Дело Љ8

Удары их крыльев оглушают меня. Они пытаются выцарапать мне глаза своими когтями, клюют в голову, руку, которую я пытаюсь защитить лицо, уши, рот. Я вскакиваю и наослеп двигаюсь к выходу. Вырываюсь в коридор. Вороны не отстают от меня. Я падаю. Вдруг я слышу щелчок приклада. Краем глаза я вижу сестру и санитаров. Сестра по-прежнему улыбается своими ярко красными узкими губами. В руках у троих ружья. Они вскидывают их и целятся. Но не в воронов, а в меня. В меня!!! Я оборачиваюсь в противоположный конец коридора. Еще в первый раз, когда выходил в коридор я заметил, что там есть небольшое окно, которое всегда закрыто. Я бегу к нему. Раздаются выстрелы. Одна из пуль попадает мне в плечо. Адская боль пронзает спину. Руки с кусками отставшего мяса, закрывают израненную, кровоточащую голову, кровь заливает мне глаза, рот, одежду. Вороны кричат и клюют меня. Я бегу в сторону окна из последних сил. Только не упасть. Тогда конец. Окно все ближе. Надеюсь, я убьюсь насмерть. Пусть только это прекратится. Я с разбегу выбиваю окно и падаю на асфальт. Больше я ничего не чувствую. Никакой боли… Ничего…»

Свет… Кажется, утро… Я еще жив… Ха-ха… Лучше бы я умер… Ха-ха… Открываю глаза. Рядом с моей постелью сидит на стуле следователь. Он в коричневых шерстяных брюках и темно-сером свитере. Глаза серые, внимательные.

Доброе утро, Геннадий Викторович — произносит он сухо и сдержанно, без всякого энтузиазма.

Какое сегодня число?

3 февраля. Вы помните, что с вами было вчера? — спрашивает меня следователь.

Помню… Вроде помню… А что?

А то, что если вы и дальше будете вести себя подобным образом, то будете лежать не здесь, а в психиатрической больнице.

Я пытаюсь улыбнуться. «Не думаю, что там мне будет хуже чем здесь», а вслух говорю:

У вас есть зажигалка?

Зачем она вам? — насторожился следователь, лицо напряженное, пытается прочесть мои мысли. Идиот.

Курить захотелось.

Вы же не курите? — тон недоумения.

Теперь курю. Вам жалко? — поворачиваю к нему голову.

Нет. — он достает из кармана зажигалку и кладет на тумбочку рядом. — Давайте лучше поговорим о вас. Как вы объясните свое вчерашнее поведение.

Я молчу.

— Или вы не помните что было вчера? — он наклоняется ко мне. — Согласитесь, это смотрится странно. Сначала умирает Г., потом на следующий день вас, последнего кто видел Г. живым,

находят в луже крови в ванной комнате. Ваша нога напоминает обглоданную кость, непонятно кто или если вы нанесли эти раны себе сами, чем вы смогли так пораниться? Вас привозят в больницу. Вы пытаетесь бежать, применяете силу к санитарам, между прочим, вы молодому 25-летнему парню два передних зуба выбили, потом вас усмиряют, приносят в палату и в эту же ночь в выбрасываетесь из окна больницы. Вам еще повезло, что ваша палата на втором этаже, иначе и ребра не собрали бы в кучу. И как вы объясните все это?

Это все книга… — говорю я устало. Хочется спать.

Книга?… — следователь смотрит на меня с удивлением. — Постойте-ка. Какая книга? Опять?

Эта… Я указываю на книгу на тумбочке. Она все еще лежит там. Целехонька. Но не надолго.

Следователь берет в руки книгу, раскрывает её, смотрит, качает головой.

Это очень странно — говорит он с расстановкой — Тем более, что… Вы не читали случайно предсмертную записку покойного?

Мы не были знакомы. — говорю я вяло. Скорее бы он ушел.

Да? А между тем, в записке было все два слова: «Уничтожьте книгу»…. Самое интересное, вы знаете, кем был по профессии Г.? Нет? Он был библиотекарем. Мы тщательно изучили его дело и выяснили, что все началось с того, что Г. нашел в архиве одну очень древнюю книгу в багровом переплете. Архив давно не разбирался и не пересматривался. Еще с 1923 года. Пока государство наконец-то не выделило деньги на реконструкцию и реставрацию здания и ремонт. Вот тут-то Г. и нашел фолиант. Он и еще 7 человек выносили рукописи из дальних углов архива и он наткнулся на эту книжку. Коллеги говорят, что он очень любил старые издания и даже увлекался коллекционированием древних манускриптов. Это случилось 25 января. Он ушел с работы как обычно. Вечером часов в 11 с ним случился сердечный приступ. Жена вызвала скорую и его увезли. Она сказала, что Г. лег как обычно в постель в 10 часов вечера, а в 11 в квартире раздался душераздирающий крик. Ваш предшественник — следователь вздохнул — тоже пытался бежать из больницы. Правда, ему это удалось. Больше его никто не видел. Жена подала заявление о пропаже в милицию. Ну, как его нашли, рассказывать не буду. Скажу только, что ему перерезали горло.. Понимаете? Он не сам себе … чик-чик — следователь сделал выразительный жест по горлу — а ему кто-то это сделал. И вы были последним, кто разговаривал с ним. И продавщица одежды из соседнего с вашим местом работы бутика сообщила, что видела, как он передал вам эту книгу.