Несколько мигающих ламп тускло освещали тюремный коридор. Перед одной из камер сидел на середине прохода молодой человек. На вид лет двадцати, а, может быть, и меньше, со слегка неопрятным и потрепанным видом…
Добавить в моё избранное
39 мин, 39 сек 17497
И на какое-то время, пока он лежал в больнице, родители успокоились, объединенные горем.
Но это была лишь видимость…
Нью-Мериленд оказался тихим маленьким городком. С ухоженными лужайками перед домами и столетними деревьями, нависавшими молчаливыми часовыми над дорогой.
С чего начинать? Данте еще в поезде решил, что, сперва, нужно расспросить жителей о людях из статьи. Узнать дорогу, может быть, новые слухи. При этом он будет представляться студентом, которому руководитель летней практики поручил написать свежий обзор тех событий.
Оказалось, что семейство Кори-Смит уехало из города через пару недель после окончания поиска детей. Некоторые говорили, что в Ванкувер, другие — в Монреаль. Не слишком ли быстро для убитых горем родителей? Журналистка Ребекка Пакстон вышла замуж, став Ребеккой Мероуз, и перебралась в Фредериктон. Остальные по-прежнему жили в городе.
Получив объяснения, как, к кому добраться, юноша начал обход.
Из дома сына Питера Гарнсби, Данте прогнали под угрозой ареста. Впрочем, судя по крыше, на втором этаже там мог быть только чердак, но никак не гостевая спальня.
Следующий — директор школы. Кайл Донован оказался владельцем старинного двухэтажного дома колониальной постройки. Пожелтевший от времени фасад здания тонул в тени громадного дерева.
— Добрый день, меня зовут Данте. Могу я поговорить с мистером Донованом? — на звонок в дверь вышла миловидная девушка лет 26-28.
— Здравствуй! Ты из школы? Он немного занят, но ты проходи, — женщина отошла в сторону, освобождая дверной проем.
— Нет, не совсем…
Девушка провела его мимо лестницы в гостиную:
— Посиди пока здесь. Чаю или кофе?
— Нет, спасибо.
— Ну, хорошо, тогда жди, — тонкие черты лица тронула улыбка. — Я ему передам, что ты здесь, — девушка вдруг бросила взгляд на его открывшиеся шрамы, когда Данте снял куртку. — Ра… Располагайся… — несколько неуверенно закончила она, заставив покраснеть юношу, и вышла.
Спустя несколько томительных минут послышались шаги по лестнице. В комнату вошел мужчина лет 50, с коротким ежиком седеющих волос и несколько надменным выражением лица.
— Добрый день, молодой человек, — протянул он руку. — Вас действительно зовут Данте? И вы, конечно, не из моей школы.
— Да… Моя мать очень любила «Божественную комедию»…
— Понимаю ее. И так — чем могу помочь?
— Дело в том… Я прохожу летнюю практику, и… Мой руководитель поручил написать статью об исчезновении в 81 году… — лицо директора окаменело. — Я пойму, если вы прогоните меня. Вы потеряли сына… Но, может…
Директор встал и резко подошел к дверному проему, ведущему в холл.
— Кристабель?
— Что?
— Сделай нам два чая.
— Хорошо!
Мистер Донован вернулся и встал напротив юноши, затем стал мерить комнату широкими шагами.
— Практика… Хорошо вас учат… — он резко остановился и посмотрел на Данте. — Что именно вы хотите знать?
— Давайте, я расскажу то, что знаю, а… вы дополните.
— Хорошо, — кивнул директор. — Говорите.
Юноша пересказал содержание статьи. Собеседник слушал его стоя как-то косо, в пол оборота.
— Пресса скрыла одну деталь, — наконец, послышался его голос. — Мы попросили… Чтобы не было копания в грязном белье… Это были не обычные дети.
— Не обычные?
— Да. Дети с дефектами развития. Синдром Дауна, Эдвардса… После второй мировой между нами и Фредеринктоном был построен цементный завод. В конце 60-х там случилось несколько аварий, и после них стали один за другим рождаться… такие дети. Завод закрыли, но…
Когда я узнал, что мой Энди… — в комнату вошла девушка с подносом. Поставила его на журнальный столик и принесла одну чашку Данте. Директор от своей отмахнулся, поэтому Кристабель вернула ее на поднос. — … то предложил организовать в школе отдельный класс для детей с пороками развития. Свой класс, свои учителя, свой автобус…
Этот автобус тоже был… Не все ребята могли себя контролировать. Перед тем, как везти, их пристегивали… Чтобы не мешали водителю. На окнах стояли решетки…
— Преступнику было достаточно просто отогнать автобус подальше и оставить?! Они бы не выбрались?
— Да. Большинство бы не догадалось, а если бы и догадалось, то отстегнуться можно было лишь имея ключи…
— А они были у водителя автобуса? Иеремии?
— Да.
Юноша почувствовал холод, пробирающий от этой истории. Руки, державшие чай, затекли от напряжения.
— Почему вы рассказали мне?
— Почему… Для журналиста вы слишком молоды. И мало кого сейчас заинтересует эта история…
— А… — в комнате повисло напряженное молчание. — А про Иеремию вы что-то знаете?
— Ничего особого. Пришел после армии…
Но это была лишь видимость…
Нью-Мериленд оказался тихим маленьким городком. С ухоженными лужайками перед домами и столетними деревьями, нависавшими молчаливыми часовыми над дорогой.
С чего начинать? Данте еще в поезде решил, что, сперва, нужно расспросить жителей о людях из статьи. Узнать дорогу, может быть, новые слухи. При этом он будет представляться студентом, которому руководитель летней практики поручил написать свежий обзор тех событий.
Оказалось, что семейство Кори-Смит уехало из города через пару недель после окончания поиска детей. Некоторые говорили, что в Ванкувер, другие — в Монреаль. Не слишком ли быстро для убитых горем родителей? Журналистка Ребекка Пакстон вышла замуж, став Ребеккой Мероуз, и перебралась в Фредериктон. Остальные по-прежнему жили в городе.
Получив объяснения, как, к кому добраться, юноша начал обход.
Из дома сына Питера Гарнсби, Данте прогнали под угрозой ареста. Впрочем, судя по крыше, на втором этаже там мог быть только чердак, но никак не гостевая спальня.
Следующий — директор школы. Кайл Донован оказался владельцем старинного двухэтажного дома колониальной постройки. Пожелтевший от времени фасад здания тонул в тени громадного дерева.
— Добрый день, меня зовут Данте. Могу я поговорить с мистером Донованом? — на звонок в дверь вышла миловидная девушка лет 26-28.
— Здравствуй! Ты из школы? Он немного занят, но ты проходи, — женщина отошла в сторону, освобождая дверной проем.
— Нет, не совсем…
Девушка провела его мимо лестницы в гостиную:
— Посиди пока здесь. Чаю или кофе?
— Нет, спасибо.
— Ну, хорошо, тогда жди, — тонкие черты лица тронула улыбка. — Я ему передам, что ты здесь, — девушка вдруг бросила взгляд на его открывшиеся шрамы, когда Данте снял куртку. — Ра… Располагайся… — несколько неуверенно закончила она, заставив покраснеть юношу, и вышла.
Спустя несколько томительных минут послышались шаги по лестнице. В комнату вошел мужчина лет 50, с коротким ежиком седеющих волос и несколько надменным выражением лица.
— Добрый день, молодой человек, — протянул он руку. — Вас действительно зовут Данте? И вы, конечно, не из моей школы.
— Да… Моя мать очень любила «Божественную комедию»…
— Понимаю ее. И так — чем могу помочь?
— Дело в том… Я прохожу летнюю практику, и… Мой руководитель поручил написать статью об исчезновении в 81 году… — лицо директора окаменело. — Я пойму, если вы прогоните меня. Вы потеряли сына… Но, может…
Директор встал и резко подошел к дверному проему, ведущему в холл.
— Кристабель?
— Что?
— Сделай нам два чая.
— Хорошо!
Мистер Донован вернулся и встал напротив юноши, затем стал мерить комнату широкими шагами.
— Практика… Хорошо вас учат… — он резко остановился и посмотрел на Данте. — Что именно вы хотите знать?
— Давайте, я расскажу то, что знаю, а… вы дополните.
— Хорошо, — кивнул директор. — Говорите.
Юноша пересказал содержание статьи. Собеседник слушал его стоя как-то косо, в пол оборота.
— Пресса скрыла одну деталь, — наконец, послышался его голос. — Мы попросили… Чтобы не было копания в грязном белье… Это были не обычные дети.
— Не обычные?
— Да. Дети с дефектами развития. Синдром Дауна, Эдвардса… После второй мировой между нами и Фредеринктоном был построен цементный завод. В конце 60-х там случилось несколько аварий, и после них стали один за другим рождаться… такие дети. Завод закрыли, но…
Когда я узнал, что мой Энди… — в комнату вошла девушка с подносом. Поставила его на журнальный столик и принесла одну чашку Данте. Директор от своей отмахнулся, поэтому Кристабель вернула ее на поднос. — … то предложил организовать в школе отдельный класс для детей с пороками развития. Свой класс, свои учителя, свой автобус…
Этот автобус тоже был… Не все ребята могли себя контролировать. Перед тем, как везти, их пристегивали… Чтобы не мешали водителю. На окнах стояли решетки…
— Преступнику было достаточно просто отогнать автобус подальше и оставить?! Они бы не выбрались?
— Да. Большинство бы не догадалось, а если бы и догадалось, то отстегнуться можно было лишь имея ключи…
— А они были у водителя автобуса? Иеремии?
— Да.
Юноша почувствовал холод, пробирающий от этой истории. Руки, державшие чай, затекли от напряжения.
— Почему вы рассказали мне?
— Почему… Для журналиста вы слишком молоды. И мало кого сейчас заинтересует эта история…
— А… — в комнате повисло напряженное молчание. — А про Иеремию вы что-то знаете?
— Ничего особого. Пришел после армии…
Страница 5 из 12
