Лето 1986 года оказалось в меру теплым и в меру дождливым. Грибы появились в подходящем для любителей тихой охоты количестве уже в начале июля. Платформа Часцовская белорусского направления у грибников место известное. Смешанный лес начинается сразу, как сойдешь с электрички, и тянется по обе стороны железнодорожного, полотна…
Добавить в моё избранное
150 мин, 54 сек 7356
Он медленно проехал участок пониженной скорости возле поста ГАИ и вдруг увидел парня, поднявшего руку. Как утверждал Головкин, убивать его сначала не хотел: не было желания, видно, не подходил «по параметрам». Даже денег не потребовал. Только тронулись в путь, как парень внезапно попросил остановить машину и бросился с ножом на Головкина, закричав: «Вылазь из машины!» Тот перехватил руку, направив лезвие на нападавшего, расцарапал ему глаз. Знал бы этот начинающий грабитель, не убоявшийся уголовного наказания, какую кару вынесет ему судьба за необдуманный поступок! Он попытался вырваться, но Головкин оказался сильнее. Потом он предложил совершить кражу, и подросток согласился. Для того чтобы привезти подростка в свой гараж маньяк применил испытанный способ: сказал, что надо спрятаться в багажнике.
До своей пыточной Головкин добрался без приключений, но когда загнал машину и начал закрывать ворота гаража, во двор неожиданно въехала милицейская машина и остановилась перед гаражом. Из автомашины никто не выходил. Головкин успел шепнуть лежащему в багажнике подростку: «Сиди тихо! Милиция!» Тот затих. Примерно с полминуты милицейская машина постояла, а затем задним ходом выехала со двора. Во время допросов Головкин пояснил, что даже если бы милиция и стала проверять документы, багажник, он бы наверняка что-нибудь придумал.
Когда милиция уехала, Головкин закрыл двери гаража, открыл крышку подвала, включил там свет и еще не примерив на себя маску Фишера спокойно и дружелюбно попросил подростка спуститься в подвал, чтобы получше подготовиться к краже, переждать когда подальше уедут менты, да и взять кое-что… Уже в подвале состоялось перевоплощение Головкина в маньяка, повергавшего в шок всю Московскую область.
Парнишка спустился. Огляделся с любопытством, в котором была лишь очень небольшая доля настороженности. Что это? Веревка с петлей висит. Заскорузлая тряпка, испачканная в чем-то буром…
Поскольку парень был достаточно крепким и старше предыдущих жертв, у Головкина возникло опасение, что он будет сопротивляться. Решив обезопасить себя, он связал руки подростка за спиной проволокой и только после этого, как и подобает знаменитому жестокому убийце, Фишер-Головкин веско изрек: «Здесь я убивал воров. Но ты еще больше провинился передо мной, ты поднял на меня руку!».
Обнаженный, крепкий детина Головкин медленно приближался к жертве с большим ножом в руке.
— Никто тебе не поможет Сереженька. Я сделаю с тобой все, что захочу. И ни братки, ни менты не узнают. Просто из этого подвала никто еще живым не выходил.
Сергей побледнел. Он слышал о Фишере. О нем в их местах слышали все. И вот довелось увидеться. Вся обстановка — мрачный подвал с веревочной петлей, связанные руки, мрачный голый мужик с ножом, не спеша достающий из ящика пачку презервативов, — говорила о том, что это правда. Помощи ждать было неоткуда.
Подросток не шевелился, когда Головкин подошел к нему и стал аккуратно, стараясь не поранить, обрезать ножом рукава куртки, потом джемпер. Сергей позволил раздеть себя целиком. Головкин велел ему встать на колени, а сам принялся натягивать презерватив.
На все это подросток реагировал вполне спокойно, сопротивления не оказывал, но было заметно, что он испуган, хотя и не сильно. Головкин заставил его взять в рот свой половой член, однако семяизвержения не произошло. Затем в положении стоя на коленях, с использованием презерватива, Головкин совершил с ним акт мужеложства. Семяизвержения у него также не наступило.
После сексуальных утех наступило время пыток. Каждую новую казнь и пытку Головкин заранее разыгрывал в своем воображении. И тогда их воплощение приносило больше удовольствия. Маньяк достал капроновый буксировочный трос из багажника автомобиля и подвесил свою жертву за руки как на дыбу. Ранее Головкин ничего подобного со своими жертвами не делал, только незадолго до этого, фантазируя, он «прокрутил» в своем воображении способ убийства через дыбу и решил попробовать, воплотить все в действительности.
Руки подростка вывернулись в плечах, его стало отрывать от пола. Он заорал от невыносимой боли. В суставах что-то громко хрустнуло. Он пытался опереться ногами о стену, чтобы было не так больно.
— Я не хочу слышать твои вопли! — прикрикнул на него палач. — Хочешь жить — терпи молча.
Жить? Фишер пообещал оставить ему жизнь? И несчастный подросток стал терпеть. Только шипел от страшной боли.
Следом Головкин обвязал обрезком шнура половые органы мальчика и тянул шнур на себя, при этом тело жертвы накренялось и раскачивалось, отчего возникало «удовлетворение». Головкину нравилось «созерцать этот процесс, а не причинять боль».
По словам Головкина, «воображаемое всегда подхлестывало его искать все новые методы». Чтобы еще больше получить «психологическое удовлетворение» и«проверить, как на самом деле все будет в действительности», он решил воспользоваться паяльной лампой, опалив жертве лицо и волосы на лобке.
До своей пыточной Головкин добрался без приключений, но когда загнал машину и начал закрывать ворота гаража, во двор неожиданно въехала милицейская машина и остановилась перед гаражом. Из автомашины никто не выходил. Головкин успел шепнуть лежащему в багажнике подростку: «Сиди тихо! Милиция!» Тот затих. Примерно с полминуты милицейская машина постояла, а затем задним ходом выехала со двора. Во время допросов Головкин пояснил, что даже если бы милиция и стала проверять документы, багажник, он бы наверняка что-нибудь придумал.
Когда милиция уехала, Головкин закрыл двери гаража, открыл крышку подвала, включил там свет и еще не примерив на себя маску Фишера спокойно и дружелюбно попросил подростка спуститься в подвал, чтобы получше подготовиться к краже, переждать когда подальше уедут менты, да и взять кое-что… Уже в подвале состоялось перевоплощение Головкина в маньяка, повергавшего в шок всю Московскую область.
Парнишка спустился. Огляделся с любопытством, в котором была лишь очень небольшая доля настороженности. Что это? Веревка с петлей висит. Заскорузлая тряпка, испачканная в чем-то буром…
Поскольку парень был достаточно крепким и старше предыдущих жертв, у Головкина возникло опасение, что он будет сопротивляться. Решив обезопасить себя, он связал руки подростка за спиной проволокой и только после этого, как и подобает знаменитому жестокому убийце, Фишер-Головкин веско изрек: «Здесь я убивал воров. Но ты еще больше провинился передо мной, ты поднял на меня руку!».
Обнаженный, крепкий детина Головкин медленно приближался к жертве с большим ножом в руке.
— Никто тебе не поможет Сереженька. Я сделаю с тобой все, что захочу. И ни братки, ни менты не узнают. Просто из этого подвала никто еще живым не выходил.
Сергей побледнел. Он слышал о Фишере. О нем в их местах слышали все. И вот довелось увидеться. Вся обстановка — мрачный подвал с веревочной петлей, связанные руки, мрачный голый мужик с ножом, не спеша достающий из ящика пачку презервативов, — говорила о том, что это правда. Помощи ждать было неоткуда.
Подросток не шевелился, когда Головкин подошел к нему и стал аккуратно, стараясь не поранить, обрезать ножом рукава куртки, потом джемпер. Сергей позволил раздеть себя целиком. Головкин велел ему встать на колени, а сам принялся натягивать презерватив.
На все это подросток реагировал вполне спокойно, сопротивления не оказывал, но было заметно, что он испуган, хотя и не сильно. Головкин заставил его взять в рот свой половой член, однако семяизвержения не произошло. Затем в положении стоя на коленях, с использованием презерватива, Головкин совершил с ним акт мужеложства. Семяизвержения у него также не наступило.
После сексуальных утех наступило время пыток. Каждую новую казнь и пытку Головкин заранее разыгрывал в своем воображении. И тогда их воплощение приносило больше удовольствия. Маньяк достал капроновый буксировочный трос из багажника автомобиля и подвесил свою жертву за руки как на дыбу. Ранее Головкин ничего подобного со своими жертвами не делал, только незадолго до этого, фантазируя, он «прокрутил» в своем воображении способ убийства через дыбу и решил попробовать, воплотить все в действительности.
Руки подростка вывернулись в плечах, его стало отрывать от пола. Он заорал от невыносимой боли. В суставах что-то громко хрустнуло. Он пытался опереться ногами о стену, чтобы было не так больно.
— Я не хочу слышать твои вопли! — прикрикнул на него палач. — Хочешь жить — терпи молча.
Жить? Фишер пообещал оставить ему жизнь? И несчастный подросток стал терпеть. Только шипел от страшной боли.
Следом Головкин обвязал обрезком шнура половые органы мальчика и тянул шнур на себя, при этом тело жертвы накренялось и раскачивалось, отчего возникало «удовлетворение». Головкину нравилось «созерцать этот процесс, а не причинять боль».
По словам Головкина, «воображаемое всегда подхлестывало его искать все новые методы». Чтобы еще больше получить «психологическое удовлетворение» и«проверить, как на самом деле все будет в действительности», он решил воспользоваться паяльной лампой, опалив жертве лицо и волосы на лобке.
Страница 37 из 45
