Быть строителем атомных подводных лодок хорошо во всех смыслах. Работа эта почётная, нужная обществу, интересная и притом хорошо оплачиваемая. Инженер Джеймс Шарп в начале 1979 г. получил работу на судоверфи «Electric Boat» в городе Гротон, штат Коннектикут, где принял непосредственное участие в строительстве новейших американских ракетоносцев класса«Огайо», и мог бы считать свою жизнь вполне сложившейся, если бы не семейные проблемы.
Добавить в моё избранное
458 мин, 23 сек 12921
Родителям не надо делать ничего сверхъестественного — им следует просто следить за своим чадом и точно знать где и с кем он находится и чем занят). Во время посягательства на Тину Шарп преступника поймать не удалось — когда поднялась паника и в туалет стали ломиться люди, тот выскочил через окно, не причинив Тине заметных телесных повреждений.
Однако в скором времени этот же подонок «засветился» вновь. Не прошло и двух недель, как педофил напал на 10-летнюю девочку и был задержан, что называется, в момент совершения преступления. Когда его фотографию предъявили Тине Шарп, та без колебаний опознала обидчика — им оказался некий Дэниел Френч, которому в тот же день, 1 июля 1980 г., было официально предъявлено обвинение в двух эпизодах сексуального нападения на несовершеннолетних. Явно было, что задержан очень опасный преступник, которого следует остановить. Френч мог сесть всерьёз и надолго, однако — о, чудо! — он добился досудебного урегулирования исков. Попросу говоря, негодяй откупился от своих жертв (вернее, их родителей), предложив некие суммы денег. Говоря по совести, такие«досудебные урегулирования» в отношении педофилов выглядят просто аморально, поскольку ставят под удар будущие жертвы. Но американский Закон, в частности уголовное право Калифорнии, рассуждает несколько иначе, полагая, что самое больное место преступника — это его кошелёк и если есть возможность ударить по кошельку, то именно туда и надо бить. Логика довольно спорная, если руководствоаться ею, то за выкуп можно отпускать на свободу убийц, террористов и всякого рода агрессивных сумасшедших… Но из песни слов не выкинешь — что было, то было, и Дэниел Френч 9 июля 1980 г. благополучно покинул тюрьму.
Сумма выплаченной им компенсации неизвестна, но видимо, она была довольно значительна, если Гленна «Сью» Шарп решила отозвать иск о посягательстве на собственную дочь.
За Тиной наблюдал детский психолог, который отмечал у девочки замкнутость, нежелание общаться, эмоциональную холодность в отношении матери. Возможно, Тина не могла простить ей «сговор» с обидчиком, считая, что мать предала её в трудную минуту… Это наблюдение психолога определённым образом повлияло на все оценки следствия на первом этапе расследования. Из документов медицинского надзора известно, что Тина страдала недостаточностью роста и веса, т. е. по показателям физического развития отставала от своих сверстников. Из школьных документов, которые следствие получило в своё распоряжение, было видно, что девочка плохо училась, интереса к занятиям не проявляла, друзей в классе не имела. Сохранились воспоминания сверстников Тины, из которых следует, что она боялась мужчин, буквально обходила их стороной, избегала всяких контактов с мальчиками в школе.
Вся эта информация хорошо укладывается в рамки традиционных представлений криминальной психологии о пост-травматической «компенсации» жертвы преступления. Тина явно демонстрировала в своём поведении«комплекс жертвы», но при этом постепенно его преодолевала. Девочка очень любила своего 10-летнего брата Рика, проводила с ним много времени и в такие часы становилась сама собою — непосредственной и весёлой девчонкой. Тина очень подружилась с 12-летним Джастином Исоном и, по-видимому, именно эта дружба обеспечила последнему весьма гостеприимный приём в доме Шарпов. Мать, видя, что дочка хорошо относится к Джастину, привечала подростка и всячески приветствовала эту дружбу. Скорее всего, Тина боялась взрослых мужчин и даже подростков, демонстрировавших в своём поведении выраженные мужские черты (это характерно для жертв изнасилований), но в отношении мальчиков, чьё половое созревание только началось и соответствующая ему «маскулинность» ещё не нашла своего выражения, такого страха не испытывала.
Ещё раз подчеркнём, что это нормальная поведенческая реакция жертвы сексуального посягательства и никакого дефекта личности или воспитания здесь не просматривается. По воспоминаниям знавших её, Тина сохраняла странную инфантильность, детскую непосредственность в поведении, но и этому существует вполне логичное объяснение. «Детскость» поведения и интересов Тины — это не проявление её недоразвитости, а просто защитная реакция психики, подсознательно стремящейся закрепить«детский статус» и нежелающей взрослеть вслед за физическим взрослением организма. Гормональное давление взрослеющей девочки, превращающейся в девушку, настойчиво требовало перемен интересов и поведения, но психика, зафиксировавшая страх, обусловленный сексуальным посягательствам, всячески этому противодействовала. На самом деле Тину можно только пожалеть — эта девочка переживала исключительно непростой период жизни.
Известно, что она, выполняя школьное задание, склеила в раскладывающейся картонной коробке, модель средневекового замка. В точности неизвестно, что представляла из себя эта модель — её фотографий не сохранилось. По-видимому, там имелись какие-то комнаты, проёмы, зубчатые стены, площадка перед замком, на которой могли появляться персонажи и исполнять отведённые им роли.
Однако в скором времени этот же подонок «засветился» вновь. Не прошло и двух недель, как педофил напал на 10-летнюю девочку и был задержан, что называется, в момент совершения преступления. Когда его фотографию предъявили Тине Шарп, та без колебаний опознала обидчика — им оказался некий Дэниел Френч, которому в тот же день, 1 июля 1980 г., было официально предъявлено обвинение в двух эпизодах сексуального нападения на несовершеннолетних. Явно было, что задержан очень опасный преступник, которого следует остановить. Френч мог сесть всерьёз и надолго, однако — о, чудо! — он добился досудебного урегулирования исков. Попросу говоря, негодяй откупился от своих жертв (вернее, их родителей), предложив некие суммы денег. Говоря по совести, такие«досудебные урегулирования» в отношении педофилов выглядят просто аморально, поскольку ставят под удар будущие жертвы. Но американский Закон, в частности уголовное право Калифорнии, рассуждает несколько иначе, полагая, что самое больное место преступника — это его кошелёк и если есть возможность ударить по кошельку, то именно туда и надо бить. Логика довольно спорная, если руководствоаться ею, то за выкуп можно отпускать на свободу убийц, террористов и всякого рода агрессивных сумасшедших… Но из песни слов не выкинешь — что было, то было, и Дэниел Френч 9 июля 1980 г. благополучно покинул тюрьму.
Сумма выплаченной им компенсации неизвестна, но видимо, она была довольно значительна, если Гленна «Сью» Шарп решила отозвать иск о посягательстве на собственную дочь.
За Тиной наблюдал детский психолог, который отмечал у девочки замкнутость, нежелание общаться, эмоциональную холодность в отношении матери. Возможно, Тина не могла простить ей «сговор» с обидчиком, считая, что мать предала её в трудную минуту… Это наблюдение психолога определённым образом повлияло на все оценки следствия на первом этапе расследования. Из документов медицинского надзора известно, что Тина страдала недостаточностью роста и веса, т. е. по показателям физического развития отставала от своих сверстников. Из школьных документов, которые следствие получило в своё распоряжение, было видно, что девочка плохо училась, интереса к занятиям не проявляла, друзей в классе не имела. Сохранились воспоминания сверстников Тины, из которых следует, что она боялась мужчин, буквально обходила их стороной, избегала всяких контактов с мальчиками в школе.
Вся эта информация хорошо укладывается в рамки традиционных представлений криминальной психологии о пост-травматической «компенсации» жертвы преступления. Тина явно демонстрировала в своём поведении«комплекс жертвы», но при этом постепенно его преодолевала. Девочка очень любила своего 10-летнего брата Рика, проводила с ним много времени и в такие часы становилась сама собою — непосредственной и весёлой девчонкой. Тина очень подружилась с 12-летним Джастином Исоном и, по-видимому, именно эта дружба обеспечила последнему весьма гостеприимный приём в доме Шарпов. Мать, видя, что дочка хорошо относится к Джастину, привечала подростка и всячески приветствовала эту дружбу. Скорее всего, Тина боялась взрослых мужчин и даже подростков, демонстрировавших в своём поведении выраженные мужские черты (это характерно для жертв изнасилований), но в отношении мальчиков, чьё половое созревание только началось и соответствующая ему «маскулинность» ещё не нашла своего выражения, такого страха не испытывала.
Ещё раз подчеркнём, что это нормальная поведенческая реакция жертвы сексуального посягательства и никакого дефекта личности или воспитания здесь не просматривается. По воспоминаниям знавших её, Тина сохраняла странную инфантильность, детскую непосредственность в поведении, но и этому существует вполне логичное объяснение. «Детскость» поведения и интересов Тины — это не проявление её недоразвитости, а просто защитная реакция психики, подсознательно стремящейся закрепить«детский статус» и нежелающей взрослеть вслед за физическим взрослением организма. Гормональное давление взрослеющей девочки, превращающейся в девушку, настойчиво требовало перемен интересов и поведения, но психика, зафиксировавшая страх, обусловленный сексуальным посягательствам, всячески этому противодействовала. На самом деле Тину можно только пожалеть — эта девочка переживала исключительно непростой период жизни.
Известно, что она, выполняя школьное задание, склеила в раскладывающейся картонной коробке, модель средневекового замка. В точности неизвестно, что представляла из себя эта модель — её фотографий не сохранилось. По-видимому, там имелись какие-то комнаты, проёмы, зубчатые стены, площадка перед замком, на которой могли появляться персонажи и исполнять отведённые им роли.
Страница 52 из 129
