Дольмен

Мрак норы вдруг осветился сиянием двух желтых огней. Послышалось оглушительное шипение и из угрюмой пещеры высунулась лапа — длинная тощая, с острыми изогнутыми когтями. Заледенев от ужаса, я смотрел на выползающую отвратительную тварь, извивающуюся огромным чешуйчатым телом. Это могла быть змея — но у нее были тощие лапы, очень похожие на человеческие. И уж точно ни у какой змеи не могло быть такой головы — с длинными жесткими волосами, похожими на иглы дикобраза, с острыми ушами и совершенно мерзкой физиономией. Толстые губы раздвинулись в злобной усмешке, обнажая огромные клыки, меж которых мелькал раздвоенный язык. Тварь приподнялась вверх, изогнув длинную шею, прищуренные желтые глаза холодно осматривали склонившийся перед ней подземный народ. Внезапно голова чудовища метнулась вперед и острые клыки сжались на шее одного из ее почитателей. Оглушительное визжание прервалось, когда чудище сжало крепче свои челюсти, а второй лапой ухватила тварь за ноги и резко дернула вниз. Послышался мерзкий звук, тело подземного выродка разорвалось пополам, внутренности вывалились наружу и кровь хлынула на черную землю. С чавканьем чудище пожирало растерзанное тело, в то время как его безобразные почитатели бормоча что-то неразборчивое, отбивали поклоны. В этот момент меня озарило. Теперь я понял — для чего строились эти дольмены и чему подражали те, кто создавал их в дальнейшем. Исполинские мегалиты служили вратами между мирами — нашим и теми запретными темными сферами, в которых бродят жуткие Твари, о которых намекают самые древние и страшные легенды человечества. И эти жалкие уродцы, что жили под землей и поклонялись безобразным чудовищам, смогли передать свой культ пришедшим сюда людям. Со временем секрет вызова демонических тварей был утрачен и теперь уже тела умерших возлагались внутрь дольменов, чтобы древнее божество само взяло свое.

Чудовище пожрало свою жертву и подняло вверх безобразную морду, перепачканную кровью. Его взгляд заскользил по склонившимся перед ним сгорбленным спинам и вдруг замер, застыв в одной точке. И я, хотя был духом, весь задрожал от ужаса — чудовище смотрело прямо на меня, оно видело меня! Вновь разнеслось ужасающее шипение и извивающееся тело метнулось вперед. Однако я успел прочесть заклинание и с облегчением увидел, как перед моими глазами все стало темнеть и терять очертания. Последнее, что я увидел, прежде чем перейти в свое время — это слюнявая оскаленная пасть, распахнувшаяся перед моим лицом.

С диким криком, я очнулся от своего забытья. Обуянный слепым ужасом я побежал вниз по склону, ежеминутно рискуя сломать себе шею. Грязный и исцарапанный я выбежал на одну из улочек станицы и упал без чувств. Позже меня подобрали местные жители, в которых все-таки сохранилось что-то похожее на милосердие — по крайней мере они посадили меня на автобус. Попав домой я тут же разгромил свою лабораторию, уничтожив все препараты, что породили на свет это чудовищное зелье. А потом свалился как убитый. Проспав целые сутки, я вывез все колбы и склянки, пустые и полные, на ближайшую свалку, там же я сжег все свои книги и записи касающиеся оккультного.

Тогда я думал, что все кончено, но месяц спустя я увидел во сне все залитую лунным светом поляну, исполинский дольмен и ужасную тварь, выползающую из него. С диким криком я проснулся в холодном поту, мое сердце бешено колотилось. В моих ушах все еще звучало злобное шипение и словно наяву я видел мерцание желтых глаз, казалось преследующих меня и в комнате.

Наутро я узнал, что в соседней квартире была жестоко убита супружеская пара — их тела были изуродованы, словно их терзал дикий зверь. Как я понял из осторожного шепота соседок, тела были перемазаны какой-то слизью, а в самой комнате жутко воняло. И в этот момент я понял, что чудовище древних времен живо, и оно нашло свою жертву.

С тех пор я сменил уже несколько адресов, хотя и понимаю, что это бесполезно — тварь найдет меня повсюду. Чудовище играет со мной, являясь ко мне во снах и заставляя меня каждый раз просыпаться с ужасающим криком. А потом я узнаю, что где-то поблизости снова ужасной смертью погиб человек. И я гонимый иррациональным страхом, вновь бегу и прячусь, хотя и понимаю, что это бесполезно. Больше я не буду этого делать. Хватит подвергать опасности тех, кто живет рядом. Я продал квартиру и купил эту развалюху в заброшенной деревушке. Здесь почти никто не живет, если не считать кучки горьких пьяниц и древних старух, но я надеюсь, что чудище их не тронет — ведь я все равно не собираюсь никуда бежать. Пусть оно приходит за мной и я, наконец, унесу в могилу жуткую тайну строителей дольменов, тайну, которая на самом деле гораздо страшнее, чем просто жестокий культ вырождающегося народца. Я ведь видел лицо жестокого божества подземных жителей. Эти чудовищные черты, пусть искаженные и гипертрофировавшие уродство самих подземных выродков — только слепой не увидел бы сходства между ними и почитаемой ими тварью.