Многие любят фильмы ужасов, но не всем любителям пощекотать свои нервишки доводилось почувствовать на собственной шкуре то, что ощущают герои таких фильмов. А вот мне довелось…
Добавить в моё избранное
12 мин, 45 сек 19083
Я начала в истерике оглядываться по сторонам в поиске чего — нибудь тяжёленького, чем можно обороняться. Не найдя ничего подходящего, мой взгляд вернулся к шефу, но передо мной стоял совсем не он: это был… правильно, Фредди Крюгер.
Отступать мне было некуда, поэтому я стояла на месте, а владелец чёрно-красного полосатого свитера приближался ко мне свободной и неспешной прогулочной походкой. «Ты забыла проверить срок давности документов, — ухмыльнулся он, — нельзя так», и, погрозив мне пальцем, как маленькой девочке, махнул рукой в перчатке на уровне моей шеи. Я только успела пригнуться, иначе бы он точно снёс мне голову или разрубил как колбасу. Недолго думая, я расшатала стеллаж, на шляпу кровожадного маньяка посыпались тяжёлые папки и пачки документов. В конце концов, стеллаж совсем упал, придавив собой Крюгера. Я залезла на эту груду рассыпавшихся бумаг и досок, перебралась через нее и бросилась со всех ног к выходу из подвала. Я бежала к выходу, иногда специально роняя полки с документами, но коридор, выстроенный из стеллажей, никак не кончался, дверь всё время отдалялась от меня, подвал не хотел меня отпускать. Всё-таки добравшись до двери, я, не помня себя, выскочила наружу. Стоп… где я? Куда пропала контора, в офисе, которой я работаю? Какая-то деревенская улица, вокруг ни единой души. Дошла до перекрёстка. Никого. Стала оглядываться по сторонам. Просёлочная не асфальтированная дорога, дома деревянные и кирпичные, трава растёт за оградами и в каждом дворе. Кое-где клумбы с цветами, беззаботно вкушающими влагу из почвы и протягивающими свои разноцветные лепестки к золотому солнцу. Я продолжила идти по дороге, куда глаза глядят, и, наконец-то, мне встретился хотя бы один человек. Это был мужчина среднего роста, примерно лет под сорок. Одет он был в старый джинсовый костюм тёмно-синего цвета, на ногах старые чёрные ботинки. Не мешкая, случайный прохожий подошел ко мне и сказал, что знает, от кого я бегу, и придумал, как его уничтожить. Я хотела, было, спросить, откуда ему это известно, но он велел ни о чём не спрашивать, а просто схватил меня за руку и торопливо куда-то повёл.
Шёл незнакомец быстро, я еле успевала переставлять ноги, постоянно обо что-то запинаясь, даже на ровном месте. Шли мы (или бежали) не очень долго, путь наш окончился около дверей какого-то старого деревянного сарая с металлическими ржавыми дверями и такой же крышей. Человек в джинсовом костюме открыл сарай и жестом пригласил меня внутрь. «Сейчас я подниму несколько досок с пола. Видишь вон ту бочку? В ней раствор цемента. Когда придёт Крюгер, а я знаю, что он отыщет тебя здесь, ты перепрыгнешь через то место, где не хватает досок, я ему поставлю подножку. А когда этот клоун с перчаткой упадёт в яму, ты перевернёшь бочку с раствором. Его полностью зальёт, а нам останется лишь прибить доски намертво. Пока этот шляпник будет пытаться выбраться, бетон застынет, и ему, — мужчина провёл ребром ладони себе по горлу, злорадно ухмыльнувшись, — ну, в общем, ты поняла». Я спросила: «А как мы поймём, что он здесь?» «О, я тебе обещаю, ты сразу же почувствуешь его появление». Хитрец поднял несколько не прибитых к балкам досок от деревянного пола и пододвинул бочку с густым, как сметана и серым, как ненастное небо, раствором цемента. Ловушка готова. Я была готова прыгать от счастья, подобно маленькому ребёнку, получившему в качестве рождественского подарка большую коробку конфет. Только вот что-то внутри меня мне подсказывало, что что-то здесь нечисто. Наверное, он где-то близко… «Смотри», — прошептал незнакомец и присел на корточки на край ямы. Я последовала его примеру. Подпольное пространство становилось всё глубже, заполнялось, непонятно откуда взявшимися, углями, которые светились, источали жар и запах горелого, языки пламени поднимались над ними. «Раз-два, Фредди пришёл, крошка», — услышала я хриплый голос с насмешливой интонацией, который явно не принадлежал тому человеку, который меня сюда привёл. Вскочив на ноги и отвесив хорошего пендаля «облезлому клоуну с перчаткой», я выскочила из сарая и закрыла дверь снаружи на засов, но оказалась я не в деревне, по дорогам, которой попала в это незаурядное строение, а каком-то другом мире: сарай, из которого я вышла, стоял на небольшом, парящем в воздухе, островке земли, под которым ничего не было, только небо. Небо под островком, над островком, вокруг — везде небо ржавого цвета. В этом пространстве так же, на разной высоте и разном расстоянии друг от друга, располагались другие островки разных размеров. На одном из соседних клочков земли стояла моя бабушка, умершая четыре года назад.
— Ариночка, внученька!
— Бабушка, что ты здесь делаешь?
— Я всегда была рядом с тобой. Посмотри вправо, там зелёный мосточек над пропастью висит. Специально для тебя крючком связала! Ступай по нему, а как доберёшься до соседней земли, оборви нитки, и зло не доберётся до тебя. Не дам я в обиду единственную внученьку!
Отступать мне было некуда, поэтому я стояла на месте, а владелец чёрно-красного полосатого свитера приближался ко мне свободной и неспешной прогулочной походкой. «Ты забыла проверить срок давности документов, — ухмыльнулся он, — нельзя так», и, погрозив мне пальцем, как маленькой девочке, махнул рукой в перчатке на уровне моей шеи. Я только успела пригнуться, иначе бы он точно снёс мне голову или разрубил как колбасу. Недолго думая, я расшатала стеллаж, на шляпу кровожадного маньяка посыпались тяжёлые папки и пачки документов. В конце концов, стеллаж совсем упал, придавив собой Крюгера. Я залезла на эту груду рассыпавшихся бумаг и досок, перебралась через нее и бросилась со всех ног к выходу из подвала. Я бежала к выходу, иногда специально роняя полки с документами, но коридор, выстроенный из стеллажей, никак не кончался, дверь всё время отдалялась от меня, подвал не хотел меня отпускать. Всё-таки добравшись до двери, я, не помня себя, выскочила наружу. Стоп… где я? Куда пропала контора, в офисе, которой я работаю? Какая-то деревенская улица, вокруг ни единой души. Дошла до перекрёстка. Никого. Стала оглядываться по сторонам. Просёлочная не асфальтированная дорога, дома деревянные и кирпичные, трава растёт за оградами и в каждом дворе. Кое-где клумбы с цветами, беззаботно вкушающими влагу из почвы и протягивающими свои разноцветные лепестки к золотому солнцу. Я продолжила идти по дороге, куда глаза глядят, и, наконец-то, мне встретился хотя бы один человек. Это был мужчина среднего роста, примерно лет под сорок. Одет он был в старый джинсовый костюм тёмно-синего цвета, на ногах старые чёрные ботинки. Не мешкая, случайный прохожий подошел ко мне и сказал, что знает, от кого я бегу, и придумал, как его уничтожить. Я хотела, было, спросить, откуда ему это известно, но он велел ни о чём не спрашивать, а просто схватил меня за руку и торопливо куда-то повёл.
Шёл незнакомец быстро, я еле успевала переставлять ноги, постоянно обо что-то запинаясь, даже на ровном месте. Шли мы (или бежали) не очень долго, путь наш окончился около дверей какого-то старого деревянного сарая с металлическими ржавыми дверями и такой же крышей. Человек в джинсовом костюме открыл сарай и жестом пригласил меня внутрь. «Сейчас я подниму несколько досок с пола. Видишь вон ту бочку? В ней раствор цемента. Когда придёт Крюгер, а я знаю, что он отыщет тебя здесь, ты перепрыгнешь через то место, где не хватает досок, я ему поставлю подножку. А когда этот клоун с перчаткой упадёт в яму, ты перевернёшь бочку с раствором. Его полностью зальёт, а нам останется лишь прибить доски намертво. Пока этот шляпник будет пытаться выбраться, бетон застынет, и ему, — мужчина провёл ребром ладони себе по горлу, злорадно ухмыльнувшись, — ну, в общем, ты поняла». Я спросила: «А как мы поймём, что он здесь?» «О, я тебе обещаю, ты сразу же почувствуешь его появление». Хитрец поднял несколько не прибитых к балкам досок от деревянного пола и пододвинул бочку с густым, как сметана и серым, как ненастное небо, раствором цемента. Ловушка готова. Я была готова прыгать от счастья, подобно маленькому ребёнку, получившему в качестве рождественского подарка большую коробку конфет. Только вот что-то внутри меня мне подсказывало, что что-то здесь нечисто. Наверное, он где-то близко… «Смотри», — прошептал незнакомец и присел на корточки на край ямы. Я последовала его примеру. Подпольное пространство становилось всё глубже, заполнялось, непонятно откуда взявшимися, углями, которые светились, источали жар и запах горелого, языки пламени поднимались над ними. «Раз-два, Фредди пришёл, крошка», — услышала я хриплый голос с насмешливой интонацией, который явно не принадлежал тому человеку, который меня сюда привёл. Вскочив на ноги и отвесив хорошего пендаля «облезлому клоуну с перчаткой», я выскочила из сарая и закрыла дверь снаружи на засов, но оказалась я не в деревне, по дорогам, которой попала в это незаурядное строение, а каком-то другом мире: сарай, из которого я вышла, стоял на небольшом, парящем в воздухе, островке земли, под которым ничего не было, только небо. Небо под островком, над островком, вокруг — везде небо ржавого цвета. В этом пространстве так же, на разной высоте и разном расстоянии друг от друга, располагались другие островки разных размеров. На одном из соседних клочков земли стояла моя бабушка, умершая четыре года назад.
— Ариночка, внученька!
— Бабушка, что ты здесь делаешь?
— Я всегда была рядом с тобой. Посмотри вправо, там зелёный мосточек над пропастью висит. Специально для тебя крючком связала! Ступай по нему, а как доберёшься до соседней земли, оборви нитки, и зло не доберётся до тебя. Не дам я в обиду единственную внученьку!
Страница 3 из 4
