Шаман

Но на сей раз была то гримаса боли, нестерпимой боли, словно язык пламени прожёг его до кости. Он вскинул обе руки и простёр их в мою сторону. Но пальцы его были скрючены, а чёрные ногти обращены в глубь ладоней, к самому себе. Судорога сотрясла всё его тело, он зашатался и на какой-то миг показалось, что он рухнет в пыль. Но он просто застыл, пустой и понуренный, длинные руки его, как плети, свисали вдоль тела, взгляд потух.

Мне стало жалко его.

— Ладно, — сказал я, — вот тебе, лови, — и сделал движение двумя пальцами, словно подбрасывая монетку в воздух. Никакой монетки в моих руках не было, я слал ему энергию, идею монетки, её прообраз в пространстве. Найдись у него достаточно сил, он, при желании, смог бы преобразовать эту энергию в настоящую, полновесную монетку.

Шаман зыркнул на меня глазом — злобно и униженно, — но взмахнул рукой и ловко поймал её, невидимую.

— Пойди, купи себе горячую собаку, — сказал я ему на прощанье и указал кивком в сторону заправочной станции, где огнями мигала придорожная закусочная.