Кто-то в классе превратился в двойника пацана, которого все боятся. Этот пацан ему говорит: «пойдем, выйдем». И вот, вдалеке от школы идет драка, а толпа школьников радостно подбадривает того, кто считается самый сильный среди них всех, потому что его все боятся. И он как-то неосторожно по нему так пнул, что «двойник» ласты склеил.
Добавить в моё избранное
28 мин, 20 сек 19782
— Ну-ну.
— Дело в том, что у воды феноменальная память. Она помнит всё то, что было вечно.
— А как можно это помнить?
— Ну, вот, представь себе. Вода проектирует формы разных «работ»… Назовем их так — работы. Например, мороз сковал лед. А вода проектирует форму для кристаллической решетки, той, которую лед выстроит… И вот, эта форма не должна дважды повторяться даже через миллиарды лет.
— Как понять — не должна?
— Ну, вот, ты смотрел «Сайлент Хилл»? Там фильм про девочек-близняшек, которых разлучили в роддоме, но на самом деле всё не так, потому что вторая «близняшка», получается, что родилась через сорок лет.
— И что?
— То, что так не бывает. Не может даже через миллиарды лет родиться человек с одинаковым лицом. С таким же, как у его «доппельгангера».
— Дак тот же трус в нашего бугайчика как-то превратился! И почему не может?
— Значит, мы попали в дублированную явь. Всё очень просто.
— В ту, которая находится в «ином» космическом пространстве?
— Да.
— Дак ты так и не объяснил! Как отличить настоящий космос от ненастоящего?
— Просто, в настоящем вода запоминает все формы, которые производит, так, чтоб не повторялось двух или нескольких одинаковых форм.
— А как так получилось, что они повторились?
— Ты спрашиваешь, как получилось, что один пацан превратился в двойника другого?
— Да, это.
— А никто ни в кого не превратился. Просто один забежал за угол здания, а, когда наш бугайчик забежал за ним следом, то там стоял тот мальчишка, который живет в этой яви, скопированной с нашей — настоящей.
— Блин, ты чё, специально пытаешься нас запутать?
— В смысле?
— Ну, помнишь, ты говорил, что трус вырубил бугайчика при помощи шального удара. Так или нет?
— Может, этот трус перекачал себе в голову всю его память, и поэтому бугайчик забыл о том, что он геройчик. Мол, дескать, геройчик теперь «трус».
— Во! — воскликнул тот, чей сосед является владельцем полиграфа, — наконец-то. А то я думал, что ты робот.
— А что такое? — спросил этот школьник.
— Ну, ты всё время одну только правду отвечаешь, и правду. А тут детектор лжи дал запоздалый ответ. Пусть запоздало, но он подтвердил, что ты врешь, голубчик!
— В смысле, вру… Ну, то есть, про что вру?
— Про то, что один пацан забежал за угол дома (того дома, в котором они все закидали кирпичами труп мальчишки), а потом был другой. Типа двойник, потому что он живет в той яви, которая скопирована с настоящей.
— Ну да, вру. Это и без детектора лжи можно самим определить.
— Почему — без?
— Потому что превратился он в двойника не в то время, когда дрался с настоящим бугайчиком, а чуть раньше. Так, как бугайчик именно за этим позвал его драться. Затем, что он превратился.
— А как он превратился-то, хоть?!
— Он попил его крови.
— Что он сделал?
— Он инфицированный. Есть вирус вампиризма. Он попил крови нашего бугайчика, и смог превратиться в его двойника.
— А почему этот бугайчик издох на уроке?
— Потому что копированная явь запуталась, кто из них копия, а кто настоящий. Ну, то есть, бугайчик убил своего двойника, а копированная явь подумала, что не бывать тому.
— Чему не бывать?
— Чтоб копия перетащила оригинала в копированную явь, там уконтрапупила бы его и думала бы, что она победительница.
— А почему не бывать?
— Потому что ненастоящая явь, может быть слишком высокого о себе мнения. Она считает себя более настоящей, чем та, в которой мы все живем.
— И это — тоже.
— Что? — спросил школьник, повествующий о том, как на самом деле устроена вся наша вселенная.
— Полиграф подтверждает, что и это тоже ложь.
— Просто он не знает, откуда взялись все эти копированные яви. Если объяснить, то узнает.
— Ну, объясни.
— Раньше землянам снились так называемые коллективные сны.
— Ну, да, я помню… Можешь не объяснять…
— Просто, — продолжал школьник, — если сновидения такие коллективные, то мир, как будто бы общий. Но, на самом деле, всё это не так.
— Что не так?
— То, что мир не общий.
— А какой же?
— Каждый отдельно взятый человек — это целый космос. То есть, отдельно взятый космос. Но… есть такие земляне, которым сны не снятся, но они попадают в сновидения. Типа, в общие сны. Вот так и получается, что космическое пространство одно, а «паразитов» — их много. Тех, кто находится не в своем сновидении.
— А, ну это и так понятно. А почему чудеса такие случаются?
— Когда сны перестали казаться коллективными, — продолжал объяснять школьник, — а каждый отдельно взятый землянин мог видеть свой личный сон, то все «иные космосы» перенеслись в явь.
— Дело в том, что у воды феноменальная память. Она помнит всё то, что было вечно.
— А как можно это помнить?
— Ну, вот, представь себе. Вода проектирует формы разных «работ»… Назовем их так — работы. Например, мороз сковал лед. А вода проектирует форму для кристаллической решетки, той, которую лед выстроит… И вот, эта форма не должна дважды повторяться даже через миллиарды лет.
— Как понять — не должна?
— Ну, вот, ты смотрел «Сайлент Хилл»? Там фильм про девочек-близняшек, которых разлучили в роддоме, но на самом деле всё не так, потому что вторая «близняшка», получается, что родилась через сорок лет.
— И что?
— То, что так не бывает. Не может даже через миллиарды лет родиться человек с одинаковым лицом. С таким же, как у его «доппельгангера».
— Дак тот же трус в нашего бугайчика как-то превратился! И почему не может?
— Значит, мы попали в дублированную явь. Всё очень просто.
— В ту, которая находится в «ином» космическом пространстве?
— Да.
— Дак ты так и не объяснил! Как отличить настоящий космос от ненастоящего?
— Просто, в настоящем вода запоминает все формы, которые производит, так, чтоб не повторялось двух или нескольких одинаковых форм.
— А как так получилось, что они повторились?
— Ты спрашиваешь, как получилось, что один пацан превратился в двойника другого?
— Да, это.
— А никто ни в кого не превратился. Просто один забежал за угол здания, а, когда наш бугайчик забежал за ним следом, то там стоял тот мальчишка, который живет в этой яви, скопированной с нашей — настоящей.
— Блин, ты чё, специально пытаешься нас запутать?
— В смысле?
— Ну, помнишь, ты говорил, что трус вырубил бугайчика при помощи шального удара. Так или нет?
— Может, этот трус перекачал себе в голову всю его память, и поэтому бугайчик забыл о том, что он геройчик. Мол, дескать, геройчик теперь «трус».
— Во! — воскликнул тот, чей сосед является владельцем полиграфа, — наконец-то. А то я думал, что ты робот.
— А что такое? — спросил этот школьник.
— Ну, ты всё время одну только правду отвечаешь, и правду. А тут детектор лжи дал запоздалый ответ. Пусть запоздало, но он подтвердил, что ты врешь, голубчик!
— В смысле, вру… Ну, то есть, про что вру?
— Про то, что один пацан забежал за угол дома (того дома, в котором они все закидали кирпичами труп мальчишки), а потом был другой. Типа двойник, потому что он живет в той яви, которая скопирована с настоящей.
— Ну да, вру. Это и без детектора лжи можно самим определить.
— Почему — без?
— Потому что превратился он в двойника не в то время, когда дрался с настоящим бугайчиком, а чуть раньше. Так, как бугайчик именно за этим позвал его драться. Затем, что он превратился.
— А как он превратился-то, хоть?!
— Он попил его крови.
— Что он сделал?
— Он инфицированный. Есть вирус вампиризма. Он попил крови нашего бугайчика, и смог превратиться в его двойника.
— А почему этот бугайчик издох на уроке?
— Потому что копированная явь запуталась, кто из них копия, а кто настоящий. Ну, то есть, бугайчик убил своего двойника, а копированная явь подумала, что не бывать тому.
— Чему не бывать?
— Чтоб копия перетащила оригинала в копированную явь, там уконтрапупила бы его и думала бы, что она победительница.
— А почему не бывать?
— Потому что ненастоящая явь, может быть слишком высокого о себе мнения. Она считает себя более настоящей, чем та, в которой мы все живем.
— И это — тоже.
— Что? — спросил школьник, повествующий о том, как на самом деле устроена вся наша вселенная.
— Полиграф подтверждает, что и это тоже ложь.
— Просто он не знает, откуда взялись все эти копированные яви. Если объяснить, то узнает.
— Ну, объясни.
— Раньше землянам снились так называемые коллективные сны.
— Ну, да, я помню… Можешь не объяснять…
— Просто, — продолжал школьник, — если сновидения такие коллективные, то мир, как будто бы общий. Но, на самом деле, всё это не так.
— Что не так?
— То, что мир не общий.
— А какой же?
— Каждый отдельно взятый человек — это целый космос. То есть, отдельно взятый космос. Но… есть такие земляне, которым сны не снятся, но они попадают в сновидения. Типа, в общие сны. Вот так и получается, что космическое пространство одно, а «паразитов» — их много. Тех, кто находится не в своем сновидении.
— А, ну это и так понятно. А почему чудеса такие случаются?
— Когда сны перестали казаться коллективными, — продолжал объяснять школьник, — а каждый отдельно взятый землянин мог видеть свой личный сон, то все «иные космосы» перенеслись в явь.
Страница 3 из 8
