В этот день к Вадиму слетелись все его демоны. Парень в который уже раз убедился, что его очередная его попытка собрать новую жизнь из обломков старой потерпела фиаско…
Добавить в моё избранное
26 мин, 32 сек 11583
Из фильмов, телепередач, книг, интернета Вадим знал, что иные мужчины перед насилием втираются в доверие к женщинам, играют с ними, как кошка с мышью, щекоча себе нервы. Он не собирался делать ничего подобного — даже попытаться заговорить с этой, надо признаться, привлекательной девушкой — ему не нужны были острые ощущения, ему просто было нужно её тело, здесь и сейчас. Хватит, — подумал Вадим, — сегодня он будет полагаться только на свою силу. Чем быстрее и проще, тем лучше!
(«Ещё не поздно остановиться и уйти домой, и ничего не будет. Да, но что там делать? Маяться над тем, какая хреновая у него жизнь и как это несправедливо? Ну уж нет!»).
Фиксируя взгляд то на развевавшихся волосах, то на модных коричневого цвета сапожках незнакомки, Вадим резко ускорил шаг — лежавшая ещё с осени прелая листва зашуршала под ногами. Одной рукой он плотно закрыл рот девушки, другой — обхватил её талию. Есть! Отлично! Не теряя времени, Вадим, стремясь быстрее и решительнее сломить сопротивление попавшейся девицы, грубо намотал её густые волосы себе на руку, после чего, не обращая внимания на вырывавшиеся крики, потащил оглушённую, насмерть перепуганную любительницу вечерних прогулок за стоявшие неподалёку гаражи. Овладевшая им ярость наполняла его тело каким-то диким первобытным восторгом. Что-то подобное, наверно, испытывает молодая злобная голоднющая псина, которой, наконец, удалось победить опостылевшую цепь. Ещё днём скромный, вежливый Вадим ни за что бы не поверил, что он способен на подобное.
(«Я ЧУВСТВУЮ ЯРОСТЬ СИЛЫ, ДВИЖУЩЕЙ МНОЮ». Вот теперь точно обратной дороги нет«).»
Буквально швырнув девчонку на землю, Вадим с ходу оседлал «добычу» и занялся пуговицами пальто. Впрочем, девушка, немного отойдя от первого шока, явно не собиралась просто так сдаваться. Она начала кричать, и отбиваться, борясь так, как если бы вся её жизнь зависела от того, сможет ли он взять её или нет. Чувствуя моментально охватившее его бешенство, Вадим прорычал:
— Заткнись! Заткнись на хрен! — это были первые и последние слова, произнесённые им за весь вечер.
Он навалился на нечастную девицу всем телом, влепил ей пощёчину, зажал рот. Отпор, который пыталась дать эта с виду хрупкая и беззащитная студентка, только распалял Вадима — его пах уже буквально ломило от желания. Грубо ломая сопротивление незнакомки, Вадим задрал белоснежный свитер, ощупывая её живот, потом стащил юбку, рванул, разодрав чёрную гладкую нить, колготки, стянул трусики. Обострившийся слух подсказывал ему, что интонации жертвы изменились, в них звучали уже не гнев и возмущение, а мольба, отчаяние и страх — «прошу Вас, не надо». Она явно теряла силы. Вадим, убрав ладонь, бесцеремонно поцеловал девушку в губы, раздвинул ей ноги и резко вошёл в неё. Он жадно утолял распиравшее его желание, не обращая внимания на девицыны вскрики и стоны. Таких ощущений у него ещё не было. Краем сознания отметил, что та не девственна — что ж, тем лучше для неё!
… Пошатываясь, как пьянчуга, Вадим поднялся и, не обращая внимания на свернувшуюся калачиком на земле, рыдающую девушку, начал застёгиваться и отряхивать одежду. Напоследок он всё же вгляделся в лицо незнакомки, ни капельки, впрочем, не жалея её, — да, миленькая, ничего не скажешь. Ему крупно повезло сегодня. «Ты молодец, — Вадиму померещилось, что он слышит шёпот одного из внутренних демонов. — Такой прыти от тебя мы не ожидали». Петляя, как заяц, Вадим ринулся прочь.
Немного поблуждав по улицам, он вернулся в свою квартиру, переоделся в домашнее, умылся, поставил чайник. Дожидаясь, пока вскипит вода, Вадим ещё раз прокрутил в голове все события сегодняшнего вечера. Улыбаясь, он вспоминал, как визжала и плакала та девчонка, когда он сдирал с неё одежду. Никогда ещё он не получал такого радикального удовлетворения, причём не столько физического, сколько эмоционального, от близости с женщиной. Особенно радовало его, что она в тот момент ничего не могла сделать. Ещё разок прислушавшись к себе, Вадим вновь понял, что ему нисколько не жаль эту девицу. «Ничего, оклемается».
Напившись чаю, он, поддавшись какому-то безотчётному зову, подошёл к своему внушительных размеров книжному шкафу и достал томик стихов. Полистав страницы, нашёл нужное произведение и прочитал вслух финальное двустишие:
Счастлив, кто падает вниз головой:
Мир для него хоть на миг — а иной.
Вадим поставил книжку на место и снова задумался. Сегодняшнее приключение пришлось ему по душе. Всё и сразу, как и хотелось, и хозяином положения в этот момент был он, а не она. Своеобразная анестезия, оцепенившая его душу перед выходом из дома, продолжала действовать — Вадим не испытывал ни угрызений совести, ни сожалений, ни страха перед наказанием. Да никто и не заподозрит его, успешного молодого специалиста из хорошей семьи. Ему понравилось то, чем он занимался сегодня вечером, и он будет этим заниматься, пока не надоест… ну, или пока его не остановят.
(«Ещё не поздно остановиться и уйти домой, и ничего не будет. Да, но что там делать? Маяться над тем, какая хреновая у него жизнь и как это несправедливо? Ну уж нет!»).
Фиксируя взгляд то на развевавшихся волосах, то на модных коричневого цвета сапожках незнакомки, Вадим резко ускорил шаг — лежавшая ещё с осени прелая листва зашуршала под ногами. Одной рукой он плотно закрыл рот девушки, другой — обхватил её талию. Есть! Отлично! Не теряя времени, Вадим, стремясь быстрее и решительнее сломить сопротивление попавшейся девицы, грубо намотал её густые волосы себе на руку, после чего, не обращая внимания на вырывавшиеся крики, потащил оглушённую, насмерть перепуганную любительницу вечерних прогулок за стоявшие неподалёку гаражи. Овладевшая им ярость наполняла его тело каким-то диким первобытным восторгом. Что-то подобное, наверно, испытывает молодая злобная голоднющая псина, которой, наконец, удалось победить опостылевшую цепь. Ещё днём скромный, вежливый Вадим ни за что бы не поверил, что он способен на подобное.
(«Я ЧУВСТВУЮ ЯРОСТЬ СИЛЫ, ДВИЖУЩЕЙ МНОЮ». Вот теперь точно обратной дороги нет«).»
Буквально швырнув девчонку на землю, Вадим с ходу оседлал «добычу» и занялся пуговицами пальто. Впрочем, девушка, немного отойдя от первого шока, явно не собиралась просто так сдаваться. Она начала кричать, и отбиваться, борясь так, как если бы вся её жизнь зависела от того, сможет ли он взять её или нет. Чувствуя моментально охватившее его бешенство, Вадим прорычал:
— Заткнись! Заткнись на хрен! — это были первые и последние слова, произнесённые им за весь вечер.
Он навалился на нечастную девицу всем телом, влепил ей пощёчину, зажал рот. Отпор, который пыталась дать эта с виду хрупкая и беззащитная студентка, только распалял Вадима — его пах уже буквально ломило от желания. Грубо ломая сопротивление незнакомки, Вадим задрал белоснежный свитер, ощупывая её живот, потом стащил юбку, рванул, разодрав чёрную гладкую нить, колготки, стянул трусики. Обострившийся слух подсказывал ему, что интонации жертвы изменились, в них звучали уже не гнев и возмущение, а мольба, отчаяние и страх — «прошу Вас, не надо». Она явно теряла силы. Вадим, убрав ладонь, бесцеремонно поцеловал девушку в губы, раздвинул ей ноги и резко вошёл в неё. Он жадно утолял распиравшее его желание, не обращая внимания на девицыны вскрики и стоны. Таких ощущений у него ещё не было. Краем сознания отметил, что та не девственна — что ж, тем лучше для неё!
… Пошатываясь, как пьянчуга, Вадим поднялся и, не обращая внимания на свернувшуюся калачиком на земле, рыдающую девушку, начал застёгиваться и отряхивать одежду. Напоследок он всё же вгляделся в лицо незнакомки, ни капельки, впрочем, не жалея её, — да, миленькая, ничего не скажешь. Ему крупно повезло сегодня. «Ты молодец, — Вадиму померещилось, что он слышит шёпот одного из внутренних демонов. — Такой прыти от тебя мы не ожидали». Петляя, как заяц, Вадим ринулся прочь.
Немного поблуждав по улицам, он вернулся в свою квартиру, переоделся в домашнее, умылся, поставил чайник. Дожидаясь, пока вскипит вода, Вадим ещё раз прокрутил в голове все события сегодняшнего вечера. Улыбаясь, он вспоминал, как визжала и плакала та девчонка, когда он сдирал с неё одежду. Никогда ещё он не получал такого радикального удовлетворения, причём не столько физического, сколько эмоционального, от близости с женщиной. Особенно радовало его, что она в тот момент ничего не могла сделать. Ещё разок прислушавшись к себе, Вадим вновь понял, что ему нисколько не жаль эту девицу. «Ничего, оклемается».
Напившись чаю, он, поддавшись какому-то безотчётному зову, подошёл к своему внушительных размеров книжному шкафу и достал томик стихов. Полистав страницы, нашёл нужное произведение и прочитал вслух финальное двустишие:
Счастлив, кто падает вниз головой:
Мир для него хоть на миг — а иной.
Вадим поставил книжку на место и снова задумался. Сегодняшнее приключение пришлось ему по душе. Всё и сразу, как и хотелось, и хозяином положения в этот момент был он, а не она. Своеобразная анестезия, оцепенившая его душу перед выходом из дома, продолжала действовать — Вадим не испытывал ни угрызений совести, ни сожалений, ни страха перед наказанием. Да никто и не заподозрит его, успешного молодого специалиста из хорошей семьи. Ему понравилось то, чем он занимался сегодня вечером, и он будет этим заниматься, пока не надоест… ну, или пока его не остановят.
Страница 7 из 8
