— Посмотрите, как тихо, хорошо! — уговаривала меня маклер. Пожилая латышка, в больших, на пол-лица очках, делающих ее похожей на черепаху из старого мультика. Начесанные по старой моде едва тронутые сединой волосы, торчали высокой шапкой, опасно покачиваясь при каждом повороте головы. — Все как вы и просили. Тихий район, тихие, спокойные соседи…
Добавить в моё избранное
31 мин, 59 сек 11749
Настя открыла глаза, и благодарно улыбнулась. Губы дрогнули, сложились в слова, но ни звука не сорвалось с алых вишневых губ. Лишь взвыл в печной трубе ураган, и скрюченное на полу тело, рассыпалось прахом. Подхваченный порывом ветра, прах взмыл в воздух и без следа растворился за порогом. Прах к праху.
Опираясь на стену, я кое-как встал, и хромая вышел на крыльцо. Короткая летняя ночь подошла к концу. Первые лучи солнца, окрасили красным позолоченый купол церквушки.
Один наглый лучик скользнул вверх, взбежал по кресту, и, отразившись от его верхушки, солнечным зайчиком прыгнул мне в руки, ярко освещая все еще сжимаемые распятие и библию.
Я улыбнулся, и снова зашептал Отче Наш. Благодаря. За все. И за те слова, которые я услышал не ушами, а сердцем:
— Я люблю тебя. И буду любить вечно.
Опираясь на стену, я кое-как встал, и хромая вышел на крыльцо. Короткая летняя ночь подошла к концу. Первые лучи солнца, окрасили красным позолоченый купол церквушки.
Один наглый лучик скользнул вверх, взбежал по кресту, и, отразившись от его верхушки, солнечным зайчиком прыгнул мне в руки, ярко освещая все еще сжимаемые распятие и библию.
Я улыбнулся, и снова зашептал Отче Наш. Благодаря. За все. И за те слова, которые я услышал не ушами, а сердцем:
— Я люблю тебя. И буду любить вечно.
Страница 10 из 10
