанное звучало иначе, чем раньше.
Очень скоро рассказ о событиях 13-14 апреля приобрел совсем иную редакцию. Теперь получалось, что Юэл Суинни убил Пола Мартина непосредственно на глазах жены, после чего увез еще живую Джо Букер в темноту и, вернувшись через пару часов в одиночестве, заявил, что изнасиловал девушку и застрелил ее из револьвера. А после этого появился еще один вариант событий… Любопытно, что ни в одной из редакций этого рассказа количество пуль, выпущенных Суинни, не соответствовало тому, что на самом деле установили полицейские эксперты.
Но как бы там ни было, полиция Арканзаса пришла к выводу, что теперь ей известно имя «ночного снайпера». Почти две недели детективы дожидались, пока Юэл Суинни вернется в Арканзас. Конечно, они могли бы попросить техасских коллег произвести его арест, но это значило бы разделить с ними часть заслуженной нелегким трудом славы. На это Уэйн Дэвис пойти никак не мог. Кроме самого узкого круга должностных лиц никто не знал, что на Суинни смотрят не как на автоугонщика, а именно как на маньяка-убийцу.
Наконец, пришло время действовать. Суинни автобусом приехал из Атланты и даже не подозревал, что всю дорогу ему в спину дышал полицейский в штатском. Едва Юэл вышел из автобуса в арканзасской части Тексарканы, на его запястьях защелкнулись наручники.
Лишь только на первом допросе с ним заговорили об угоне автомашины и передаче жене ключей от нее, Юэл Суинни протестующе поднял руки и заявил: «Чертовщина! Вы хотите от меня больше, чем просто угон машины!» и отказался отвечать на вопросы детективов.
Юэл Суинни отказался сотрудничать со следствием и никак не реагировал на попытки детективов его разговорить. К нему были применены самые различные методики допросов: Суинни запугивали, оскорбляли, провоцировали цитированием показаний супруги, уговаривали, призывали к здравому смыслу, предлагали договор с частичным снятием обвинений… Все оказалось безрезультатным. Суинни прибег, пожалуй, к самой эффективной форме защиты-глухому молчанию, предоставив следователям возможность самим изыскивать доказательную базу для своих обвинений. Подобное поведение гораздо эффективнее, чем может показаться на первый взгляд, но и гораздо труднее в практической реализации, нежели принято это считать. Суинни истуканом сидел перед детективами, лишь изредка позволяя себе огрызаться и не вступая в прения по существу обвинений. Такое глухое запирательство лишь убеждало полицейских в том, что теперь-то они поймали кого надо, но и вместе с тем загоняло их в тупик.
Дело в том, что на показания жены Суинни они не имели права ссылаться официально. Близкие родственники обвиняемого имеют право не давать против него показаний в суде; и никто из следователей не сомневался, что супруга Суинни этим правом воспользуется. На предварительном следствии она могла говорить все, что заблагорассудится, лишь бы оставаться в категории свидетелей и не превращаться в обвиняемую. Без независимых доказательств все эти показания стоили-по крайней мере формально!-немногого. Жена Суинни постоянно видоизменяла свои рассказы, не очень сильно, но достаточно заметно для того, чтобы не иметь уверенности в том, что она вообще твердо помнит то, о чем говорит. Кроме того, она была судима. Даже если бы миссис Суинни и решилась бы давать на суде показания против супруга, то не приходилось сомневаться в том, любой мало-мальски опытный адвокат камня на камне не оставит бы от таких свидетельств.
Требовались какие-то материальные доказательства причастности Юэла Суинни к преступлениям «ночного стрелка из Тексарканы». Оружия Суинни отыскать так и не удалось-очевидно, он прятал его где-то в пустыне. Хотя супруга и утверждала, что Юэл имел и пистолет, и карабин, сами по себе эти слова ни в чем его не уличали.
В августе 1946 г. полицейским Чарли Чиземом в прерии совершенно случайно был обнаружен саксофон под N52535-тот самый, что принадлежал Бетти Джо Букер и пропал с места преступления.«Техасский рейнджер» Гонзаулос оказался прав: музыкальный инструмент действительно похитил убийца.
Впрочем, полицейские быстро поняли, что насчет показаний миссис Суинни не им следовало особенно обольщаться: женщина имела очень плохую память, постоянно поправляла саму себя и по нескольку раз бралась рассказывать одно и то же, причем всякий раз сказанное звучало иначе, чем раньше.
Очень скоро рассказ о событиях 13-14 апреля приобрел совсем иную редакцию. Теперь получалось, что Юэл Суинни убил Пола Мартина непосредственно на глазах жены, после чего увез еще живую Джо Букер в темноту и, вернувшись через пару часов в одиночестве, заявил, что изнасиловал девушку и застрелил ее из револьвера. А после этого появился еще один вариант событий… Любопытно, что ни в одной из редакций этого рассказа количество пуль, выпущенных Суинни, не соответствовало тому, что на самом деле установили полицейские эксперты.
Но как бы там ни было, полиция Арканзаса пришла к выводу, что теперь ей известно имя «ночного снайпера». Почти две недели детективы дожидались, пока Юэл Суинни вернется в Арканзас. Конечно, они могли бы попросить техасских коллег произвести его арест, но это значило бы разделить с ними часть заслуженной нелегким трудом славы. На это Уэйн Дэвис пойти никак не мог. Кроме самого узкого круга должностных лиц никто не знал, что на Суинни смотрят не как на автоугонщика, а именно как на маньяка-убийцу.
Наконец, пришло время действовать. Суинни автобусом приехал из Атланты и даже не подозревал, что всю дорогу ему в спину дышал полицейский в штатском. Едва Юэл вышел из автобуса в арканзасской части Тексарканы, на его запястьях защелкнулись наручники.
Лишь только на первом допросе с ним заговорили об угоне автомашины и передаче жене ключей от нее, Юэл Суинни протестующе поднял руки и заявил: «Чертовщина! Вы хотите от меня больше, чем просто угон машины!» и отказался отвечать на вопросы детективов.
Юэл Суинни отказался сотрудничать со следствием и никак не реагировал на попытки детективов его разговорить. К нему были применены самые различные методики допросов: Суинни запугивали, оскорбляли, провоцировали цитированием показаний супруги, уговаривали, призывали к здравому смыслу, предлагали договор с частичным снятием обвинений… Все оказалось безрезультатным. Суинни прибег, пожалуй, к самой эффективной форме защиты-глухому молчанию, предоставив следователям возможность самим изыскивать доказательную базу для своих обвинений. Подобное поведение гораздо эффективнее, чем может показаться на первый взгляд, но и гораздо труднее в практической реализации, нежели принято это считать. Суинни истуканом сидел перед детективами, лишь изредка позволяя себе огрызаться и не вступая в прения по существу обвинений. Такое глухое запирательство лишь убеждало полицейских в том, что теперь-то они поймали кого надо, но и вместе с тем загоняло их в тупик.
Дело в том, что на показания жены Суинни они не имели права ссылаться официально. Близкие родственники обвиняемого имеют право не давать против него показаний в суде; и никто из следователей не сомневался, что супруга Суинни этим правом воспользуется. На предварительном следствии она могла говорить все, что заблагорассудится, лишь бы оставаться в категории свидетелей и не превращаться в обвиняемую. Без независимых доказательств все эти показания стоили-по крайней мере формально!-немногого. Жена Суинни постоянно видоизменяла свои рассказы, не очень сильно, но достаточно заметно для того, чтобы не иметь уверенности в том, что она вообще твердо помнит то, о чем говорит. Кроме того, она была судима. Даже если бы миссис Суинни и решилась бы давать на суде показания против супруга, то не приходилось сомневаться в том, любой мало-мальски опытный адвокат камня на камне не оставит бы от таких свидетельств.
Требовались какие-то материальные доказательства причастности Юэла Суинни к преступлениям «ночного стрелка из Тексарканы». Оружия Суинни отыскать так и не удалось-очевидно, он прятал его где-то в пустыне. Хотя супруга и утверждала, что Юэл имел и пистолет, и карабин, сами по себе эти слова ни в чем его не уличали.
В августе 1946 г. полицейским Чарли Чиземом в прерии совершенно случайно был обнаружен саксофон под N52535-тот самый, что принадлежал Бетти Джо Букер и пропал с места преступления.«Техасский рейнджер» Гонзаулос оказался прав: музыкальный инструмент действительно похитил убийца.
Страница 12 из 16
