Май 1993 г. в Арканзасе, США, начался с высоких температур и одуряющей духоты. Лето словно бы включили поворотом рубильника. Днём температура поднималась выше +30°С, ночью не падала ниже +18°С — +19°С. А ведь впереди ещё было целое лето!
Добавить в моё избранное
383 мин, 12 сек 19187
Прокурор, однако, рассудил сообразно принятой в английском праве норме «бегство с место преступления равнозначно признанию вины» и обвинение не снял.
Получив условный срок, Роберт Барч, похоже, здорово струхнул и это пошло ему только на пользу. В последующие полтора года он ни в чём плохом замечен не был, а узнав после убийства в «Робин Гуд хиллс», что детективы наводили справки о его alibi, добровольно явился в управление полиции, где ответил на все вопросы, сдал отпечатки пальцев и предоставил биологические образцы. Кстати, Барч, являлся одним из немногих молодых людей, упомянутых в этом очерке, кто имел нормальную работу в крупной строительной компании. Каждый день он отправлялся на другой берег Миссисипи в Мемфис, штат Теннесси, где трудился на стройке. Роберт Барч ещё 15 мая 1993 г. допрашивался детективами из группы Гитчелла и его объяснения были признаны столь исчерпывающими и достоверными, что его даже не стали проверять на «детекторе лжи».
Барч оказался одним из немногих молодых людей, кто ещё в мае сообщал о странных разговорчиках Джейсона Болдуина, который не раз трепался о своей причастности к убийству. В этой связи Барч упоминал фамилию Мискелли, уточняя, что последний являлся единственным, кроме Эколза, другом Болдуина. Фактически Барч ещё в середине мая прямо указывал на ту самую троицу, что в конечном итоге и подверглась аресту.
И вот теперь, спустя месяц, следственная группа получила показания Уайтни Никс и опять вышла на Роберта Барча.
Следует признать, что это весьма любопытный персонаж и полной ясности в вопросе его возможной причастности к убийству в «Робин Гуд хиллс» нет. Проживал он на в Вест-Мемфисе на Стюарт авеню в доме №119 — это чуть более 1,5 км. от места совершения преступления. 5 мая Барч вернулся с работы в 16:10-16:15 и после этого соседи его не видели до позднего вечера, так что alibi он фактически не имел. То, как в середине мая Роберт лихо«перевёл стрелки» на Эколза, Болдуина и Мискелли не может не озадачивать. Напомним, что Эколз рассматривался в качестве подозреваемого ещё в первые дни после трагедии, он даже провалил допрос на полиграфе, но в конечном итоге затерялся в длинном списке более перспективных подозреваемых (о чём достаточно подробно написано ранее). Для Барча же особой проблемы в том, чтобы назвать виновного не существовало уже тогда. Любопытно и то, что он упомянул в связке с Эколзом и Болдуином бедолагу Джесси Мискелли. Связь этой троицы была совсем не очевидной. Эколз имел обыкновение проводить время с Домини Тир и Джейсоном Болдуином, их многие видели вместе и компания эта казалась вполне устоявшейся. Но вот Мискелли возле них не отирался и многие сверстники считали его человеком совершенно посторонним для милой троицы Эколз-Болдуин-Тир. Кстати, эту же тему впоследствии пытались«педалировать» адвокаты Эколза и Болдуина, доказывая, что Мискелли оговорил первых попавшихся молодых людей, которых даже толком и не знал. На самом деле это было не так, у Мискелли были очень хорошие отношения с обоими, но данная деталь была отнюдь неочевидна для окружающих. А вот Роберт Барч, как видим, всё это хорошо знал и называл вещи своими именами.
Но может быть, Барч знал что-то ещё, что-то такое, о чём говорить полиции не пожелал? Может быть, его осведомлённость основана на его вовлеченности в преступление? Барч, конечно, очень мутный персонаж и полностью исключить его участие нельзя, во всяком случае, кажется просто-таки невероятным, чтобы 14-летняя Уайтни Никс выдумала рассказ Барча, о его участии в убийстве вместе с Эколзом. Что-то такое, безусловно, было, какую-то основу под собой все эти события имели, Роберт Барч что-то рассказывал Уайтни Никс, а та в свою очередь поделилась услышанн с Джони Браун… Вот только, выдумал ли Барч свой рассказ, дабы потрясти воображение девочки, или же говорил правду, выяснить сейчас, пожалуй, невозможно.
Вернёмся, впрочем, к событиям середины начала лета 1993 г.
Во второй декаде июня следственная группа вела работу сразу в нескольких направлениях — велись поиски «Кена Дента», бывшего любовника Энджелы Гринелл, и «Кена Уолкера» (и тот, и другой должны были подтвердить alibi Джесона Болдуина), а также опрашивались сверстники арестованных.
Было получено много схожей информации, которая позволила довольно полно представить привычки обвиняемых, их обычное времяпровождение и т. п. Стало ясно, что Эколз не делал тайны из своих увлечений сатанизмом, он регулярно употреблял наркотики, находился в постоянном поиске новых подружек. Дружба с ним сильно повлияла на Джейсона Болдуина, который не только начал подражать ему в одежде, но и изменил тематику своих рисунков и граффити. Все эти сообщения имели, безусловно, некоторую ориентирующиую ценность, но ничего нового по большому счёту не содержали и не усиливали позиции правоохранительных органов в контексте подкреплениях выдвинутых обвинений.
Из действительно важной для следствия информации, полученной в те дни, можно упомянуть рассказ о событиях 5 мая 1993 г.
Получив условный срок, Роберт Барч, похоже, здорово струхнул и это пошло ему только на пользу. В последующие полтора года он ни в чём плохом замечен не был, а узнав после убийства в «Робин Гуд хиллс», что детективы наводили справки о его alibi, добровольно явился в управление полиции, где ответил на все вопросы, сдал отпечатки пальцев и предоставил биологические образцы. Кстати, Барч, являлся одним из немногих молодых людей, упомянутых в этом очерке, кто имел нормальную работу в крупной строительной компании. Каждый день он отправлялся на другой берег Миссисипи в Мемфис, штат Теннесси, где трудился на стройке. Роберт Барч ещё 15 мая 1993 г. допрашивался детективами из группы Гитчелла и его объяснения были признаны столь исчерпывающими и достоверными, что его даже не стали проверять на «детекторе лжи».
Барч оказался одним из немногих молодых людей, кто ещё в мае сообщал о странных разговорчиках Джейсона Болдуина, который не раз трепался о своей причастности к убийству. В этой связи Барч упоминал фамилию Мискелли, уточняя, что последний являлся единственным, кроме Эколза, другом Болдуина. Фактически Барч ещё в середине мая прямо указывал на ту самую троицу, что в конечном итоге и подверглась аресту.
И вот теперь, спустя месяц, следственная группа получила показания Уайтни Никс и опять вышла на Роберта Барча.
Следует признать, что это весьма любопытный персонаж и полной ясности в вопросе его возможной причастности к убийству в «Робин Гуд хиллс» нет. Проживал он на в Вест-Мемфисе на Стюарт авеню в доме №119 — это чуть более 1,5 км. от места совершения преступления. 5 мая Барч вернулся с работы в 16:10-16:15 и после этого соседи его не видели до позднего вечера, так что alibi он фактически не имел. То, как в середине мая Роберт лихо«перевёл стрелки» на Эколза, Болдуина и Мискелли не может не озадачивать. Напомним, что Эколз рассматривался в качестве подозреваемого ещё в первые дни после трагедии, он даже провалил допрос на полиграфе, но в конечном итоге затерялся в длинном списке более перспективных подозреваемых (о чём достаточно подробно написано ранее). Для Барча же особой проблемы в том, чтобы назвать виновного не существовало уже тогда. Любопытно и то, что он упомянул в связке с Эколзом и Болдуином бедолагу Джесси Мискелли. Связь этой троицы была совсем не очевидной. Эколз имел обыкновение проводить время с Домини Тир и Джейсоном Болдуином, их многие видели вместе и компания эта казалась вполне устоявшейся. Но вот Мискелли возле них не отирался и многие сверстники считали его человеком совершенно посторонним для милой троицы Эколз-Болдуин-Тир. Кстати, эту же тему впоследствии пытались«педалировать» адвокаты Эколза и Болдуина, доказывая, что Мискелли оговорил первых попавшихся молодых людей, которых даже толком и не знал. На самом деле это было не так, у Мискелли были очень хорошие отношения с обоими, но данная деталь была отнюдь неочевидна для окружающих. А вот Роберт Барч, как видим, всё это хорошо знал и называл вещи своими именами.
Но может быть, Барч знал что-то ещё, что-то такое, о чём говорить полиции не пожелал? Может быть, его осведомлённость основана на его вовлеченности в преступление? Барч, конечно, очень мутный персонаж и полностью исключить его участие нельзя, во всяком случае, кажется просто-таки невероятным, чтобы 14-летняя Уайтни Никс выдумала рассказ Барча, о его участии в убийстве вместе с Эколзом. Что-то такое, безусловно, было, какую-то основу под собой все эти события имели, Роберт Барч что-то рассказывал Уайтни Никс, а та в свою очередь поделилась услышанн с Джони Браун… Вот только, выдумал ли Барч свой рассказ, дабы потрясти воображение девочки, или же говорил правду, выяснить сейчас, пожалуй, невозможно.
Вернёмся, впрочем, к событиям середины начала лета 1993 г.
Во второй декаде июня следственная группа вела работу сразу в нескольких направлениях — велись поиски «Кена Дента», бывшего любовника Энджелы Гринелл, и «Кена Уолкера» (и тот, и другой должны были подтвердить alibi Джесона Болдуина), а также опрашивались сверстники арестованных.
Было получено много схожей информации, которая позволила довольно полно представить привычки обвиняемых, их обычное времяпровождение и т. п. Стало ясно, что Эколз не делал тайны из своих увлечений сатанизмом, он регулярно употреблял наркотики, находился в постоянном поиске новых подружек. Дружба с ним сильно повлияла на Джейсона Болдуина, который не только начал подражать ему в одежде, но и изменил тематику своих рисунков и граффити. Все эти сообщения имели, безусловно, некоторую ориентирующиую ценность, но ничего нового по большому счёту не содержали и не усиливали позиции правоохранительных органов в контексте подкреплениях выдвинутых обвинений.
Из действительно важной для следствия информации, полученной в те дни, можно упомянуть рассказ о событиях 5 мая 1993 г.
Страница 56 из 108
