Отвергнутый смертью

Ах, да — кошка. Оставив растерзанное тело мужчины у слетевшей в канаву машины, эта тварь стремительно исчезла в поле… Будто у нее были еще какие-то незаконченные дела… Вот и все.

Он тактично развел руками.

Кэмерон и Марти засмеялись. Денни сначала улыбнулся, а потом и сам расхохотался.

— Как можно читать ТАКОЕ? — вдруг серьезно спросила Энджи.

Через секунду — другую невеселое выражение сошло с лиц остальных девчонок, и атмосфера веселья вновь взыграла в каждом. При своем осталась только Анжела, которая о чем-то глубоко задумалась.

— Ну раз такое дело, то я расскажу еще одну коротенькую историю. Про гангстера. — Денни символически достал из-за пояса миниатюрный серебристый револьвер, какие обычно помещаются в любую сумочку, карман и удобны для использования при самообороне.

[[— Это тот самый револьвер? — детектив достал из кармана помещенное в прозрачный пакет оружие.

— Да, — сказала Энни.]]

При первом же взгляде на пистолет, отражающий отблески огня, Марти вздрогнул от мысли, что он заряжен боевыми патронами. А пьяный Денни так беззаботно жестикулирует им, рассказывая историю.

— Ден, где ты его взял?

— Да так, у знакомого одолжил…

— Ты знаешь, что бы с нами сделали копы, если бы поймали вот с этой вот херней? — продолжил Марти.

Денни хотел было что-то ответить, но вместо этого раздался выстрел в землю, который перепугал всех насмерть.

— Что ты делаешь?! Дай его сюда! — Марти бросился к нему. — Ты хочешь нас угробить?

Пьяный в хлам Ден стал что-то выкрикивать, сводя все произошедшее лишь к розыгрышу, но Марти был намерен отстоять свою позицию и отнять опасную игрушку у товарища. Последовала короткая борьба, в процессе которой раздался еще один выстрел, заставивший испуганных не на шутку девчонок взвизгнуть. Все происходило так быстро, что еще некоторое время после того, как Марти повалился на землю лицом вниз, никто не мог понять, что конкретно произошло. И только когда Денни, испуганно таращившийся на неподвижно лежавшего друга, отбросил в сторону револьвер, Кэмерон соскочил с земли и бросился к Марти. Перевернув его на спину, он увидел на футболке большое кровавое пятно в области сердца.

— Ты убил его! Ты… ты-идиот! — вне себя заорал он на трясущегося Денни, который, казалось, немного протрезвел.

Прошло около часа. Кэмерон продолжал прижимать к себе и успокаивать шокированных, заплаканных Энджи и Кристин. Энни сидела у одной из палаток, всхлипывая, закрыв лицо ладонями.

— Я не хотел. Видит Бог, я не хотел этого… — тихо повторял Денни, который сидел у костра, уперевшись руками в колени и покачивался. — Что с нами будет? Что же теперь будет?

— Тюрьма по нам по всем плачет — вот, что будет, — грубо оборвал его хныканье Кэмерон.

Денни замотал головой и, наморщившись, закрыл глаза.

— Нужно сейчас же погрузить Марти в машину, отвезти его домой и все рассказать его родителям, — раздался поодаль равнодушный голос Энни. — Это единственное правильное решение в данной ситуации.

— Ты с ума сошла! — завопил Денни. — Да они же нас собственноручно прикончат!

— Что ты предлагаешь? — упрекающее обратился к нему Кэмерон.

— Надо… надо оставить тело здесь. А лучше — сбросить в реку. Вместе с оружием. А затем сообщить в полицию о пропаже Марти.

Услышав это, Кэмерон в ярости бросился на него и, завалив на спину, занес над ним сжатую в кулак руку. Энджи кинулась следом.

— Кэм, успокойся! Прошу тебя! Дракой сейчас ничего не добиться. Пожалуйста, перестань… Пожалуйста! — она умоляюще трясла его сзади за плечи.

Он презрительно глядел прямо в глаза Денни, все еще держа кулак наготове. В этих самых глазах некогда весельчака и заводилы, который еще недавно веселил у костра своих друзей небылицами, сейчас читались страх, отчаяние и слабость. А когда из этих глаз невольно покатились слезы, Кэмерон поубавил браваду и отпустил Денни, хотя и оттолкнув его все же с неким отвращением. Поднялся во весь рост и сказал:

— Мы отвезем Мартина домой, а дальше будь, что будет.

— Нет. Ден прав. Нельзя вот так просто одним движением губить всю свою дальнейшую жизнь, — сказала Кристина.

Кэмерон и Анжела уставились на нее.

— Неизвестно вообще, что будет. Его родители… наши собственные родители… суд… тюрьма. Нужно все упростить. Марти назад не вернуть. Его жизнь оборвалась. Но ведь есть еще наши жизни. Что будет с ними?

Ее слова, словно спица, пронзили сейчас затуманенное сознание каждого из окружающих. Все, конечно же, осознавали, что наказание за содеянное их ждет жуткое. Но, с другой стороны, если бы даже все прошло более — менее гладко (для них), скрой они правду ото всех, как потом они впятером смогли бы смотреть в глаза родителей бедного Марти…

Решение было принято, и оно объяснялось просто-напросто сработавшим первостепенным инстинктом самосохранения.