Управляющий баром-рестораном «Ла Куэва» был худощав, почти высушен, смуглолиц, усат, иссиня-черноволос и одет в белый костюм-тройку — это в сорокаградусную жару, с ума сойти. Он явно стилизовал себя под сороковые или пятидесятые, короче, под ретро, и Летисии эта стилизация понравилась. Впрочем, здесь, в«Ла Куэве», ей пока все нравилось…
Добавить в моё избранное
30 мин, 27 сек 6472
— Мы умеем ценить работников независимо от того, временно или постоянно они с нами сотрудничают, — ответил с достоинством управляющий. — И да, вы можете выбрать себе любые смены… только согласуйте это с Педро.
Скорее из любопытства она попросила поставить ее на среду и выходные, когда, по словам других официантов, удавалось заполучить сказочные чаевые. Педро поздравил ее с первым успехом, был ясен и улыбчив, как всегда, и предложил где-то отметить этот успех. В понедельник Педро был занят, и они договорились встретиться во вторник, когда у него был отгул.
Они встретились у входа на пляж — не тот огромный, что простирался у «Ла Куэвы», а другой, небольшой, частный, с красивыми тентами в тропическом стиле и уютными лежаками. Под каждым тентом стояло два лежака с яркими бело-красными покрытиями. Они легли рядом, причем каждый, разумеется, невольно присмотрелся к фигуре другого. Приятным открытием было то, что фигура Педро не уступала ее собственной: ровные сильные ноги, накачанный пресс живота, литые мышцы рук. Красивый он все же парень, ничего не скажешь.
Через какое-то время их разговор предсказуемо свернул на «Ла Куэву». — Да, я всегда улыбаюсь, всегда в форме, но как мне все надоело! Я работаю в «Ла Куэве» уже пять лет. После универа долго не мог найти работу, внезапно заболела мать, срочно нужны были деньги… Кто-то подсказал, что в«Ла Куэве» ищут метрдотеля со знанием языков, я и пошел. Для тебя это игра, а для меня это жизнь! Я увяз во всем этом… в дрязгах, интригах, сплетнях. Помнишь, я говорил про сплетни, что в«Ла Куэве» живут духи, человечки? Их распространяет кто-то из конкурентов. И кто-то пугает персонал и гостей. Может, кто-то из своих — засланный казачок.
— А ты не слышал о пропавших девушках? Одна исчезла в 1995-м, другая — в 1988-м. И обе работали в «Ла Куэве».
— Никогда.
Дома, вечером Летисия впервые взяла в руки «Пропавших бесследно», надеясь отвлечься от бредущих по привычному кругу — Педро, Педро и снова Педро — мыслей. Во вступлении автор широкими мазками, ярко и патетично рисовал удручающую картину: в Мексике исчезновение людей превратилось в настоящую социальную проблему. «Эта напасть не знает ни социальных, ни этнических, ни религиозных барьеров: так, в одном августе 2002 г. в одном и том же городе бесследно исчезают 70-летний бездомный старик Хесус Лимо, 45-летняя торговка пряностями Хулия Оливарес и 18-летняя дочь богатых родителей Вероника-Маргарита-Чечилия Гонсалес-и-Сариньяна».Летисия буквально споткнулась об эту фразу. Перечла ее еще раз, потом еще раз, пока не поняла: семь лет! Ана-Мария исчезла ровно через 7 лет после исчезновения Роситы Кастро, а Вероника-Маргарита-Чечилия пропала через семь лет после исчезновения Аны Марии.
В книге про эту девушку больше не было ни слова. Летисия принялась искать в Сети. Нашлось не так много: девушка поехала к крестной и не доехала, никаких подозреваемых, никаких требований выкупа, никаких зацепок. Никаких упоминаний о «Ла Куэве». Но у Вероники была сестра-двойняшка со сложным именем Фернанда-Ноэлия-Адорасьон — видимо, в этой семье любили вычурные имена. Набрав ее имя и фамилию, Летисия вышла на профиль в «Фейсбуке» некоей сеньоры Фернанды Гонсалес-и-Сариньяна Пизарро-Рамирес — похоже, сестра пропавшей Вероники вышла замуж и по обычаю добавила к своей фамилии фамилию мужа. Не надеясь на ответ, Летисия написала ей: представилась начинающей журналисткой, пишущей о пропавших девушках, и попросила о встрече.
Через полчаса пришел ответ: «В пятницу с 12 до 14 буду в спа-центре» Океан«, обращайся на ресепшн: тебе подскажут, где я».
Сеньора Фернанда оказалась высокой, очень стильно одетой и очень ухоженной женщиной. В ее манере поведения было что-то властное, и она сразу взяла разговор в свои руки. — Итак, что ты хотела узнать о Веронике?— Только одно: она имела хоть какое-то отношение к «Ла Куэве»?
— Странно, что ты спросила об этом. Мы были в этом баре компанией однажды весной, за три или четыре месяца до ее исчезновения. Ей понравился там мальчик, официант, и мы все шутили над ней. Потом она даже немного общалась с ним в чате, а потом этот флирт угас. Вот и все. — Вы уверены, что угас?— Да. Мы были очень близки. Я знала о ней все. Я даже знаю, что она давно умерла и умерла страшной смертью. Она приходила ко мне во сне и говорила об этом. На Летисию повеяло холодом, хотя в холле, где они сидели, было тепло. — А как его звали?— Как-то на П. Пабло, Педро… Сердце Летисии заколотилось со страшной скоростью. Она вытащила смартфон, нашла их селфи с Педро, сделанное тогда же на пляже, и показала сеньоре Фернанде. — Это не он?— Он. Ты его знаешь?— Да. И он по-прежнему там работает. Вы рассказывали о нем полиции?— Конечно. Но он оказался чист: в день исчезновения Вероники лежал в больнице с пупочной грыжей. Его оперировали. — Это ложь, — пробормотала Летисия, — у него нет шрама на животе. Но сколько ему тогда было лет?— Лет восемнадцать-двадцать.
Скорее из любопытства она попросила поставить ее на среду и выходные, когда, по словам других официантов, удавалось заполучить сказочные чаевые. Педро поздравил ее с первым успехом, был ясен и улыбчив, как всегда, и предложил где-то отметить этот успех. В понедельник Педро был занят, и они договорились встретиться во вторник, когда у него был отгул.
Они встретились у входа на пляж — не тот огромный, что простирался у «Ла Куэвы», а другой, небольшой, частный, с красивыми тентами в тропическом стиле и уютными лежаками. Под каждым тентом стояло два лежака с яркими бело-красными покрытиями. Они легли рядом, причем каждый, разумеется, невольно присмотрелся к фигуре другого. Приятным открытием было то, что фигура Педро не уступала ее собственной: ровные сильные ноги, накачанный пресс живота, литые мышцы рук. Красивый он все же парень, ничего не скажешь.
Через какое-то время их разговор предсказуемо свернул на «Ла Куэву». — Да, я всегда улыбаюсь, всегда в форме, но как мне все надоело! Я работаю в «Ла Куэве» уже пять лет. После универа долго не мог найти работу, внезапно заболела мать, срочно нужны были деньги… Кто-то подсказал, что в«Ла Куэве» ищут метрдотеля со знанием языков, я и пошел. Для тебя это игра, а для меня это жизнь! Я увяз во всем этом… в дрязгах, интригах, сплетнях. Помнишь, я говорил про сплетни, что в«Ла Куэве» живут духи, человечки? Их распространяет кто-то из конкурентов. И кто-то пугает персонал и гостей. Может, кто-то из своих — засланный казачок.
— А ты не слышал о пропавших девушках? Одна исчезла в 1995-м, другая — в 1988-м. И обе работали в «Ла Куэве».
— Никогда.
Дома, вечером Летисия впервые взяла в руки «Пропавших бесследно», надеясь отвлечься от бредущих по привычному кругу — Педро, Педро и снова Педро — мыслей. Во вступлении автор широкими мазками, ярко и патетично рисовал удручающую картину: в Мексике исчезновение людей превратилось в настоящую социальную проблему. «Эта напасть не знает ни социальных, ни этнических, ни религиозных барьеров: так, в одном августе 2002 г. в одном и том же городе бесследно исчезают 70-летний бездомный старик Хесус Лимо, 45-летняя торговка пряностями Хулия Оливарес и 18-летняя дочь богатых родителей Вероника-Маргарита-Чечилия Гонсалес-и-Сариньяна».Летисия буквально споткнулась об эту фразу. Перечла ее еще раз, потом еще раз, пока не поняла: семь лет! Ана-Мария исчезла ровно через 7 лет после исчезновения Роситы Кастро, а Вероника-Маргарита-Чечилия пропала через семь лет после исчезновения Аны Марии.
В книге про эту девушку больше не было ни слова. Летисия принялась искать в Сети. Нашлось не так много: девушка поехала к крестной и не доехала, никаких подозреваемых, никаких требований выкупа, никаких зацепок. Никаких упоминаний о «Ла Куэве». Но у Вероники была сестра-двойняшка со сложным именем Фернанда-Ноэлия-Адорасьон — видимо, в этой семье любили вычурные имена. Набрав ее имя и фамилию, Летисия вышла на профиль в «Фейсбуке» некоей сеньоры Фернанды Гонсалес-и-Сариньяна Пизарро-Рамирес — похоже, сестра пропавшей Вероники вышла замуж и по обычаю добавила к своей фамилии фамилию мужа. Не надеясь на ответ, Летисия написала ей: представилась начинающей журналисткой, пишущей о пропавших девушках, и попросила о встрече.
Через полчаса пришел ответ: «В пятницу с 12 до 14 буду в спа-центре» Океан«, обращайся на ресепшн: тебе подскажут, где я».
Сеньора Фернанда оказалась высокой, очень стильно одетой и очень ухоженной женщиной. В ее манере поведения было что-то властное, и она сразу взяла разговор в свои руки. — Итак, что ты хотела узнать о Веронике?— Только одно: она имела хоть какое-то отношение к «Ла Куэве»?
— Странно, что ты спросила об этом. Мы были в этом баре компанией однажды весной, за три или четыре месяца до ее исчезновения. Ей понравился там мальчик, официант, и мы все шутили над ней. Потом она даже немного общалась с ним в чате, а потом этот флирт угас. Вот и все. — Вы уверены, что угас?— Да. Мы были очень близки. Я знала о ней все. Я даже знаю, что она давно умерла и умерла страшной смертью. Она приходила ко мне во сне и говорила об этом. На Летисию повеяло холодом, хотя в холле, где они сидели, было тепло. — А как его звали?— Как-то на П. Пабло, Педро… Сердце Летисии заколотилось со страшной скоростью. Она вытащила смартфон, нашла их селфи с Педро, сделанное тогда же на пляже, и показала сеньоре Фернанде. — Это не он?— Он. Ты его знаешь?— Да. И он по-прежнему там работает. Вы рассказывали о нем полиции?— Конечно. Но он оказался чист: в день исчезновения Вероники лежал в больнице с пупочной грыжей. Его оперировали. — Это ложь, — пробормотала Летисия, — у него нет шрама на животе. Но сколько ему тогда было лет?— Лет восемнадцать-двадцать.
Страница 5 из 9
