Шелестящие всплески под килем, упрямый ветер в спину. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть вперед, а затем продолжаю грести. Весла касаются волн, толкая деревянную лодку, и выныривают, разбрызгивая холодные капли…
Добавить в моё избранное
34 мин, 17 сек 4386
Иногда я бредил. Но скоро сознание ко мне вернулось. Я выглянул в окно. Увидел металлические постройки, обрамляющие плотину, и все вспомнил.
Было бесполезно звонить в милицию. Ведь я не знал точно, будет ли мой бывший друг именно сегодня воплощать задуманное. Но вполне возможно, что я увижу его где-то неподалеку и смогу вывести на чистую воду.
В трико, майке и тапочках, которые оставили мне родители, я выбежал из больницы. Минуя перекресток за перекрестком, я скоро пожалел о своем отчаянном побеге. Голова кружилась. Сердце выбивало ломаный ритм.
На бегу я терял сознание, а спустя миг возвращался к реальности. Опирался на стену и пытался отдышаться. А затем снова бежал.
«Он задумал еще одно злодеяние. Паренек мечтает взорвать плотину и тем самым затопить города, возведенные под ее черной тенью»…
Слева — линии электропередач, зубьями вгрызающиеся в звездное небо. Справа — пустота. Где-то под ней — поверхность реки, что была прижата гигантской постройкой. Я несся по дороге, проходящей сверху плотины, что перечеркивала Волгу подобно свежему шраму.
Впереди, задом к краю пропасти, стоял грузовик. Такой был у нашего соседа, но вряд ли он захочет тащиться сюда посреди ночи. Я уже догадывался, кто может сидеть за рулем.
Когда я увидел огромную бомбу, лежащую в кузове, появилось второе дыхание, и ноги сами ускорили шаг. Я подбежал к кабине и открыл дверь. Внутри был Саша.
— Черт, ты меня напугал, — пожаловался бывший друг, пытаясь нащупать какую-то кнопку. — Я никак не пойму, как опрокинуть кузов. Я целую неделю потратил на то, чтобы вытащить из болота эту чертову бомбу. А вчера весь день с помощью соседской лебедки затаскивал ее на грузовик. И вот теперь, когда я добрался сюда, и все, кажется, подходит к концу, я не могу найти, как поднимать этот сраный кузов! — заорал истошно Шиянов и врезал по приборной панели. — Секунду. А как ты остался жив? Неужели, моя подруга тебя не встретила?
— Почему? — лицедействовал я. — Мы с ней так душевно поболтали. И вот, она просила тебе передать, чтобы ты не взрывал плотину.
— Врешь! — крикнул Саша, и из глаз его брызнули слезы. — Кажется, этот чертов кузов сломан! Вонючий алкаш, не мог починить свою колымагу! Но ничего, я скину бомбу вместе с грузовиком. Только вот сначала закончу одно дельце, которое когда-то начал. Стой смирно, тебя это тоже касается.
Колени мои затряслись, когда он вытащил из кабины разводной ключ и спрыгнул на землю. Клянусь, даже огромная бомба, чудом не взорвавшаяся во время Великой Отечественной, не пугает так сильно, как тяжелый металлический предмет в руках твоего бывшего друга, что с обезумившими глазами идет в твою сторону и замахивается для удара…
В последний момент я прикрыл голову. Через секунду кость с хрустом сломалась. Последовал еще один удар. И еще. Я лежал на спине, а с онемевших рук кровь капала мне на лицо. Горло по-прежнему опухало из-за болезни, и я начал думать, что последний удар освободит меня от мук. Я мыслил подобно тем глупцам, что искали смерть на дне морском. Скорее по привычке я продолжал держать окровавленные ладони над головой и при этом надеялся, что сумасшедший парень, наконец, оборвет мой бесконечный полет в бездну боли.
Взрыв стал неожиданностью для нас обоих. Бомба, найденная безумным старшеклассником, внезапно детонировала, озарив ночь белой вспышкой. Грузовичок разлетелся на куски. Мотор и бензобак, полыхая рыжим пламенем, устремились в небеса. Доски кузова и резиновые клочья покрышек фейерверком разлетелись во все стороны.
Прямо надо мной пронеслась взрывная волна. Сашу, который замахнулся для последнего удара, она смела и швырнула об асфальт в десяти метрах от меня. Бесчувственное тело, израненное осколками, прокатилось по дороге, оставляя за собой след из кровавых капель. А меня, лежащего на земле, не задело. Лишь спустя минуту я почувствовал жар полыхающего пожара.
Голова кружилась из-за боли в поломанных конечностях и температуры, подскочившей из-за физических нагрузок. Я задрал голову и вновь нашел взглядом Александра. Хотел убедиться, что он не оклемался и не идет ко мне с разводным ключом наперевес.
Вместо этого я увидел русалку. Рыжие отблески пламени искрились на ее мокрых чешуйках. Стройная фигура убийцы склонилась над телом парня. Она протянула руку, поволокла его за воротник порванного свитера. Тот не показывал признаков жизни. Дотащив до края, она скинула труп в воду. А затем разбежалась и тоже прыгнула за перила. Всплеск я услышал уже из глубокого сна.
Миновало, кажется, полвека. И снова я вижу эту затонувшую деревню. Слышу пение лягушек. Немелодичное, но полное умиротворенности. Карта с GPS на экране смартфона указывает нужное мне направление. Ах, вот и церковь! Теперь ее опоясывают не только густые водоросли, но еще и пики камышей. Взглянув на колокольню, я почувствовал, как душа наполняется теплотой. Там я спасся от русалки.
Было бесполезно звонить в милицию. Ведь я не знал точно, будет ли мой бывший друг именно сегодня воплощать задуманное. Но вполне возможно, что я увижу его где-то неподалеку и смогу вывести на чистую воду.
В трико, майке и тапочках, которые оставили мне родители, я выбежал из больницы. Минуя перекресток за перекрестком, я скоро пожалел о своем отчаянном побеге. Голова кружилась. Сердце выбивало ломаный ритм.
На бегу я терял сознание, а спустя миг возвращался к реальности. Опирался на стену и пытался отдышаться. А затем снова бежал.
«Он задумал еще одно злодеяние. Паренек мечтает взорвать плотину и тем самым затопить города, возведенные под ее черной тенью»…
Слева — линии электропередач, зубьями вгрызающиеся в звездное небо. Справа — пустота. Где-то под ней — поверхность реки, что была прижата гигантской постройкой. Я несся по дороге, проходящей сверху плотины, что перечеркивала Волгу подобно свежему шраму.
Впереди, задом к краю пропасти, стоял грузовик. Такой был у нашего соседа, но вряд ли он захочет тащиться сюда посреди ночи. Я уже догадывался, кто может сидеть за рулем.
Когда я увидел огромную бомбу, лежащую в кузове, появилось второе дыхание, и ноги сами ускорили шаг. Я подбежал к кабине и открыл дверь. Внутри был Саша.
— Черт, ты меня напугал, — пожаловался бывший друг, пытаясь нащупать какую-то кнопку. — Я никак не пойму, как опрокинуть кузов. Я целую неделю потратил на то, чтобы вытащить из болота эту чертову бомбу. А вчера весь день с помощью соседской лебедки затаскивал ее на грузовик. И вот теперь, когда я добрался сюда, и все, кажется, подходит к концу, я не могу найти, как поднимать этот сраный кузов! — заорал истошно Шиянов и врезал по приборной панели. — Секунду. А как ты остался жив? Неужели, моя подруга тебя не встретила?
— Почему? — лицедействовал я. — Мы с ней так душевно поболтали. И вот, она просила тебе передать, чтобы ты не взрывал плотину.
— Врешь! — крикнул Саша, и из глаз его брызнули слезы. — Кажется, этот чертов кузов сломан! Вонючий алкаш, не мог починить свою колымагу! Но ничего, я скину бомбу вместе с грузовиком. Только вот сначала закончу одно дельце, которое когда-то начал. Стой смирно, тебя это тоже касается.
Колени мои затряслись, когда он вытащил из кабины разводной ключ и спрыгнул на землю. Клянусь, даже огромная бомба, чудом не взорвавшаяся во время Великой Отечественной, не пугает так сильно, как тяжелый металлический предмет в руках твоего бывшего друга, что с обезумившими глазами идет в твою сторону и замахивается для удара…
В последний момент я прикрыл голову. Через секунду кость с хрустом сломалась. Последовал еще один удар. И еще. Я лежал на спине, а с онемевших рук кровь капала мне на лицо. Горло по-прежнему опухало из-за болезни, и я начал думать, что последний удар освободит меня от мук. Я мыслил подобно тем глупцам, что искали смерть на дне морском. Скорее по привычке я продолжал держать окровавленные ладони над головой и при этом надеялся, что сумасшедший парень, наконец, оборвет мой бесконечный полет в бездну боли.
Взрыв стал неожиданностью для нас обоих. Бомба, найденная безумным старшеклассником, внезапно детонировала, озарив ночь белой вспышкой. Грузовичок разлетелся на куски. Мотор и бензобак, полыхая рыжим пламенем, устремились в небеса. Доски кузова и резиновые клочья покрышек фейерверком разлетелись во все стороны.
Прямо надо мной пронеслась взрывная волна. Сашу, который замахнулся для последнего удара, она смела и швырнула об асфальт в десяти метрах от меня. Бесчувственное тело, израненное осколками, прокатилось по дороге, оставляя за собой след из кровавых капель. А меня, лежащего на земле, не задело. Лишь спустя минуту я почувствовал жар полыхающего пожара.
Голова кружилась из-за боли в поломанных конечностях и температуры, подскочившей из-за физических нагрузок. Я задрал голову и вновь нашел взглядом Александра. Хотел убедиться, что он не оклемался и не идет ко мне с разводным ключом наперевес.
Вместо этого я увидел русалку. Рыжие отблески пламени искрились на ее мокрых чешуйках. Стройная фигура убийцы склонилась над телом парня. Она протянула руку, поволокла его за воротник порванного свитера. Тот не показывал признаков жизни. Дотащив до края, она скинула труп в воду. А затем разбежалась и тоже прыгнула за перила. Всплеск я услышал уже из глубокого сна.
Миновало, кажется, полвека. И снова я вижу эту затонувшую деревню. Слышу пение лягушек. Немелодичное, но полное умиротворенности. Карта с GPS на экране смартфона указывает нужное мне направление. Ах, вот и церковь! Теперь ее опоясывают не только густые водоросли, но еще и пики камышей. Взглянув на колокольню, я почувствовал, как душа наполняется теплотой. Там я спасся от русалки.
Страница 8 из 10
