Около 5 часов утра 30 октября 1975 г. 9-летняя Соня МакКенн, проживавшая в районе Скотт-Холл роад, в городе Лидсе, Великобритания, обратилась к соседям за помощью, сообщив, что ее мама не явилась ночью домой. Соседи были прекрасно осведомлены о том, что мама Сони — 28-летняя Виломена МакКенн — занималась проституцией и периодически не являлась ночевать, но они также знали, что в таких случаях она непременно предупреждала об этом детей (которых у нее было четверо). Тот факт, что Виломена без предупреждения не пришла домой показался соседям достаточным основанием для беспокойства и они позвонили в полицию.
Добавить в моё избранное
144 мин, 54 сек 8246
Питер Сатклифф задерживался полицией за ношение молотка. Тогда его обвинили в подготовке ограбления. Детектив Эндрю Лаптев дополнил свой рапорт примечанием, в котором кратко изложил существо полученной информации. Следует добавить, что 29 июля 1979 г. детективы взяли у Сатклиффа образцы почерка, который после графологической экспертизы был признан несоответствующим почерку автора анонимных посланий, полученных Олдфилдом в марте 1979 г.;
— 23 октября 1979 г. Питер Сатклифф снова допрашивался по поводу причин его повторяющихся приездов в районы «красных фонарей» в Лидсе и Брэдфорде (к сожалению фамилию детектива, проводившего допрос установить не удалось). В рапорте полицейского, составленном после этого допроса, появилась весьма примечательная фраза:«Абсолютно неудовлетворен представленными alibi и объяснениями». Сатклифф вторично представил образцы почерка, которые вторично были отвергнуты после их изучения графологом. На основании анализа почерка, однозначно свидетельствовашего, что Сатклифф не писал анонимок Олдфилду, Питер не был включен в список лиц, подлежащих первоочередной проверке;
— 13 января 1980 г. детективы из Манчестера и Западного Йоркшира (фамилии установить не удалось) допросили Питера Сатклиффа в целях проверки его alibi на время убийства Барбары Лич, т. е. ночь с 1 на 2 сентября 1979 г. В ту ночь жена Сатклиффа работала в госпитале в ночную смену и не смогла подтвердить alibi мужа. Детективы осмотрели дом Сатклиффа, его гараж и машину. Они хотели взять у Питера образцы почерка и с удивлением услышали от него, что он уже дважды их сдавал (один из офицеров даже позвонил дежурному в штаб и проверил). Тогда же выяснилось, что рапорт детектива Эндрю Лапетва (подготовленный по результатам допроса 29 июля 1979 г.) находится в Скотланд-ярде, в Лондоне, а не в оперативном штабе в Уэйкфилде, куда был направлен;
— 30 января 1980 г. Сатклифф был допрошен в рабочее время, пока его грузовик стоял под погрузкой на заводе «Керкстал фордж инжиниринг» в Лидсе. Подозреваемому были заданы вопросы о его посещениях района«красных фонарей», а также относительно alibi на момент убийства Барбары Лич. Питер Сатклифф заявил, что имеет твердое alibi, которое уже проверено полицейскими. Тем самым подозреваемый солгал. После окончания допроса Сатклиффа кабина его грузовика была осмотрена; ничего подозрительного найдено не было;
— 7 февраля 1980 г. Питер Сатклифф был допрошен по прямому распоряжению, поступившему из оперативного штаба по розыску «Йоркширского Потрошителя». Допрос проводился по месту его работы, в офисе транспортной компании «T. & W.H. Clark's». Подозреваемому был задан широкий круг вопросов, касающийся его передвижений по стране, отношений с женой и с проститутками. Особо проверялось наличие alibi на момент убийства Жозефины Уайтекер 4 апреля 1979 г. Ответы Сатклиффа сверялись с ответами его жены, с которой в это время беседовали сотрудники полиции. Соня Сатклифф обеспечила своему мужу alibi.
Вся эта информация к утру 4 января 1981 г. была уже извлечена из картотеки оперативного штаба и досконально изучена. Для допроса Сатклиффа в Дьюсбери было решено направить детектива Питера Смита, того самого, который в 1977 г. уже встречался с задержанным. Питер Смит был одним из ветеранов оперативного штаба, тем человеком, который пятью годами раньше начинал «дело Йоркширского Потрошителя». Он знал перипетии розыска, был осведомлен о массе мелочей, связанных с расследованием. Смита перед отъездом в Дьюсбери проинструктировал лично Хобсон. Он поставил перед Смитом задачу: не говоря об убийствах ни слова, собрать максимально полную информацию о Сатклиффе и его работе, в особенности, о связанных с нею разъездах.
Расчет Хобсона был довольно прост: он хотел лишить Сатклиффа возможности объяснять свои постоянные появления в районах «красных фонарей» служебными разъездами.
Около 11 часов утра Питер Смит прибыл в Дьюсбери и приступил к допросу Сатклиффа. Каждые четверть часа детектив выходил в соседнюю комнату, чтобы поговорить по телефону с Уэйкфилдом и узнать как проходит допрос Сони Сатклифф. Около полудня подозреваемый допустил первый серьезный промах, попытавшись доказать, что в день нападения на Терезу Сайкс (т. е. 5 ноября 1980 г.) прибыл домой не позже 8 часов вечера. Детектив Смит уже знал, что Соня Сатклифф без колебаний заявила, будто муж явился домой никак не раньше 22.00. Он уличил подозреваемого во лжи и тот был вынужден признать «неточность». Узнав, что жена его в это же самое время тоже допрашивается, Питер Сатклифф сделался задумчив и очень осторожен в высказываниях.
В ходе допроса Сони полицейские продемонстрировали ей нож и молоток, найденные сержантом Робертом Рингом за углом здания Ассоциации Британских производителей стали. Соня уверенно опознала предъявленный нож с деревянной ручкой, заявив, что он был подарен ей еще до свадьбы. Т. о.
— 23 октября 1979 г. Питер Сатклифф снова допрашивался по поводу причин его повторяющихся приездов в районы «красных фонарей» в Лидсе и Брэдфорде (к сожалению фамилию детектива, проводившего допрос установить не удалось). В рапорте полицейского, составленном после этого допроса, появилась весьма примечательная фраза:«Абсолютно неудовлетворен представленными alibi и объяснениями». Сатклифф вторично представил образцы почерка, которые вторично были отвергнуты после их изучения графологом. На основании анализа почерка, однозначно свидетельствовашего, что Сатклифф не писал анонимок Олдфилду, Питер не был включен в список лиц, подлежащих первоочередной проверке;
— 13 января 1980 г. детективы из Манчестера и Западного Йоркшира (фамилии установить не удалось) допросили Питера Сатклиффа в целях проверки его alibi на время убийства Барбары Лич, т. е. ночь с 1 на 2 сентября 1979 г. В ту ночь жена Сатклиффа работала в госпитале в ночную смену и не смогла подтвердить alibi мужа. Детективы осмотрели дом Сатклиффа, его гараж и машину. Они хотели взять у Питера образцы почерка и с удивлением услышали от него, что он уже дважды их сдавал (один из офицеров даже позвонил дежурному в штаб и проверил). Тогда же выяснилось, что рапорт детектива Эндрю Лапетва (подготовленный по результатам допроса 29 июля 1979 г.) находится в Скотланд-ярде, в Лондоне, а не в оперативном штабе в Уэйкфилде, куда был направлен;
— 30 января 1980 г. Сатклифф был допрошен в рабочее время, пока его грузовик стоял под погрузкой на заводе «Керкстал фордж инжиниринг» в Лидсе. Подозреваемому были заданы вопросы о его посещениях района«красных фонарей», а также относительно alibi на момент убийства Барбары Лич. Питер Сатклифф заявил, что имеет твердое alibi, которое уже проверено полицейскими. Тем самым подозреваемый солгал. После окончания допроса Сатклиффа кабина его грузовика была осмотрена; ничего подозрительного найдено не было;
— 7 февраля 1980 г. Питер Сатклифф был допрошен по прямому распоряжению, поступившему из оперативного штаба по розыску «Йоркширского Потрошителя». Допрос проводился по месту его работы, в офисе транспортной компании «T. & W.H. Clark's». Подозреваемому был задан широкий круг вопросов, касающийся его передвижений по стране, отношений с женой и с проститутками. Особо проверялось наличие alibi на момент убийства Жозефины Уайтекер 4 апреля 1979 г. Ответы Сатклиффа сверялись с ответами его жены, с которой в это время беседовали сотрудники полиции. Соня Сатклифф обеспечила своему мужу alibi.
Вся эта информация к утру 4 января 1981 г. была уже извлечена из картотеки оперативного штаба и досконально изучена. Для допроса Сатклиффа в Дьюсбери было решено направить детектива Питера Смита, того самого, который в 1977 г. уже встречался с задержанным. Питер Смит был одним из ветеранов оперативного штаба, тем человеком, который пятью годами раньше начинал «дело Йоркширского Потрошителя». Он знал перипетии розыска, был осведомлен о массе мелочей, связанных с расследованием. Смита перед отъездом в Дьюсбери проинструктировал лично Хобсон. Он поставил перед Смитом задачу: не говоря об убийствах ни слова, собрать максимально полную информацию о Сатклиффе и его работе, в особенности, о связанных с нею разъездах.
Расчет Хобсона был довольно прост: он хотел лишить Сатклиффа возможности объяснять свои постоянные появления в районах «красных фонарей» служебными разъездами.
Около 11 часов утра Питер Смит прибыл в Дьюсбери и приступил к допросу Сатклиффа. Каждые четверть часа детектив выходил в соседнюю комнату, чтобы поговорить по телефону с Уэйкфилдом и узнать как проходит допрос Сони Сатклифф. Около полудня подозреваемый допустил первый серьезный промах, попытавшись доказать, что в день нападения на Терезу Сайкс (т. е. 5 ноября 1980 г.) прибыл домой не позже 8 часов вечера. Детектив Смит уже знал, что Соня Сатклифф без колебаний заявила, будто муж явился домой никак не раньше 22.00. Он уличил подозреваемого во лжи и тот был вынужден признать «неточность». Узнав, что жена его в это же самое время тоже допрашивается, Питер Сатклифф сделался задумчив и очень осторожен в высказываниях.
В ходе допроса Сони полицейские продемонстрировали ей нож и молоток, найденные сержантом Робертом Рингом за углом здания Ассоциации Британских производителей стали. Соня уверенно опознала предъявленный нож с деревянной ручкой, заявив, что он был подарен ей еще до свадьбы. Т. о.
Страница 27 из 43
