Май 1993 г. в Арканзасе, США, начался с высоких температур и одуряющей духоты. Лето словно бы включили поворотом рубильника. Днём температура поднималась выше +30°С, ночью не падала ниже +18°С — +19°С. А ведь впереди ещё было целое лето!
Добавить в моё избранное
383 мин, 12 сек 19210
Из него следовало, что члены жюри считают доказанной вину Джесси Мискелли в убийстве первой степени — Майкла Мура, которого обвиняемый поймал во время бегства, — и двух убийствах второй степени: Кристофера Байерса и Стиви Бранча. Однако, с выбором рекомендуемого наказания члены жюри испытали затруднение, они попросили уточнить судью, будет ли в качестве варианта наказания рассматриваться смертная казнь или же она исключается по определению? Судья попросил высказаться представителей обеих сторон, после чего жюри вновь удалилось в совещательную комнату. Думается, Джесси Мискелли пережил тогда ужасные минуты, ведь фактически решалась его судьба! Через 26 минут жюри возвратилось в зал, и председатель передал судье записку, содержавшую рекомендацию жюри по назначению окончательного приговора. Из неё следовало, что жюри считало возможным приговорить Мискелли к пожизненному заключению за убийство Мура и двум срокам по 20 лет за соучастие в убийствах Байерса и Бранча.
Получив вердикт присяжных, судья Дэвис попросил Джесси Мискелли подойти и поговорил непосредственно с ним. Судья поинтересовался, понимает ли обвиняемый происходящее? отдаёт ли себе отчёт в важности момента? доволен ли он защитой адвокатов (судья каждого из защитников назвал по имени)? и наконец, спросил, хочет ли Джесси сказать сейчас нечто, о чём не сказал ранее? В принципе, даже в эту минуту Джесси имел реальную возможность заявить об отказе о сделанных ранее признаний и слова его были бы услышаны… Вопрос судьи не был формален, утверждение Мискелли о собственной непричастности к преступлению и давлении полиции во время следствия повлекло бы за собой самые серьёзные юридические последствия. Но Джесси ничего такого не сказал, напротив, он подтвердил, что сказать ему нечего. Судья Дэвис тут же утвердил сентенцию жюри присяжных — пожизненное тюремное заключение плюс 40 лет…
Если кто-то подумал, что история Джесси Мискелли на этом закончилась, то поспешим уточнить — это совсем не так.
Выйдя из здания суда и усевшись в полицейскую машину, Джесси вдруг заговорил. Видимо, он только теперь сообразил, что более никто ни о чём расспрашивать его не будет, суд закончился и по больщому счёту он уже никому не будет интересен. Ну, разве что сокамерникам… И молодого человека понесло! Он болтал без умолку более двух часов — почти всё время, пока автомашина следовала от здания суда в Корнинге до тюрьмы в городе Пайн-Блафф (Pine Bluff) (это почти 300 км…
На следующий день оба конвоира, выслушавшие монолог Мискелли — Джон Вуди и Джеймс Линдси — представили инспектору Гитчеллу служебные записки, в которых передали суть сказанного осужденным. Из них следовало, что Джесси признал существование группы сатанистов и собственное участие в сборищах этой публики. Увлекался он этим примерно 3 месяца, во время встреч «сатанисты» курили марихуану, пили спиртное, занимались сексом с девицами. Никакого гомосекса между членами группы не практиковалось, хотя Эколз и Болдуин этим делом грешили — это Джесси знал точно. Собак«сатанисты» убивали на самом деле, от бедра убитого животного отрезалась полоска мяса, которую варили на костре и съедали. Происходило такое, по словами Мискелли,«раза четыре». Однажды он сильно отравился, съев недоваренный кусок собачьего мяса. Продолжая своё повествование, осужденный сообщил, что Эколз никогда не признает ребёнка, рожденного Домини Тир. Дело заключалось в том, что Эколз занимался с нею сексом вместе с Болдуином, и ребёнок вполне может быть зачат от Джейсона. А зачем Эколзу признавать чужого ребёнка своим?
Следуя наводящим вопросам конвоиров, Мискелли сообщил некоторые детали тройного убийства в «Робин Гуд хиллс»). Во-первых, он ещё раз повторил, что изнасилование мальчиков — как анальное, так и оральное — имело место. Во-вторых, заявил, что Эколз брал в рот пенис одного из мальчиков и сосал, для чего он это делал, Мискелли объяснить не мог (наверное, это возбуждало Эколза).
В-третьих, он сделал довольно любопытное признание, сообщив, что умышленно допустил в своём заявлении полиции ошибки. Примером такой умышленной ошибки явилось утверждение об использовании для связывания специального шнура, который Эколз, якобы, принёс с собою. На самом деле никакого шнура не было, мальчиков связали шнурками их кроссовок. Для чего Мискелли лгал, из донесений конвоиров понять невозможно, по-видимому, никаких объяснений на сей счёт осужденный не дал, либо конвоиры просто не поняли ход его мыслей (такое тоже исключить нельзя). В-четвёртых, рассказ Мискелли содержал любопытное уточнение, не звучавшее в его июньских признаниях. По его словам, поначалу побои не были особенно сильны, и убийцы по-настоящему разъярились только тогда, когда Мур набросился на Эколза с кулаками и несколько раз ударил его. Эти словам можно было понять таким образом, что изначально убийство мальчиков не планировалось Болдуином и Эколзом, возможно, они просто рассчитывали ограничиться их изнасилованием.
Получив вердикт присяжных, судья Дэвис попросил Джесси Мискелли подойти и поговорил непосредственно с ним. Судья поинтересовался, понимает ли обвиняемый происходящее? отдаёт ли себе отчёт в важности момента? доволен ли он защитой адвокатов (судья каждого из защитников назвал по имени)? и наконец, спросил, хочет ли Джесси сказать сейчас нечто, о чём не сказал ранее? В принципе, даже в эту минуту Джесси имел реальную возможность заявить об отказе о сделанных ранее признаний и слова его были бы услышаны… Вопрос судьи не был формален, утверждение Мискелли о собственной непричастности к преступлению и давлении полиции во время следствия повлекло бы за собой самые серьёзные юридические последствия. Но Джесси ничего такого не сказал, напротив, он подтвердил, что сказать ему нечего. Судья Дэвис тут же утвердил сентенцию жюри присяжных — пожизненное тюремное заключение плюс 40 лет…
Если кто-то подумал, что история Джесси Мискелли на этом закончилась, то поспешим уточнить — это совсем не так.
Выйдя из здания суда и усевшись в полицейскую машину, Джесси вдруг заговорил. Видимо, он только теперь сообразил, что более никто ни о чём расспрашивать его не будет, суд закончился и по больщому счёту он уже никому не будет интересен. Ну, разве что сокамерникам… И молодого человека понесло! Он болтал без умолку более двух часов — почти всё время, пока автомашина следовала от здания суда в Корнинге до тюрьмы в городе Пайн-Блафф (Pine Bluff) (это почти 300 км…
На следующий день оба конвоира, выслушавшие монолог Мискелли — Джон Вуди и Джеймс Линдси — представили инспектору Гитчеллу служебные записки, в которых передали суть сказанного осужденным. Из них следовало, что Джесси признал существование группы сатанистов и собственное участие в сборищах этой публики. Увлекался он этим примерно 3 месяца, во время встреч «сатанисты» курили марихуану, пили спиртное, занимались сексом с девицами. Никакого гомосекса между членами группы не практиковалось, хотя Эколз и Болдуин этим делом грешили — это Джесси знал точно. Собак«сатанисты» убивали на самом деле, от бедра убитого животного отрезалась полоска мяса, которую варили на костре и съедали. Происходило такое, по словами Мискелли,«раза четыре». Однажды он сильно отравился, съев недоваренный кусок собачьего мяса. Продолжая своё повествование, осужденный сообщил, что Эколз никогда не признает ребёнка, рожденного Домини Тир. Дело заключалось в том, что Эколз занимался с нею сексом вместе с Болдуином, и ребёнок вполне может быть зачат от Джейсона. А зачем Эколзу признавать чужого ребёнка своим?
Следуя наводящим вопросам конвоиров, Мискелли сообщил некоторые детали тройного убийства в «Робин Гуд хиллс»). Во-первых, он ещё раз повторил, что изнасилование мальчиков — как анальное, так и оральное — имело место. Во-вторых, заявил, что Эколз брал в рот пенис одного из мальчиков и сосал, для чего он это делал, Мискелли объяснить не мог (наверное, это возбуждало Эколза).
В-третьих, он сделал довольно любопытное признание, сообщив, что умышленно допустил в своём заявлении полиции ошибки. Примером такой умышленной ошибки явилось утверждение об использовании для связывания специального шнура, который Эколз, якобы, принёс с собою. На самом деле никакого шнура не было, мальчиков связали шнурками их кроссовок. Для чего Мискелли лгал, из донесений конвоиров понять невозможно, по-видимому, никаких объяснений на сей счёт осужденный не дал, либо конвоиры просто не поняли ход его мыслей (такое тоже исключить нельзя). В-четвёртых, рассказ Мискелли содержал любопытное уточнение, не звучавшее в его июньских признаниях. По его словам, поначалу побои не были особенно сильны, и убийцы по-настоящему разъярились только тогда, когда Мур набросился на Эколза с кулаками и несколько раз ударил его. Эти словам можно было понять таким образом, что изначально убийство мальчиков не планировалось Болдуином и Эколзом, возможно, они просто рассчитывали ограничиться их изнасилованием.
Страница 79 из 108
