Понедельник 10 декабря 2001 г. в Центре Инновационных Технологий (по-английски CIT) в г. Херндон, штат Вирджиния, США, начался как обычный будний день крупного научного центра. Единственным необычным обстоятельством явилось, пожалуй, то, что на своём месте не появился Роберт Шварц, ведущий научный специалист и один из старейших сотрудников CIT, работавший здесь практически с момента его создания.
Добавить в моё избранное
90 мин, 16 сек 6291
Для заговорщиков важно было то, что в HHMI имелись случаи растрат и нарушений финансовой дисциплины — это делало руководство института принципиально управляемым. Напомним, что после убийств Жозе Триаса и Цунао Сайто в 90-х годах прошлого века никто из руководителей не понёс никакой ответственности, другими словами, все воры остались на своих местах. В силу этого первоначальный план сводился к тому, чтобы поручить HHMI подготовить заключение, подтверждающее происхождение спор сибирской язвы из «стран-изгоев».
План этот, видимо, перешёл в плоскость практической реализации. В последнюю декаду октября 2001 г. специалисты из Форт-Детрик трижды озвучили нужный заговорщикам тезис перед многомиллионной аудиторией. Скорее всего, в то же время группа микробиологов из HHMI под руководством Донована Уайли приступила к анализу полученных от ФБР образцов биологического оружия. А вот дальше возник какой-то сбой. Трудно сказать, что именно произошло, но видимо события начали развиваться в неблагоприятном для «Чейнки и Ко» направлении. Анализ, проведённый специалистами HHMI, явно дал не тот результат, на который рассчитывали заговорщики из президентской администрации. Именно поэтому 5 ноября 2001 г. осторожно была запущена информация о том, что порошок со спорами сибирской язвы оказался изготовлен на другой основе, нежели предполагалось ранее. Важность данного сообщения рядовой обыватель оценить не мог, но оно определённым образом помогало заговорщикам сохранить видимость объективности информирования общественности.
К середине ноября 2001 г. узел затянулся до такой степени, что заговорщики решили оказать на Дона Уайли прямое воздействие. Вечером 16 ноября учёный встречался с их представителем; именно в ожидании предстоявшей ему важной встречи он ничего не пил на банкете в отеле «Пибоди». Оттуда он ушёл в 20:00, когда мероприятие находилось в самом разгаре. Не подлежит сомнению, что Уайли ждали совсем другие дела…
Никто никогда не узнает как протекал разговор учёного с представителем заговорщиков. Наверное, начинался он вполне мирно и доброжелательно, участники беседы выпили коньяку и притом много. Затем Уайли сделали предложение, от которого он не должен был отказаться, но он… отказался. Беседа закончилась конфликтом, причём Донован прекрасно понял возникшую его жизни угрозу. Он бросился вон из города, отказавшись даже от мысли переночевать в доме отца, понимая, что там он не будет в безопасности. Донован после переговоров с представителем заговорщиков не сделал ни одного телефонного звонка, вернее, не смог сделать. Видимо, его сотовый был заблокирован; заговорщики, безусловно, имели в своих рядах высокопоставленных представителей спецслужб, чей статус позволял проделать это быстро и без малейших затруднений.
Подобный исход беседы, хотя и нежелательный для заговорщиков, всё же просчитывался ими заранее, а потому не застал их врасплох. Акция по устранению опасного свидетеля было проведена без сучка и задоринки: последовала принудительная остановка автомашины Уайли на мосту «Хернандо де Сото», короткое избиение пожилого учёного и бросок безжизненного тела в реку.
К середине ноября 2001 г. возникла также необходимость избавиться от другого учёного, узнавшего о заговоре слишком много. Речь идёт о Владимире Пасечнике. То, что этот предатель был готов пойти на любую подлость в отношении своей бывшей Родины, сомневаться не стоит. Он бы безусловно подтвердил, что сибирская язва из конвертов «биотеррористов» самая что ни на есть русская, но к этому времени политическая целесообразность такого заявления уже миновала. Российские власти информировали Буша-младшего, что станция в Лурдесе будет закрыта, Путин пообещал американцам всяческое содействие в борьбе с«мировым терроризмом». Другими словами, лояльность России уже была гарантирована и стало ясно, что она не станет мешать американской агрессии в Персидском заливе (надо ясно понимать, что Россия являлась единственной страной в мире, способной создать американцам серьёзные помехи в этом деле). Поэтому Пасечник со своим набором стандартных услуг предателя стал заговорщикам попросту не нужен.
Вместе с тем, отказ от сотрудничества с Пасечником мог его насторожить — всё-таки это был человек ушлый и хорошо понимавший скрытые пружины происходившего. Его осведомлённость, как и в случае с Уайли, предопределила неизбежность расправы. Убийство было замаскировано под смерть по естественным причинам; это было тем более просто сделать, что жил Пасечник одиноко и притом вне населённого пункта. Американцы попросили своих британских союзников не поднимать из-за смерти предателя шума — те и не поднимали, воздерживаясь от любых публикаций на данную тему целых 5 недель. Это, конечно, неслыханно для страны со столь свободной прессой, как Великобритания, но просьба о молчании исходила со столь высокого этажа власти, что на журналистскую братию пришлось-таки надеть намордник. Чего не сделаешь во имя борьбы с «мировым терроризмом», правда?
План этот, видимо, перешёл в плоскость практической реализации. В последнюю декаду октября 2001 г. специалисты из Форт-Детрик трижды озвучили нужный заговорщикам тезис перед многомиллионной аудиторией. Скорее всего, в то же время группа микробиологов из HHMI под руководством Донована Уайли приступила к анализу полученных от ФБР образцов биологического оружия. А вот дальше возник какой-то сбой. Трудно сказать, что именно произошло, но видимо события начали развиваться в неблагоприятном для «Чейнки и Ко» направлении. Анализ, проведённый специалистами HHMI, явно дал не тот результат, на который рассчитывали заговорщики из президентской администрации. Именно поэтому 5 ноября 2001 г. осторожно была запущена информация о том, что порошок со спорами сибирской язвы оказался изготовлен на другой основе, нежели предполагалось ранее. Важность данного сообщения рядовой обыватель оценить не мог, но оно определённым образом помогало заговорщикам сохранить видимость объективности информирования общественности.
К середине ноября 2001 г. узел затянулся до такой степени, что заговорщики решили оказать на Дона Уайли прямое воздействие. Вечером 16 ноября учёный встречался с их представителем; именно в ожидании предстоявшей ему важной встречи он ничего не пил на банкете в отеле «Пибоди». Оттуда он ушёл в 20:00, когда мероприятие находилось в самом разгаре. Не подлежит сомнению, что Уайли ждали совсем другие дела…
Никто никогда не узнает как протекал разговор учёного с представителем заговорщиков. Наверное, начинался он вполне мирно и доброжелательно, участники беседы выпили коньяку и притом много. Затем Уайли сделали предложение, от которого он не должен был отказаться, но он… отказался. Беседа закончилась конфликтом, причём Донован прекрасно понял возникшую его жизни угрозу. Он бросился вон из города, отказавшись даже от мысли переночевать в доме отца, понимая, что там он не будет в безопасности. Донован после переговоров с представителем заговорщиков не сделал ни одного телефонного звонка, вернее, не смог сделать. Видимо, его сотовый был заблокирован; заговорщики, безусловно, имели в своих рядах высокопоставленных представителей спецслужб, чей статус позволял проделать это быстро и без малейших затруднений.
Подобный исход беседы, хотя и нежелательный для заговорщиков, всё же просчитывался ими заранее, а потому не застал их врасплох. Акция по устранению опасного свидетеля было проведена без сучка и задоринки: последовала принудительная остановка автомашины Уайли на мосту «Хернандо де Сото», короткое избиение пожилого учёного и бросок безжизненного тела в реку.
К середине ноября 2001 г. возникла также необходимость избавиться от другого учёного, узнавшего о заговоре слишком много. Речь идёт о Владимире Пасечнике. То, что этот предатель был готов пойти на любую подлость в отношении своей бывшей Родины, сомневаться не стоит. Он бы безусловно подтвердил, что сибирская язва из конвертов «биотеррористов» самая что ни на есть русская, но к этому времени политическая целесообразность такого заявления уже миновала. Российские власти информировали Буша-младшего, что станция в Лурдесе будет закрыта, Путин пообещал американцам всяческое содействие в борьбе с«мировым терроризмом». Другими словами, лояльность России уже была гарантирована и стало ясно, что она не станет мешать американской агрессии в Персидском заливе (надо ясно понимать, что Россия являлась единственной страной в мире, способной создать американцам серьёзные помехи в этом деле). Поэтому Пасечник со своим набором стандартных услуг предателя стал заговорщикам попросту не нужен.
Вместе с тем, отказ от сотрудничества с Пасечником мог его насторожить — всё-таки это был человек ушлый и хорошо понимавший скрытые пружины происходившего. Его осведомлённость, как и в случае с Уайли, предопределила неизбежность расправы. Убийство было замаскировано под смерть по естественным причинам; это было тем более просто сделать, что жил Пасечник одиноко и притом вне населённого пункта. Американцы попросили своих британских союзников не поднимать из-за смерти предателя шума — те и не поднимали, воздерживаясь от любых публикаций на данную тему целых 5 недель. Это, конечно, неслыханно для страны со столь свободной прессой, как Великобритания, но просьба о молчании исходила со столь высокого этажа власти, что на журналистскую братию пришлось-таки надеть намордник. Чего не сделаешь во имя борьбы с «мировым терроризмом», правда?
Страница 24 из 27
