Хозяйка затопленной деревни

Выбирая между неминуемой смертью и возможной гибелью, я поставил на второе и поднялся к небу по гниющим доскам, готовым опрокинуть меня в пасть иного мира.

Киль продирался через шуршащие стебли. Лодка причалила к островку. Сапоги ступили на илистую землю, покрытую водорослями и камышами. Улыбаясь, как ребенок, я вошел внутрь. Теперь храм казался гораздо меньше. Я попытался найти пробоину от своей ноги, но досок на полу почти не осталось — камыши полностью заполнили внутренности церквушки. Я прислонился спиной к холодной, влажной стене, и закурил. Струйка дыма оставляла в воздухе зыбкий след и не торопилась рассеиваться на ветру.

Признаться, спустя года в этой истории многое кажется глупым. Ну, конечно, не мог один человек остановить строительство ГЭС. Равно как нельзя пробить широкую плотину единственной бомбой. Но когда я был ребенком, я в это верил. Мой друг тоже имел на этот счет огромные заблуждения. А русалка? Думаю, она просто развлекалась в меру своих возможностей.

Когда я увидел ее в проеме, не удивился. Странно, что она пришла посреди дня. Я думал, они могут являться лишь ночью. Отстегнув от пояса гарпун, я взял его в левую руку, а правой по привычке продолжал придерживать сигарету. Девушка (ее кожа при дневном свете оказалась сероватого оттенка) приблизилась вплотную и тоже оперлась о стену. Ее локоть касался моего, но я не испытывал страха. Напротив, волна ностальгии при встрече знакомого лица наполнила меня теплом. Я был рад, что она осталась такой же стройной спустя многие года, чего нельзя сказать обо мне. Я предложил ей сигарету, но она отказалась.

— Долго же тебя не было, — ласково произнесла она, улыбнувшись.

— Извини. Семья, дети. Внуки, — нехотя оправдывался я. — Да и не очень-то хорошо мы расстались в последний раз. Ты меня чуть не утопила, а я тебя…

— Эх, вот это были времена! — она рассмеялась. — А мне больше всего запомнился наш разговор. Я каждый раз его вспоминаю. Думала, ты больше никогда сюда не зайдешь. Хотела уже сама тебя разыскать. А ты — вот он, здесь, — она развернулась и с интересом уставилась мне прямо в глаза. — А ты меня не пугаешься? Вижу — тебе страшно. Даже пушку припер.

— Ошибаешься, — улыбнулся я и выкинул бычок. — Я уже ничего не боюсь. Врачи вынесли мне приговор. Рак. Такой же, как у моего отца. Он несколько лет мучился, пока не умер. Смерть освободила от страданий не столько папу, сколько его близких, включая меня. А теперь пришла и моя очередь. Но я не собираюсь терпеть нескончаемую боль, которая в конечном итоге доведет меня до безумия. Лучше уйду по-мужски. Что стоишь? Давай — топи меня. Телефон я тебе дарю. Он водонепроницаемый.

— Ха-ха-ха, мужик, ну ты и шутить! — русалка легонько ткнула кулачком. — Да не буду я тебя топить. Мне ведь не только еда нужна.

Я погрустнел и отвел взгляд. А ведь я вовсе не шутил.

— Скажи, маленькая русалочка. А откуда ты взялась? Откуда вы вообще беретесь? Я перерыл всю литературу. Напряг связи в ученых кругах. Но все смотрели на меня, как на обкурившегося нарика.

— Думаю, это переходный этап от человека к рыбе, — немного подумав, ответила она. — Я не знаю, что было такого в этом омуте. Может, кузнец в нем свои подковы тушил. Или какой-нибудь местный алхимик, специализирующийся на конопле, помыл там ступку. Но мой организм мутировал. Вместо того, чтобы начать разлагаться, я переродилась в рыбу. Удивлен? Думаешь, ты один задался этим вопросом? Я уже давно над этим голову ломаю.

— Но почему же ученые об этом молчат? — парировал я.

— Да потому что сейчас это считается полнейшей ересью. То, что рыбы и рептилии (а, возможно, и все остальные виды) произошли от человека — никто этого попросту не признает. Вы слишком верны своей религии.

— Христианство?

— Наука, — ответила она, и глаза ее вспыхнули. — Да, да, наука! И тогда, и сейчас. Вы свято верите в медикаменты и электронику, хотя и то и другое загонит вас в могилу. Таблетки снимают симптомы, но ослабляют иммунную систему. А что происходит из-за излучения магнитных полей — за аргументами далеко ходить не надо. Ты, например — ходячий пример. Пока еще ходячий. Зато с новеньким смартфоном.

— Ага, вон какую метастазу себе отрастил, — невесело усмехнулся я.

— Да ты не унывай, — она дернула меня за рукав. — Возвращайся к своим родственникам. Ты им живой нужен. И не смей с собой поканчивать. А если вдруг в воду кинешься, я тебя спасу, так и знай.

Мы сели в лодку. Я греб, а она расположилась на заднем сидении и смотрела на меня. Я уже не испытывал энтузиазма по поводу ее женских прелестей так, как в молодости. Но не мог не признать, что точеная фигурка и мне радовала глаз.

— Признайся честно, — попытался сказать я как можно серьезнее. — Разве тебе не хочется меня убить? За все, что я сделал тебе в ту ночь?

— Конечно, хочется, — добродушно улыбаясь, произнесла она.