Дело Љ8

Женщина работала воспитательницей в детском саду, мужчина — сантехник в ЖКХ. Оба они очень милы и не по-стариковски активны, бодры и деятельны. Я рассказываю им историю следователя. Они качают головами, искренне мне сочувствуют, начинают вспоминать свои истории и похожие случаи, происходившие с их знакомыми и родственниками. Я постепенно все больше втягиваюсь в беседу. На душе у меня легко и спокойно. Незаметно проходит время. На улице темнеет. Наконец-то мы расстаемся друзьями. Женщина приглашает к себе в село в гости, мужчина предлагает встретиться и выпить после того, как выпишут. Я от души благодарю их, мы пожимаем друг другу руки и прощаемся до завтра. Я медленно встаю и ковыляю (нога затекла) к окошку регистратуры за таблетками. Подхожу женщина достает таблетки ее толстые пальцы раскрывают коробочку вытягивает таблетки и подает мне. Я беру их и уже собираюсь уходить как она говорит:» К вам в палату приходил посетитель«. Я оборачиваюсь.» Посетитель? Наверное, женщина«(» Алиса» — думаю я с теплотой на сердце).» Нет — говорит мне толстуха и улыбается — Молодой парень. Он пришел час назад и спросил номер вашей палаты. Я ему сказала, что он может подойти, пообщаться с вами, вон вы сидите на скамейке, но парень ответил, что он пришел только для того, чтобы передать вам одну вещь. Он держал её подмышкой, завернутую в черный пакет. По-моему, это была книга» — закончила толстуха свою речь. Я, пока она говорит, смотрю на ее лицо. Я не могу понять почему, но она кажется мне знакомой, что-то такое в её улыбке, что-то нехорошее. Я смотрю внимательнее и пытаюсь вспомнить, где я уже видел эти тонкие красные губы, эту ехидную улыбочку в пол лица… Вспышка молнии… Вороны… Ружье… Сестра… Меня прошибает озноб. Я оборачиваюсь и бегу к себе в палату. На одном дыхании я залетаю в комнату и останавливаюсь, как вкопанный. На тумбочке стоит будильник и часы показывают без двадцати девять, а рядом в черном пакете… Я подхожу, засовываю руку в пакет, хватаю что-то твердое и гладкое, тяну… Когда показывается багровый переплет, я начинаю хохотать, сначала я тихо смеюсь, задыхаясь от приступов смеха, потом начинаю хохотать все громче и громче, пока смех, не переходит в рев, а потом я обессилев падаю на колени и начинаю рыдать. Это конец… Я не могу в это поверить. Я реву, как маленький ребенок, минут пять, а потом смотрю на часы. Без пятнадцати девять. Меня охватывает бешеная ярость. Я вспоминаю про зажигалку. Она все еще лежит на тумбочке. Я вытаскиваю книгу, расстилаю пакет на полу, раскрываю книгу и начинаю вырывать страницы. Они крепко держаться, мне приходится использовать все свои силы, я рву и кромсаю листы, используя руки и зубы, режа пальцы до крови. Наконец я бросаю книгу на пакет и ворох вырванных страниц, последний раз бросаю взгляд на часы (без пяти девять — пять минут до того, как это начнется), щелкаю зажигалку. От нервов руки дрожат, пальцы трясутся, я никак не могу высечь искру.» Пожалуйста… помоги мне… пожалуйста… пожалуйста«— наконец я подношу пламя к бумаге и смотрю как зачарованный, как огонь плавно и нежно окутывает черные латинские буквы, обнимает своим дыханием хрупкие волокна корешка, лижет страницы и постепенно превращается в костер. Вот уже вся книга пылает. Я потираю руки. Я замерз рядом с этим огнем. Но я не ухожу. Мне надо удостовериться, что эта чертова хреновина сгорит дотла, прежде чем я начну звать других потушить пожар. Вдруг я начинаю слышать вокруг странные звуки. Не то свист, не то женское хихиканье, не то рев быка, не то какие-то голоса. Я зажимаю руками уши, но голоса не становятся тише, наоборот, они усиливаются, разрастаются, заполняют мою голову, мое естество, они внутри меня. Я дико озираюсь. Тени. Вокруг меня пляшут тени. Какие-то монстры с шестью руками и головами о трех ушах. Я смотрю на книгу. Огонь уже должен сожрать её, но книги нет, в огне чья-то голова с открытыми глазами, они смотрят на меня в упор. В них дикий ужас и конвульсии смерти. Это моя голова… Мои зубы беззвучно шевелятся. Я отскакиваю. Ползу прочь. Огонь подбирается ко мне. Он протягивает к моим ногам свои руки. Голова кричит. Все стены в огне. О Боже! Я горю… горю… ю-ю-ю…!»

8 февраля. Пи-пи… И вот я здесь. В психиатрическом отделении. Диагноз: шизофрения. Вернее, точный диагноз я не знаю, врачи держат это в тайне, но мне это и не важно. Рядом на столике лежит книга. Та самая. Единственная вещь, которая уцелела в пожаре. Мне тяжело писать, поэтому буквы совсем неразборчивые. У меня много ожогов 2 и 3 степени. Врачи боролись за мою жизнь три дня. Сегодня утром я впервые пришел в сознание. Это было чудесное время. Сплошной сон без сновидений. Ха-ха… Теперь я больше не увижу снов. Я веду календарь… Это не совсем обычный календарь, в полном понимании слова. В этом календаре всего 12 дней. Только двенадцать… Я уже посмотрел все картинки… Теперь я знаю приблизительно что меня ждет. Осталось совсем немного… Ха-ха… А двенадцатой главы нет. Только цифра двенадцать, а под ней чистый лист… Ха-ха… Но мне уже все равно.