Ещё одна возможность

— Подожди, — превозмогая боль, промолвил полицейский, — Скажи, кто ты, что происходит? Жизнь Дегтярёва Олега, несмотря на успешное начало карьеры, складывалась не самым удачным образом. Практически сразу после окончания юридического вуза Олег поступил на службу в ФСКН. Пройдя путь от прапорщика полиции до лейтенанта, Дегтярёв понял, что служба в наркоконтроле — это отнюдь не то, что он представлял, будучи студентом. В голове неокрепшего молодого человека эта работа представлялась смесью американских боевиков с перестрелками, захватами преступников и классическими детективами, где комиссар расследует таинственное преступление, двигаясь от мелкого дилера до главы колумбийского наркокартеля. Всё оказалось не так. Большая часть работы — это заполнение бумаг и бесконечных отчётов. О подставах и провокациях даже думать не хотелось. А когда дело дошло до реального задержания, оказалось, что в жизни всё совсем не так как в кино, и романтики в такой работе нет.

Всё круто изменилось семь лет назад, когда Дегтярёв похоронил свою супругу и дочь. Убийство произошло ночью, свидетелей и следов преступника так и не нашли. Сам Олег стал первым и главным подозреваемым, ведь кроме него с семьёй не было никого в тот злополучный день. Достаточных доказательств его вины не было, вскоре он был восстановлен на службе.

Жизнь пошла кувырком. Постоянное чувство вины и горя не давало нормально спать. Реальность превратилась в ад, и Олег был в двух шагах от того, чтобы сойти с ума.

Прошло два года, и появилась первая зацепка в деле о смерти его родных. А спустя ещё пять лет полицейский стоял напротив двери кабинета директора «Монолит Интер», последнего в цепочке подозреваемых.

Группа захвата была у лестницы в дальнем конце этажа, так что было немного времени, которого хватит, чтобы всадить этому подонку пулю в лоб. Олег сделал глубокий вдох и открыл дверь.

Кабинет генерального директора «Монолит Интер» Ключникова Павла был шикарен. Дорогая мебель из резного дерева, роскошный ковёр и настоящая библиотека старых книг — лишь немногое из того, что смог быстро уловить взглядом лейтенант. Всё его внимание было приковано к фигуре, стоявшей к нему спиной. Хозяин кабинета молча смотрел на вечернее небо Москвы.

— Руки за голову и на пол! — чётко рыкнул Олег. Церемониться с подобными Ключникову он не имел привычки.

— Тише, тише, боец, — промолвил Павел, — Вот мои руки, в них нет оружия.

— Я сказал, руки за голову, подонок!

— Конечно, конечно, — Павел, не поворачиваясь, медленно сложил руки за голову. Подождав секунду, он медленно сел в кресло, стоявшее за ним.

— Мне не стоит никакого труда всадить тебе в башку обойму, падаль. Быстро лёг на пол! — терпение Олега перешло границы, казалось, он уже готов сорваться.

— Валяй, но тогда ты никогда не узнаешь, кто же прикончил твою жёнушку.

Дегтярёв дрогнул и на секунду потерял самообладание, но годы профессиональной выучки дали своё. Сдерживая гнев, он спросил.

— Кто это сделал?

Улыбку Павла лейтенант увидеть не мог. Подержав немного паузу, Павел повернулся на кресле лицом к оперативнику.

— Кто же ещё? Конечно ты.

Дрожь волной прошла по всему телу Олега, язык онемел, а руки застыли. В кресле сидел человек как две капли воды похожий на него самого. Прикованный взглядом к лицу преступника, Олег старался разглядеть хоть какое-то отличие, но ничего кроме небольшого шрама под правым глазом и лёгкой седины на висках он не смог найти.

Тело совсем перестало слушаться. Боль, испытываемая им каждую ночь, вернулась с новой силой. Не сумев выдержать нахлынувшие ощущения, Олег упал на колени.

— Время у нас ещё есть, так что можем побеседовать, — посмотрев на наручные часы, сказал Павел, — Сейчас, если я не ошибаюсь, 12 февраля 2011 года, а это значит, почти семь лет назад ты укокошил свою жёнку и маленькую дочку. Интересно, каково тебе? — Павел встал с кресла и медленным шагом направился к Олегу, — Нет, в принципе, я тебя прекрасно понимаю, можно сказать, сам всё это прошёл, — Ключников злобно улыбнулся, — Но, в отличие от тебя, я к ней, так сказать, не сильно привязался. — Прости, друг, не в моих правилах рассказывать истории о себе.

— Я имею право знать.

Павел молчал. Немигающим взглядом он смотрел на поверженного врага. В его глазах не было ни капли сожаления или сострадания.

— Ты, слизняк, ни на что права не имеешь, — Ключников замахнулся и со всей силы ударил Олега рукояткой пистолета по шее, — Ты — ошибка природы. Но, тем не менее, оказался хитрее остальных.

Кровь потекла из носа. Олег из последних сил привстал с ковра. Он поднял глаза и постарался сфокусироваться. Павел уже сидел в своём кресле, а пистолет лежал на столе перед ним. Жестом Ключников пригласил Олега присесть напротив.

— Жаждешь знаний — присаживайся.

Покачиваясь, Олег подошёл к столу и сел в кресло напротив наркоторговца.