— Чем я вам могу помочь? Дмитрий открыл портфель, достал документы и подал их приветливой полненькой женщине…
Добавить в моё избранное
28 мин, 11 сек 3516
Большинство врачей так и делают. Не стоит заваливать себя работой.
— Конечно. Я все понимаю, Александр Анатольевич.
— Как продвигаются дела с Авдеевым?
— Хорошо. Думаю, у нас наметился некоторый прогресс. Он все охотнее идет на контакт.
— Мальчик мой, будьте осторожны. Авдеев — страшный человек. Не позвольте его словам повлиять на ваш рассудок. Поверьте, я говорю это не просто так.
— Хорошо. Я пришел к вам за разрешением на одну очень нестандартную… процедуру.
— Говорите.
— На моем прежнем месте работы мы использовали небольшой трюк. Несовместимая пара — так мы его назвали. Мы брали двух пациентов, у которых были прямо противоположные заболевания, помещали в одну палату. Часто это было бессмысленно, но иногда нам удавалось улучшить их самочувствие. Например, людей с инсомнией и гиперсомнией. Булимией и анорексией.
— Вот как? Что ж, это довольно интересный подход. И с кем же вы хотите это проделать? Я понимаю, что с Авдеевым, но кто будет вторым?
— Опалев.
— Интересный выбор. Хорошо, можете занять пятую палату на втором этаже. В подвале нет возможности разместить сразу двоих пациентов. Но у дверей постоянно будет стоять охрана!
Дмитрий вышел из кабинета. Голова раскалывалась. И дело было вовсе не в недосыпе, как он убеждал себя раньше. Его кошмары с каждой ночью становились все отвратительнее и ужаснее. И реалистичнее. Он боялся, но не мог найти объяснения своему страху. Пока что.
Опалев Денис. Молчаливый, высокий, массивный. Он был физически силен настолько, что санитары часто просили его помочь им при работе. Проблема его была лишь в одном — Опалев был атеистом. Причем настолько яростным, что вообще не мог жить в мире, где есть церкви, каждый второй молится Богу, а каждый первый поминает черта. Болезнь незначительная, но она полностью погубила его жизнь, лишив сперва работы, а затем и семьи. Как же поведет себя такой человек, когда останется в комнате с тем, кто верует в бога, пусть даже и вымышленного?
Дмитрий вошел в палату. Авдеев лежал на кровати, безо всякого интереса рассматривая потолок. Опалев же сидел в углу, спиной к дверям и тихонько покачивался на месте.
— Зачем вы пришли сегодня, доктор?
— Посмотреть, как вы ладите друг с другом.
— О, у нас тут все прекрасно. Верно?
Опалев всхлипнул и закачался еще сильнее.
— Денис, с вами все в порядке? — мужчина не ответил. — Денис!
Охранники достали резиновые дубинки и нервно переглянулись.
— Подождите минутку. — Дмитрий осторожно подошел ближе. — Денис, поговорите со мной. Он навредил вам? Что-то случилось?
Плечи мужчины задрожали, завывания стали громче.
— Денис? — Дмитрий положил руку на плечо больного, а затем увидел алые дорожки на стене. — Что…
Опалев резко развернулся, схватил Дмитрия за горло и поднял в воздух. У мужчины не было глаз! Лишь два огромных кровавых провала говорили о том, что он когда-то был зрячим.
— Иму-хан не любит, когда на него смотрят! Иму-хан не любит глаз!
— Господи!
Опалев повалил Дмитрия на пол и принялся душить. Охранники бросились на больного, в палату вбегали медбратья и санитары. Они осыпали мужчину ударами, но тот ничего не замечал.
— Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! — верещал Опалев.
Лицо Дмитрия заливали кровь и слюна, а мир постепенно погружался во тьму. Он не мог двигаться, дышать, говорить. Его глаза видели лишь два кровавых провала перед собой, а уши слышали истеричный смех.
Авдеев смеялся.
Жирные щупальца тьмы вырвались наверх. Они разбили водную гладь, уничтожили все препятствия на своем пути. Устремились к суше. Земля трескалась, горы крошились, ледники исчезали.
Щупальца уничтожали, убивали. Сокрушали. Люди ничего не могли им сделать, а их крики и мольбы оставались без ответа. А затем щупальца устремились ввысь, сокрушили небеса.
И пожрали солнце.
— Повезло тебе, парень. Еще бы немного, и тебя бы уже не откачали.
Дмитрий кивнул, поднимаясь с кровати. Медбрат помог ему встать и подал халат.
— Опалева увезли в первую городскую. Сказали, что будет разбирательство, но Александр Анатольевич прикрыл тебя.
— А Авдеев?
— Санитары его чутка помяли и бросили обратно в подвал. А эта гнида даже и не думала замолкать. Ржал как полный псих. Главврач сказал, что эта падаль теперь засядет там надолго.
— Ясно.
Через двадцать минут вернулся Александр Анатольевич.
— Мальчик мой, вы в порядке?
— Да. Простите меня, Александр Анатольевич. Я не знал, что может случиться подобное.
— Мальчик мой, какие же тут извинения! Это я должен просить прощения у вас. Нельзя было оставлять вас одного с Авдеевым. Этот человек — монстр. А я бросил вас прямо к нему в клетку.
— Конечно. Я все понимаю, Александр Анатольевич.
— Как продвигаются дела с Авдеевым?
— Хорошо. Думаю, у нас наметился некоторый прогресс. Он все охотнее идет на контакт.
— Мальчик мой, будьте осторожны. Авдеев — страшный человек. Не позвольте его словам повлиять на ваш рассудок. Поверьте, я говорю это не просто так.
— Хорошо. Я пришел к вам за разрешением на одну очень нестандартную… процедуру.
— Говорите.
— На моем прежнем месте работы мы использовали небольшой трюк. Несовместимая пара — так мы его назвали. Мы брали двух пациентов, у которых были прямо противоположные заболевания, помещали в одну палату. Часто это было бессмысленно, но иногда нам удавалось улучшить их самочувствие. Например, людей с инсомнией и гиперсомнией. Булимией и анорексией.
— Вот как? Что ж, это довольно интересный подход. И с кем же вы хотите это проделать? Я понимаю, что с Авдеевым, но кто будет вторым?
— Опалев.
— Интересный выбор. Хорошо, можете занять пятую палату на втором этаже. В подвале нет возможности разместить сразу двоих пациентов. Но у дверей постоянно будет стоять охрана!
Дмитрий вышел из кабинета. Голова раскалывалась. И дело было вовсе не в недосыпе, как он убеждал себя раньше. Его кошмары с каждой ночью становились все отвратительнее и ужаснее. И реалистичнее. Он боялся, но не мог найти объяснения своему страху. Пока что.
Опалев Денис. Молчаливый, высокий, массивный. Он был физически силен настолько, что санитары часто просили его помочь им при работе. Проблема его была лишь в одном — Опалев был атеистом. Причем настолько яростным, что вообще не мог жить в мире, где есть церкви, каждый второй молится Богу, а каждый первый поминает черта. Болезнь незначительная, но она полностью погубила его жизнь, лишив сперва работы, а затем и семьи. Как же поведет себя такой человек, когда останется в комнате с тем, кто верует в бога, пусть даже и вымышленного?
Дмитрий вошел в палату. Авдеев лежал на кровати, безо всякого интереса рассматривая потолок. Опалев же сидел в углу, спиной к дверям и тихонько покачивался на месте.
— Зачем вы пришли сегодня, доктор?
— Посмотреть, как вы ладите друг с другом.
— О, у нас тут все прекрасно. Верно?
Опалев всхлипнул и закачался еще сильнее.
— Денис, с вами все в порядке? — мужчина не ответил. — Денис!
Охранники достали резиновые дубинки и нервно переглянулись.
— Подождите минутку. — Дмитрий осторожно подошел ближе. — Денис, поговорите со мной. Он навредил вам? Что-то случилось?
Плечи мужчины задрожали, завывания стали громче.
— Денис? — Дмитрий положил руку на плечо больного, а затем увидел алые дорожки на стене. — Что…
Опалев резко развернулся, схватил Дмитрия за горло и поднял в воздух. У мужчины не было глаз! Лишь два огромных кровавых провала говорили о том, что он когда-то был зрячим.
— Иму-хан не любит, когда на него смотрят! Иму-хан не любит глаз!
— Господи!
Опалев повалил Дмитрия на пол и принялся душить. Охранники бросились на больного, в палату вбегали медбратья и санитары. Они осыпали мужчину ударами, но тот ничего не замечал.
— Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! — верещал Опалев.
Лицо Дмитрия заливали кровь и слюна, а мир постепенно погружался во тьму. Он не мог двигаться, дышать, говорить. Его глаза видели лишь два кровавых провала перед собой, а уши слышали истеричный смех.
Авдеев смеялся.
Жирные щупальца тьмы вырвались наверх. Они разбили водную гладь, уничтожили все препятствия на своем пути. Устремились к суше. Земля трескалась, горы крошились, ледники исчезали.
Щупальца уничтожали, убивали. Сокрушали. Люди ничего не могли им сделать, а их крики и мольбы оставались без ответа. А затем щупальца устремились ввысь, сокрушили небеса.
И пожрали солнце.
— Повезло тебе, парень. Еще бы немного, и тебя бы уже не откачали.
Дмитрий кивнул, поднимаясь с кровати. Медбрат помог ему встать и подал халат.
— Опалева увезли в первую городскую. Сказали, что будет разбирательство, но Александр Анатольевич прикрыл тебя.
— А Авдеев?
— Санитары его чутка помяли и бросили обратно в подвал. А эта гнида даже и не думала замолкать. Ржал как полный псих. Главврач сказал, что эта падаль теперь засядет там надолго.
— Ясно.
Через двадцать минут вернулся Александр Анатольевич.
— Мальчик мой, вы в порядке?
— Да. Простите меня, Александр Анатольевич. Я не знал, что может случиться подобное.
— Мальчик мой, какие же тут извинения! Это я должен просить прощения у вас. Нельзя было оставлять вас одного с Авдеевым. Этот человек — монстр. А я бросил вас прямо к нему в клетку.
Страница 5 из 9
