Каким бы закрученным ни был сюжет детектива, читатель подсознательно всегда будет ждать кровавых сцен убийства и загадочных мотивов преступления. Больше крови и больше загадок — вот основной рецепт успешного детективного произведения со времён Эдгара По. Но жизнь каверзная штука — и потому порой реальные события оставляют далеко позади самый изощрённый детектив как количеством пролитой крови, так и таинственностью случившегося.
Добавить в моё избранное
207 мин, 58 сек 8181
Тем не менее, добровольные помощники следствию в Виллиске, добросовестнейшим образом опросили соседей убитой семьи, родственников погибших, владельцев гостиниц и должностных лиц, занятых расследованием. Особое внимание Лонгнекер и О'Лири обратили на анонимное письмо, полученное в октябре 1911 г. маршалом местного суда Мерритом. Из довольно бессвязанного текста можно было заключить, что преступление в Эллсворте совершено с использованием топора, причём виновником является некий неназванный автором житель города Линкольн в штате Небраска. Аноним советовал проверить всех выходцев из этого штата, проживавших в Эллсворте, и снисходительно обещал написать об убийце побольше, если сделанной подсказки окажется недостаточно. Письмо это могло бы показаться обычными графоманскими потугами придурка, впечатлившегося газетными репортажами о массовом убийстве, если бы не одно необычное обстоятельство. Судя по штемпелю, это анонимное послание было отправлено из города Денвер, в штате Колорадо 16 октября 11:30! Другими словами, его опустили в почтовый ящик ещё до того, как в доме Шоуменов были обнаружены трупы (напомним, это произошло после 17 часов 16 октября). Письмо было опущено чуть менее, чем в 600 км. от места массового убийства.
Странная осведомлённость анонимного автора о деталях ещё никому неизвестного преступления наводила на мысль, что писавший как раз и является преступником. Предположение логичное и непротиворечащее известным фактам. Если убийство семьи Шоумен было осуществлено в первой половине ночи, то преступник располагал примерно 10 часами для того, чтобы добраться до Денвера в Колорадо и оттуда отправить письмо. Многие преступники (и просто деклассированные элементы) катались тогда по железным дорогам США в товарных составах — скорости их движения были сравнительно невысоки и при известном навыке запрыгнуть на подножку и соскочить обратно никаких затруднений для спортивного мужчины не составляло (нельзя не отметить, что подобная практика существовала и в царской России, и в СССР. Уже в послевоенное время, т. е. после 1945 г. было законодательно запрещено ездить на крышах пассажирских вагонов и использовать для проезда товарные составы. Сделано это было, якобы, в целях борьбы с хищениями на транспорте, но истинная причина, думается, крылась в желании Советской власти контролировать миграцию населения и всячески препятствовать бегству жителей неблагополучных регионов в города). Если предположить, что автором анонимного письма судебному маршалу действительно являлся убийца, то его намёк на виновность некоего жителя Линкольна следовало расценивать как попытку навести следствие на ложный след. Тем более, что письмо было послано из штата Колорадо, того самого, в котором началась эта серия убийств с использованием топора. Трудно избавиться от впечатления, что убийца, описав большой круг по стране, находился теперь на пути к дому, так сказать, возвращался в родные пенаты.
Наконец, 5 июня 1912 г. в городе Паола, штат Канзас, произошло ещё одно преступление, сильно напоминавшее описанные выше. Вновь в ночное время погибла семья, правда, не имевшая детей — Энн и Ролланд Хадсон оказались зверским образом изрублены в своей кровати. Никто из них не успел подняться и смерть, скорее всего, настигла супругов во сне. Как и в предыдущих случаях телесные повреждения группировались на головах жертв, в результате чего их лица были сильно изуродованы. Однако, в отличие от прежних нападений, преступник унёс орудие убийства с собой и оно никогда не было найдено.
Хадсоны лишь за три месяца до этого приехали в Канзас из Огайо и, по-видимому, располагали какими-то сбережениями. Вещи погибших подверглись обыску и это заставило предполагать ограбление в качестве мотива нападения. Однако Лонгнекер и О'Лири так не считали: по их мнению, двойное убийство в Паоле явилось продолжением цепи схожих преступлений, берущей начало в сентябре предыдущего года в Колорадо-Спрингс.
В июне 1912 г., спустя две недели после массового убийства в Виллиске, губернатор штата Айова объявил о выплате денежного вознаграждения любому, кто сообщит сведения, способствующие раскрытию этого преступления. Величина вознаграждения должна была составить 500 $ — эта сумма сама по себе была немаленькой, но она никак не соответствовала ценности той информации, в оплату которой предназначалась. Принимая во внимание особую тяжесть и изуверский характер преступления в Виллиске, а также общественную опасность, которую представлял убийца, человек, располагающий ценной для расследования информацией, был вправе рассчитывать на значительно большее вознаграждение. Многие жители округа Монтгомери восприняли «губернаторское вознаграждение» как насмешку, газеты открыто критиковали власти штата за лицемерие и скаредность, а потому через некоторое время сумма вознаграждения была увеличена до 2 тыс.$.
Поднятая газетами шумиха способствовала стихийному зарождению движения по сбору добровольных пожертвований для выплаты денежной премии достойной величины.
Странная осведомлённость анонимного автора о деталях ещё никому неизвестного преступления наводила на мысль, что писавший как раз и является преступником. Предположение логичное и непротиворечащее известным фактам. Если убийство семьи Шоумен было осуществлено в первой половине ночи, то преступник располагал примерно 10 часами для того, чтобы добраться до Денвера в Колорадо и оттуда отправить письмо. Многие преступники (и просто деклассированные элементы) катались тогда по железным дорогам США в товарных составах — скорости их движения были сравнительно невысоки и при известном навыке запрыгнуть на подножку и соскочить обратно никаких затруднений для спортивного мужчины не составляло (нельзя не отметить, что подобная практика существовала и в царской России, и в СССР. Уже в послевоенное время, т. е. после 1945 г. было законодательно запрещено ездить на крышах пассажирских вагонов и использовать для проезда товарные составы. Сделано это было, якобы, в целях борьбы с хищениями на транспорте, но истинная причина, думается, крылась в желании Советской власти контролировать миграцию населения и всячески препятствовать бегству жителей неблагополучных регионов в города). Если предположить, что автором анонимного письма судебному маршалу действительно являлся убийца, то его намёк на виновность некоего жителя Линкольна следовало расценивать как попытку навести следствие на ложный след. Тем более, что письмо было послано из штата Колорадо, того самого, в котором началась эта серия убийств с использованием топора. Трудно избавиться от впечатления, что убийца, описав большой круг по стране, находился теперь на пути к дому, так сказать, возвращался в родные пенаты.
Наконец, 5 июня 1912 г. в городе Паола, штат Канзас, произошло ещё одно преступление, сильно напоминавшее описанные выше. Вновь в ночное время погибла семья, правда, не имевшая детей — Энн и Ролланд Хадсон оказались зверским образом изрублены в своей кровати. Никто из них не успел подняться и смерть, скорее всего, настигла супругов во сне. Как и в предыдущих случаях телесные повреждения группировались на головах жертв, в результате чего их лица были сильно изуродованы. Однако, в отличие от прежних нападений, преступник унёс орудие убийства с собой и оно никогда не было найдено.
Хадсоны лишь за три месяца до этого приехали в Канзас из Огайо и, по-видимому, располагали какими-то сбережениями. Вещи погибших подверглись обыску и это заставило предполагать ограбление в качестве мотива нападения. Однако Лонгнекер и О'Лири так не считали: по их мнению, двойное убийство в Паоле явилось продолжением цепи схожих преступлений, берущей начало в сентябре предыдущего года в Колорадо-Спрингс.
В июне 1912 г., спустя две недели после массового убийства в Виллиске, губернатор штата Айова объявил о выплате денежного вознаграждения любому, кто сообщит сведения, способствующие раскрытию этого преступления. Величина вознаграждения должна была составить 500 $ — эта сумма сама по себе была немаленькой, но она никак не соответствовала ценности той информации, в оплату которой предназначалась. Принимая во внимание особую тяжесть и изуверский характер преступления в Виллиске, а также общественную опасность, которую представлял убийца, человек, располагающий ценной для расследования информацией, был вправе рассчитывать на значительно большее вознаграждение. Многие жители округа Монтгомери восприняли «губернаторское вознаграждение» как насмешку, газеты открыто критиковали власти штата за лицемерие и скаредность, а потому через некоторое время сумма вознаграждения была увеличена до 2 тыс.$.
Поднятая газетами шумиха способствовала стихийному зарождению движения по сбору добровольных пожертвований для выплаты денежной премии достойной величины.
Страница 28 из 59
