В помещении царил сумрак, едва разгоняемый невнятными, бордово-красными сполохами адского пламени, вырывающегося из непонятной топки с распахнутой настежь толстенной, чугунной дверцей-заслонкой. На дальней от символического входа стене блеклым желтовато-красным пятном, совсем не освещающим мрачные, черные от угольной пыли и копоти стены висела едва различимая «летучая мышь»…
Добавить в моё избранное
420 мин, 53 сек 14177
— Для машины многовато людей набирается, а еще, я очень надеюсь, придется кого-то задерживать…
И будто по этой подсказке, в приоткрытой двери появилась голова Жоры, не ставшего переступать порог, и в таком половинчатом положении доложившим:
— Все готово, Студента переодели, даже валерьянки накапали, чтобы отошел слегонца, а в гараже нам универсал дали, на шесть человек. Уважают…
— Вот и решение проблемы, — улыбнулся Симон с таким видом, будто лично или через беса-куратора приложил руку к выделению нужного транспорта.
А когда они дружно двинулись на выход из кабинета, агент Преисподней придержал комиссара за локоть:
— Задержитесь, пожалуйста, буквально на пару слов с глазу на глаз.
— Хорошо, — кивнул Северин и распорядился в спину уходящим: — Жора, подождите нас у лифта, надеюсь, это ненадолго…
— Не более пяти минут, — твердо пообещал Симон, поворачивая перстень на пальце и буквально впиваясь взглядом в лиловый камень: «Артифекс! немедленно набрось тень на кабинет комиссара. Полную тень, чтобы не видели даже из Преисподней. Наше будущее с Северином должно исчезнуть. Всего на несколько минут. И при этом — очень попрошу — внимательно послушай, о чем я буду говорить… финал близок, Артифекс»…
… В подземном гараже сыскного Управления, куда спустились вместе с комиссаром Фогтом и его помощником живущие, но неживые, их уже встречали скромно улыбающийся Саша Савельев, аферист Студент, переодетый в немыслимого серо-буро-малинового цвета сильно поношенные брюки, в сочетание со щегольским пиджачком выглядевшие будто подобранные на помойке, и молодой Лучник, деловитой единой группой что-то обсуждающие у высокого, светло-серого универсала с отлично выполненным изображением лося на капоте.
— Водителя не будет? — поинтересовался Северин, оглядывая свое воинство.
— Я сказал, что не нужен, — пояснил идущий чуть позади, рядом с Нектой, Жора. — Кому какое дело, куда и зачем мы поедем, а Лапа за рулем — это гарантия.
Что правда, то правда, застенчивый от природы и слегка медлительный в бытовой обстановке Савельев за рулем автомобиля и на сыскных операциях преображался, становясь хищным, стремительным и неумолимым.
Краем глаза Симон приметил, что пострадавший от психологического давления «Рыжий Петя» безуспешно прячется за плечом то Лучника, то Лапы, причем старается не попадаться на глаза именно агенту Преисподней, видимо, интуитивно разобравшись после небольшой паузы и дозы валерьянки, кто из незнакомцев представляет большую опасность для него.
Комиссар, отправив в машину первым афериста, как лишние уши, совершенно не нужные на текущий момент, коротко, в приказном порядке, распределил своих сотрудников на предстоящей работе, а потом попросил Симона забраться на дальнее, последнее сидение универсала, составив при этом ему компанию. В середине, рядом с «Рыжим Петей», которому будто бы специально предоставили лучший обзор, устроился Жора, а на крайних передних местах — Лучник и Некта.
— Саша, давай выдвигаться, — попросил Северин, дождавшись, когда все, занявшие места, проерзаются на сиденьях, устраиваясь поудобнее.
И через пять минут медленного аккуратно-занудливого движения в ярко освещенном гараже мимо шоферской братии, кажется, совершенно одинаковой во все времена и в любых Отражениях, мимо строгой на вид, но по-свойски махнувшей рукой «на удачу» вслед отъезжающим оперативникам охраны, автомобиль вырвался в потемневший, ночной, пестрый огнями реклам, уличных фонарей, оконных огней город.
Знающий город, как свои пять пальцев, и получивший дополнительное указание от комиссара Лапа не стал выруливать на центральные, забитые транспортом улицы и проспекты, а буквально через сотню метров от здания сыскного Управления увел машину в лабиринт узких переулков, просторных проходных — и проездных — дворов, странных тупичков и старинных малоэтажных домов, построенных, наверное, лет двести назад, но настолько сжившихся с городом, что тронуть их не посмели ни одни власти за прошедшее время.
Оперативники молчали, даже игриво настроенный Жора пристально смотрел в окна, и эта тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя, как будто тревожила, внушала опасения, создавая невнятное ощущение того, что выехали полицейские не на простой досмотр пустеющей квартирки, не на поиски девицы легкого поведения, а на захват банды хорошо вооруженных преступников, стреляющих без раздумия в любого, вставшего на их пути. От дальнейшего непонятного нагнетания обстановки выручила первая оговоренная остановка на пути — у таинственного дома напротив отеля «Две звезды», впрочем, Лапа подогнал автомобиль не на маленькую площадь у гостиницы, а на боковую улочку, с которой до строения можно было легко добраться через проходной двор.
Следом за Нектой и Лучником из машины, будто бы размять не успевшие затечь ноги, выбрался и Симон.
И будто по этой подсказке, в приоткрытой двери появилась голова Жоры, не ставшего переступать порог, и в таком половинчатом положении доложившим:
— Все готово, Студента переодели, даже валерьянки накапали, чтобы отошел слегонца, а в гараже нам универсал дали, на шесть человек. Уважают…
— Вот и решение проблемы, — улыбнулся Симон с таким видом, будто лично или через беса-куратора приложил руку к выделению нужного транспорта.
А когда они дружно двинулись на выход из кабинета, агент Преисподней придержал комиссара за локоть:
— Задержитесь, пожалуйста, буквально на пару слов с глазу на глаз.
— Хорошо, — кивнул Северин и распорядился в спину уходящим: — Жора, подождите нас у лифта, надеюсь, это ненадолго…
— Не более пяти минут, — твердо пообещал Симон, поворачивая перстень на пальце и буквально впиваясь взглядом в лиловый камень: «Артифекс! немедленно набрось тень на кабинет комиссара. Полную тень, чтобы не видели даже из Преисподней. Наше будущее с Северином должно исчезнуть. Всего на несколько минут. И при этом — очень попрошу — внимательно послушай, о чем я буду говорить… финал близок, Артифекс»…
… В подземном гараже сыскного Управления, куда спустились вместе с комиссаром Фогтом и его помощником живущие, но неживые, их уже встречали скромно улыбающийся Саша Савельев, аферист Студент, переодетый в немыслимого серо-буро-малинового цвета сильно поношенные брюки, в сочетание со щегольским пиджачком выглядевшие будто подобранные на помойке, и молодой Лучник, деловитой единой группой что-то обсуждающие у высокого, светло-серого универсала с отлично выполненным изображением лося на капоте.
— Водителя не будет? — поинтересовался Северин, оглядывая свое воинство.
— Я сказал, что не нужен, — пояснил идущий чуть позади, рядом с Нектой, Жора. — Кому какое дело, куда и зачем мы поедем, а Лапа за рулем — это гарантия.
Что правда, то правда, застенчивый от природы и слегка медлительный в бытовой обстановке Савельев за рулем автомобиля и на сыскных операциях преображался, становясь хищным, стремительным и неумолимым.
Краем глаза Симон приметил, что пострадавший от психологического давления «Рыжий Петя» безуспешно прячется за плечом то Лучника, то Лапы, причем старается не попадаться на глаза именно агенту Преисподней, видимо, интуитивно разобравшись после небольшой паузы и дозы валерьянки, кто из незнакомцев представляет большую опасность для него.
Комиссар, отправив в машину первым афериста, как лишние уши, совершенно не нужные на текущий момент, коротко, в приказном порядке, распределил своих сотрудников на предстоящей работе, а потом попросил Симона забраться на дальнее, последнее сидение универсала, составив при этом ему компанию. В середине, рядом с «Рыжим Петей», которому будто бы специально предоставили лучший обзор, устроился Жора, а на крайних передних местах — Лучник и Некта.
— Саша, давай выдвигаться, — попросил Северин, дождавшись, когда все, занявшие места, проерзаются на сиденьях, устраиваясь поудобнее.
И через пять минут медленного аккуратно-занудливого движения в ярко освещенном гараже мимо шоферской братии, кажется, совершенно одинаковой во все времена и в любых Отражениях, мимо строгой на вид, но по-свойски махнувшей рукой «на удачу» вслед отъезжающим оперативникам охраны, автомобиль вырвался в потемневший, ночной, пестрый огнями реклам, уличных фонарей, оконных огней город.
Знающий город, как свои пять пальцев, и получивший дополнительное указание от комиссара Лапа не стал выруливать на центральные, забитые транспортом улицы и проспекты, а буквально через сотню метров от здания сыскного Управления увел машину в лабиринт узких переулков, просторных проходных — и проездных — дворов, странных тупичков и старинных малоэтажных домов, построенных, наверное, лет двести назад, но настолько сжившихся с городом, что тронуть их не посмели ни одни власти за прошедшее время.
Оперативники молчали, даже игриво настроенный Жора пристально смотрел в окна, и эта тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя, как будто тревожила, внушала опасения, создавая невнятное ощущение того, что выехали полицейские не на простой досмотр пустеющей квартирки, не на поиски девицы легкого поведения, а на захват банды хорошо вооруженных преступников, стреляющих без раздумия в любого, вставшего на их пути. От дальнейшего непонятного нагнетания обстановки выручила первая оговоренная остановка на пути — у таинственного дома напротив отеля «Две звезды», впрочем, Лапа подогнал автомобиль не на маленькую площадь у гостиницы, а на боковую улочку, с которой до строения можно было легко добраться через проходной двор.
Следом за Нектой и Лучником из машины, будто бы размять не успевшие затечь ноги, выбрался и Симон.
Страница 69 из 125
