Больше ничего похожего не было, но этот серый московский снег определенно напоминал мертвые лепестки цветка лан-хуаня…
Добавить в моё избранное
406 мин, 6 сек 20681
Ясно было одно — это никакие не грабители. Но зачем тогда раскапывают могилу, если им не нужны драгоценности? Выходит, нужен труп? Для чего, зачем?
Несмотря на всю свою неискушенность в вопросах медицины, Ван Вэй прекрасно понимал, что врачи не вскрывают трупы, изрядно полежавшие в могиле — что там можно увидеть, кроме червей? А, может быть, это гадальщики на костях? Или маги? А что, если ему повезет, и он увидит, как маги оживляют мертвеца? Вот было бы здорово!
Работа у копавших шла, на удивление, быстро — вон уже один из заступов глухо уткнулся во что-то твердое — наверное, в крышку гроба. Можно подумать, что эту могилу только что уже раскапывали — иначе как объяснить, что затвердевшая земля на кладбище, где, кажется, уже давно никого не хоронят, поддалась двум явно неумелым копальщикам так быстро?
Вдруг случилось неожиданное — (Ван Вэй едва удержался от испуганного вскрика) — тот, что пониже, не говоря ни слова, стремительно спрыгнул в разрытую могилу и исчез в ней. Правда, спустя несколько минут, Красавец — он все это время стоял, нагнувшись, и вглядывался в черноту могилы — протянул своему другу руку и вытащил его назад, на поверхность. Затем нагнулись над могилой уже оба и долго возились, распутывая какие-то веревки. И, наконец, — спустя томительные минуты — легко подняли из могилы маленький, темный ящик. Гроб! Значит, это и вправду маги, настоящие маги! Ван Вэй едва не заорал от восторга и предвкушения захватывающей тайны! Он мигом представил себе, как будет рассказывать в подразделении о своей отчаянной вылазке и о том, что видел оживший труп — то-то будет недоверия, споров, зависти … да-да, и зависти тоже. Ван Вэй мигом вообразил расширенные от изумления глаза «Маленького Лунчика» и недоверчивые — его братца… А задиристая компания Вепря! Теперь — то им придется посмотреть на Ван Вэя не как прежде — со вниманием, пускай поначалу и с недоверчивым. Маги, между тем, бросили на землю крышку гроба — судя по глухому стуку, явно сильно подгнившую. Впрочем, чему удивляться?
— Ты помнишь, чего он там плел, когда в первый раз оживлял малышку? — спросил вдруг красавец.
Его напарник развел руками.
— Откуда? Какое-то там заклинание, или вроде того. Да и в чем разница, Лян Амань? Ведь, по его словам, маленькое тело теперь заряжено «невидимой силой», и его может оживить любой из нас. Сейчас попробуем, и, если Кантонец врет, пусть пеняет на себя.
— Боюсь, что пенять на себя придется нам с Вами — я это, кажется, уже говорил… — пробурчал красавец, склонившись над гробом. — Стелите покрывало, мой дорогой… В случае неудачи завернем в него кости и предъявим Императору — пусть знает, во что превратится его легендарная армия через несколько лет.
Он натянул перчатки и принялся бережно доставать что-то из гроба, точно имел дело с драгоценными камнями или, по крайней мере, с крупными монетами. Ван Вэй зажмурился: сейчас завоняет покойником — он знал этот сладкий, противный запах с детства — так всегда воняло в деревенском сарае, где обмывали мертвых и куда, мальчишки, разумеется, с ужасом и любопытством заглядывали при каждом удобном случае. Но все-таки — при чем здесь армия? И зачем Император станет разглядывать мертвые кости с кладбища?
— Ну, вот и готово, мой дорогой… Что-то девочка не торопится оживать… Попробуйте Вы!
Второй маг нерешительно подошел к разложенному на земле покрывалу, выделявшемуся из общей черноты резким белым пятном, и тотчас отодвинулся.
— Да нет, я… что же? Неужели Вы в самом деле верите в какую-то «незримую силу»?
Красавец пожал плечами.
— Девочка ведь оживала… Увы, приходится признать: есть вещи, которые пока еще современная медицина объяснит не в состоянии. Я, кстати, обращался к Кантонцу — просил разъяснить мне феномен этих «оживлений», но он в ответ только ерничал: то, се, «незримая сила»… Я, между прочим, уверен: не разыграй Кантонец этот спектакль с повторным убиением трупа, девочка несколько минут спустя преспокойно умерла бы сама…
Услышав эти слова, товарищ красавца поежился, точно ему вдруг внезапно сделалось зябко:
— Ну вот, видите, Лян Амань… Теперь Кантонец будет говорить, что мы, ослы, не смогли оживить девочку, потому что у нее был раздроблен череп… И тогда нам не жить…
Высокий маг преспокойно ухмыльнулся:
— Нам не жить в любом случае, запомните это… И Кантонцу не жить тоже, хотя он еще, похоже, и тешит себя надеждами… А что ему соврать Шихуанди — он и так нашел бы, не беспокойтесь! Однако мы с Вами должны сделать все, что в наших силах… Берите заступ, засыпайте яму…
И Красавец принялся бережно завязывать кости в узелок, точно маленький пастух, собирающий на завтрак хлеб, соль, свежие ростки чеснока…
Ван Вэй едва не взвыл от досады — вот тебе и маги! Мало того, что он, точно последний идиот, провалялся столько времени на кладбищенской глине, так еще теперь приходится отправляться восвояси, так и не увидев никакого чуда!
Несмотря на всю свою неискушенность в вопросах медицины, Ван Вэй прекрасно понимал, что врачи не вскрывают трупы, изрядно полежавшие в могиле — что там можно увидеть, кроме червей? А, может быть, это гадальщики на костях? Или маги? А что, если ему повезет, и он увидит, как маги оживляют мертвеца? Вот было бы здорово!
Работа у копавших шла, на удивление, быстро — вон уже один из заступов глухо уткнулся во что-то твердое — наверное, в крышку гроба. Можно подумать, что эту могилу только что уже раскапывали — иначе как объяснить, что затвердевшая земля на кладбище, где, кажется, уже давно никого не хоронят, поддалась двум явно неумелым копальщикам так быстро?
Вдруг случилось неожиданное — (Ван Вэй едва удержался от испуганного вскрика) — тот, что пониже, не говоря ни слова, стремительно спрыгнул в разрытую могилу и исчез в ней. Правда, спустя несколько минут, Красавец — он все это время стоял, нагнувшись, и вглядывался в черноту могилы — протянул своему другу руку и вытащил его назад, на поверхность. Затем нагнулись над могилой уже оба и долго возились, распутывая какие-то веревки. И, наконец, — спустя томительные минуты — легко подняли из могилы маленький, темный ящик. Гроб! Значит, это и вправду маги, настоящие маги! Ван Вэй едва не заорал от восторга и предвкушения захватывающей тайны! Он мигом представил себе, как будет рассказывать в подразделении о своей отчаянной вылазке и о том, что видел оживший труп — то-то будет недоверия, споров, зависти … да-да, и зависти тоже. Ван Вэй мигом вообразил расширенные от изумления глаза «Маленького Лунчика» и недоверчивые — его братца… А задиристая компания Вепря! Теперь — то им придется посмотреть на Ван Вэя не как прежде — со вниманием, пускай поначалу и с недоверчивым. Маги, между тем, бросили на землю крышку гроба — судя по глухому стуку, явно сильно подгнившую. Впрочем, чему удивляться?
— Ты помнишь, чего он там плел, когда в первый раз оживлял малышку? — спросил вдруг красавец.
Его напарник развел руками.
— Откуда? Какое-то там заклинание, или вроде того. Да и в чем разница, Лян Амань? Ведь, по его словам, маленькое тело теперь заряжено «невидимой силой», и его может оживить любой из нас. Сейчас попробуем, и, если Кантонец врет, пусть пеняет на себя.
— Боюсь, что пенять на себя придется нам с Вами — я это, кажется, уже говорил… — пробурчал красавец, склонившись над гробом. — Стелите покрывало, мой дорогой… В случае неудачи завернем в него кости и предъявим Императору — пусть знает, во что превратится его легендарная армия через несколько лет.
Он натянул перчатки и принялся бережно доставать что-то из гроба, точно имел дело с драгоценными камнями или, по крайней мере, с крупными монетами. Ван Вэй зажмурился: сейчас завоняет покойником — он знал этот сладкий, противный запах с детства — так всегда воняло в деревенском сарае, где обмывали мертвых и куда, мальчишки, разумеется, с ужасом и любопытством заглядывали при каждом удобном случае. Но все-таки — при чем здесь армия? И зачем Император станет разглядывать мертвые кости с кладбища?
— Ну, вот и готово, мой дорогой… Что-то девочка не торопится оживать… Попробуйте Вы!
Второй маг нерешительно подошел к разложенному на земле покрывалу, выделявшемуся из общей черноты резким белым пятном, и тотчас отодвинулся.
— Да нет, я… что же? Неужели Вы в самом деле верите в какую-то «незримую силу»?
Красавец пожал плечами.
— Девочка ведь оживала… Увы, приходится признать: есть вещи, которые пока еще современная медицина объяснит не в состоянии. Я, кстати, обращался к Кантонцу — просил разъяснить мне феномен этих «оживлений», но он в ответ только ерничал: то, се, «незримая сила»… Я, между прочим, уверен: не разыграй Кантонец этот спектакль с повторным убиением трупа, девочка несколько минут спустя преспокойно умерла бы сама…
Услышав эти слова, товарищ красавца поежился, точно ему вдруг внезапно сделалось зябко:
— Ну вот, видите, Лян Амань… Теперь Кантонец будет говорить, что мы, ослы, не смогли оживить девочку, потому что у нее был раздроблен череп… И тогда нам не жить…
Высокий маг преспокойно ухмыльнулся:
— Нам не жить в любом случае, запомните это… И Кантонцу не жить тоже, хотя он еще, похоже, и тешит себя надеждами… А что ему соврать Шихуанди — он и так нашел бы, не беспокойтесь! Однако мы с Вами должны сделать все, что в наших силах… Берите заступ, засыпайте яму…
И Красавец принялся бережно завязывать кости в узелок, точно маленький пастух, собирающий на завтрак хлеб, соль, свежие ростки чеснока…
Ван Вэй едва не взвыл от досады — вот тебе и маги! Мало того, что он, точно последний идиот, провалялся столько времени на кладбищенской глине, так еще теперь приходится отправляться восвояси, так и не увидев никакого чуда!
Страница 72 из 111
