Российско-украинско-белорусская «святая троица» маньяков — Чикатило, Оноприенко, Михасевич. Причём«героями нашего времени» являются первые двое, а«незаслуженно» забытым по сравнению с ними остаётся белорусский маньяк Геннадий Михасевич…
Добавить в моё избранное
24 мин, 15 сек 10050
Письмо решили проверить. Если первый раз опрашивали владельцев машин, то в этот раз я попросил представить их собственноручные объяснения. К Михасевичу тоже пришли. Он написал. В принципе на него никто не думал — коммунист, секретарь местной партийной организации, дружинник, трезвенник, который вообще не пьет, жена работает в магазине, двое несовершеннолетних детей.
Таких не подозревают. Хочу сказать, что мы провели довольно большую работу, сделали графологическую экспертизу 600 тысяч образцов, у меня работало 22 графолога. Много было разных курьезных случаев. Подозрение пало на дежурного Первомайского отдела милиции. Дело в том, что именно 30 августа 1984 года он приехал в отделение связи, пошел в туалет и повесился. Его откачали и по причине психической неуравновешенности уволили из милиции. Кстати, у него тоже был красный «запорожец». Почерк тоже был похож. Так посчитал один из «кэгэбэшников». На меня и прокурора очень сильно «давили», в том числе и из Москвы, но арестовывать мы не стали. Женщин, которые работали в милиции, уговаривали быть «живцами». Риск был колоссальным, и я радовался, насколько смелые у нас сотрудницы. Графологи пришли ко мне и сказали, что по некоторым признакам почерк Михасевича «подходит». Я попросил их молчать и послал привести еще образцы из совхозной конторы и из Городка, где Михасевич учился в техникуме.
Они вернулись и сказали, что никаких сомнений быть не может. На следующий день в воскресенье мы поехали его арестовывать. На месте его не оказалось. Решили дождаться понедельника, когда он пойдет на работу. Выяснилось, что он «взял отпуск» и собирался куда-то уехать. Мой давний друг выяснил, что Михасевич может быть у брата его жены в деревне Горяни, где есть железнодорожная станция. Там мы его и«взяли». Никакого сопротивления он не оказал. Единственный «нюанс». Пока мы шли несколько сотен метров к машинам, он раз пятнадцать останавливался мочиться. Вскоре он во всем сознался. Вместо 22 нераскрытых убийств, он рассказал о 43. В том числе назвал 13 считавшихся раскрытыми, по которым были осужденные, а один Тереня расстрелян. Кое-кто намекал, что лучше будет Михасевича «убрать». Дескать, все «концы в воду», но мы решили отдать его правосудию. Охраняли, как «зеницу ока». Прежде всего, от родственников и знакомых убитых. Невинноосужденных освободили, слепых, больных, кому-то из них купили телевизоры, холодильники, кому-то дали квартиры. К наградам нас не представили, хотя и обещали. «Витебское дело» постарались побыстрее забыть. В некотором роде мы даже стали«виноватыми». Мне генеральское звание задерживали. Министр так и сказал, что в Совмине и ЦК «колет глаза» «мое» витебское дело«. Через три года из бюллетеня КГБ я узнал, что за него кого-то наградили, но выяснить, кого конкретно не удалось».
А вот как это выглядело официально: «В 1971-1985 годах на территории Витебской области БССР были совершены убийства многих женщин, трупы которых обнаруживались, в основном, в различных безлюдных местах. Большинство из них было забросано ветками, хворостом, мхом, дерном, листьями, засыпано землей, а в зимнее время снегом… Причиной смерти погибших являлась, как правило, механическая асфиксия, вызванная сдавливанием шеи жертвы руками, затягиванием на ней петель-удавок, в большинстве случаев из различных вещей потерпевших, и заталкиванием в полость рта кляпов из таких же предметов. На некоторых из жертв имелись признаки, указывающие на совершение половых актов. Почти всегда деньги, вещи и ценности, находившиеся у них, оказывались похищены. Кроме того, имели место факты исчезновения на той же территории женщин, трупы которых обнаружены не были и их розыск не давал положительных результатов. Как было установлено, некоторые из потерпевших пользовались попутным транспортом. Используя это обстоятельство, в результате проведения дальнейших следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий среди владельцев автомашин» Запорожец«красного цвета, был установлен житель деревни Солоники Полоцкого района Михасевич Г. М., который в 1981-1985 годах по роду своей работы в совхозе» Двина«пользовался также автомашинами» Автотехуход«и» Техпомощь«… При исследовании почерка Михасевича оказалось, что именно им и были исполнены эти письмо и записка».
Сначала задержанный Михасевич заявил, что двое незнакомцев заставили его помочь им нести труп и написать письмо и записку. Но уже на втором допросе через 2 дня он не смог противоречить уликам и свидетельствам и признался в последнем убийстве, а затем начал рассказывать и о других. Всего в декабре он рассказал о 19-ти убийствах (включая первое), в январе наступившего 1986 года — ещё о 14-ти, позднее, в апреле — ещё о 5-ти. Его вывозили на места для проведения следственных экспериментов и всегда Михасевич подробно описывал убийства, совершённые им даже много лет назад. 5 трупов не были ранее обнаружены, эти женщины числились пропавшими без вести, пока Михасевич не указал следователям на их захоронения.
Таких не подозревают. Хочу сказать, что мы провели довольно большую работу, сделали графологическую экспертизу 600 тысяч образцов, у меня работало 22 графолога. Много было разных курьезных случаев. Подозрение пало на дежурного Первомайского отдела милиции. Дело в том, что именно 30 августа 1984 года он приехал в отделение связи, пошел в туалет и повесился. Его откачали и по причине психической неуравновешенности уволили из милиции. Кстати, у него тоже был красный «запорожец». Почерк тоже был похож. Так посчитал один из «кэгэбэшников». На меня и прокурора очень сильно «давили», в том числе и из Москвы, но арестовывать мы не стали. Женщин, которые работали в милиции, уговаривали быть «живцами». Риск был колоссальным, и я радовался, насколько смелые у нас сотрудницы. Графологи пришли ко мне и сказали, что по некоторым признакам почерк Михасевича «подходит». Я попросил их молчать и послал привести еще образцы из совхозной конторы и из Городка, где Михасевич учился в техникуме.
Они вернулись и сказали, что никаких сомнений быть не может. На следующий день в воскресенье мы поехали его арестовывать. На месте его не оказалось. Решили дождаться понедельника, когда он пойдет на работу. Выяснилось, что он «взял отпуск» и собирался куда-то уехать. Мой давний друг выяснил, что Михасевич может быть у брата его жены в деревне Горяни, где есть железнодорожная станция. Там мы его и«взяли». Никакого сопротивления он не оказал. Единственный «нюанс». Пока мы шли несколько сотен метров к машинам, он раз пятнадцать останавливался мочиться. Вскоре он во всем сознался. Вместо 22 нераскрытых убийств, он рассказал о 43. В том числе назвал 13 считавшихся раскрытыми, по которым были осужденные, а один Тереня расстрелян. Кое-кто намекал, что лучше будет Михасевича «убрать». Дескать, все «концы в воду», но мы решили отдать его правосудию. Охраняли, как «зеницу ока». Прежде всего, от родственников и знакомых убитых. Невинноосужденных освободили, слепых, больных, кому-то из них купили телевизоры, холодильники, кому-то дали квартиры. К наградам нас не представили, хотя и обещали. «Витебское дело» постарались побыстрее забыть. В некотором роде мы даже стали«виноватыми». Мне генеральское звание задерживали. Министр так и сказал, что в Совмине и ЦК «колет глаза» «мое» витебское дело«. Через три года из бюллетеня КГБ я узнал, что за него кого-то наградили, но выяснить, кого конкретно не удалось».
А вот как это выглядело официально: «В 1971-1985 годах на территории Витебской области БССР были совершены убийства многих женщин, трупы которых обнаруживались, в основном, в различных безлюдных местах. Большинство из них было забросано ветками, хворостом, мхом, дерном, листьями, засыпано землей, а в зимнее время снегом… Причиной смерти погибших являлась, как правило, механическая асфиксия, вызванная сдавливанием шеи жертвы руками, затягиванием на ней петель-удавок, в большинстве случаев из различных вещей потерпевших, и заталкиванием в полость рта кляпов из таких же предметов. На некоторых из жертв имелись признаки, указывающие на совершение половых актов. Почти всегда деньги, вещи и ценности, находившиеся у них, оказывались похищены. Кроме того, имели место факты исчезновения на той же территории женщин, трупы которых обнаружены не были и их розыск не давал положительных результатов. Как было установлено, некоторые из потерпевших пользовались попутным транспортом. Используя это обстоятельство, в результате проведения дальнейших следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий среди владельцев автомашин» Запорожец«красного цвета, был установлен житель деревни Солоники Полоцкого района Михасевич Г. М., который в 1981-1985 годах по роду своей работы в совхозе» Двина«пользовался также автомашинами» Автотехуход«и» Техпомощь«… При исследовании почерка Михасевича оказалось, что именно им и были исполнены эти письмо и записка».
Сначала задержанный Михасевич заявил, что двое незнакомцев заставили его помочь им нести труп и написать письмо и записку. Но уже на втором допросе через 2 дня он не смог противоречить уликам и свидетельствам и признался в последнем убийстве, а затем начал рассказывать и о других. Всего в декабре он рассказал о 19-ти убийствах (включая первое), в январе наступившего 1986 года — ещё о 14-ти, позднее, в апреле — ещё о 5-ти. Его вывозили на места для проведения следственных экспериментов и всегда Михасевич подробно описывал убийства, совершённые им даже много лет назад. 5 трупов не были ранее обнаружены, эти женщины числились пропавшими без вести, пока Михасевич не указал следователям на их захоронения.
Страница 6 из 7
