Долг

Противник развернулся и побежал в его сторону. Длинный урод три раза оттолкнулся страусиными ногами от земли, как прыгун во время тройного прыжка, и на немалой скорости выкинул свое тело вверх, в попытке перепрыгнуть большого морфа. Кызя был на чеку и не прозевал маневр, который вчера сам проделал с броненосцем. Кызы выпрыгнул вверх. Он сумел зацепить долговязого. Когти впились в бедро тушкана, а зубы сомкнулись на голени. Могучие челюсти, предназначенные для того, чтобы дробить в мелкое крошево черепа и кости справились на отлично. Собственные зубы и челюсти передали ему треск тонких костей субтильного уродца. Рывок летящей твари развернул подпрыгнувшего Кызю в сторону выезда из двора. Обе мёртвые монстра упали на клумбу с вытоптанной до бетонного состояния землёй. Челюсти все также угодливо донесли до Кызи звук лопающихся связок и мышц врага, острый осколок расщепленной кости впился ему в верхнюю челюсть, распоров десну.

Одновременно с падением она большого морфа обрушился град ударов. Тушкан изо всех сил лупил его твердыми ороговевшими пальцами свободной ноги по голове, спине и плечам. Поймать ногу лапами не получилось, и Кызя попытался схватить смертельную колотушку челюстями, выпустив из пасти захваченную конечность. Попытка не удалась. Очередной удар вколотил передние зубы в глотку большого морфа. Зато долговязый тушкан оттолкнувшись не покалеченной лапой от земли перенес своё тело с утрамбованной клумбы за кусты. Ловко кувыркнувшись через плече, тушкан встал на уцелевшую ногу и снова вытолкнул своё тело вперед и вверх.

Враг улепетывал из двора, прыгая на одной ноге. Кызя попытался его настичь, но куда там ему. Даже на одной ноге скорость твари была в полтора-два раза быстрее чем у большого морфа, хотя никак нельзя было назвать Кызю тихоходным.

Тварь убежала из владений Большого морфа. Вернувшись в гнездо, мертвый хозяин принялся обгладывать оставшиеся трупы. Пища не шла ни в какое сравнение со свжеубитой дичью, но этот было намного лучше, чем жевать противное мясо пойманных зомби. Если он не найдёт в этой большой кормушке людей, то придётся менять рацион или бежать отсюда, иначе непереносимый голод будет терзать и мучить неотрывно, не давая никаких поблажек и послаблений. Гнездо скорее всего придётся бросать или охотится не в кормушке а по улицам.

Донесшийся шум заставил морфа насторожиться. Шум был совсем близко. Такой шум постоянно сопровождал людей. Дичь!!! Его ждала еда. Жертвы сами пожаловали к нему в гнездо.

Кызя выскочил во двор. Конечно, людей там не было. Но шум стал ещё сильнее. Морф проследовал в направлении арки. Оттуда людей тоже не было видно, но шум стал ещё отчетливее. Большой морф побежал вдоль здания. Остановившись возле угла, морф поискал укрытие из-за которого можно было начать охоту. Прошлый опыт научил его не лезть сломя голову под пули. Пища пока была недоступна. Но теперь почувствовал самое главное. Волны живого тепла разливались вокруг, дразня и заигрывая. Глупые люди они манили к себе. Каждый из них буквально просили — убей и сожри меня, я такой доступный.

Глава 6. Рабовладельцы

— Помогите! — продолжал кричать парень.

Он добился своего. Теперь все больше и больше людей смотрели на странного парня. Толпа затихала, и по толпе летел шепоток. Все пытались выяснить, что произошло. Иваницкий видел как люди стараются приподняться или встать повыше, чтобы увидеть кричащего человека.

У парня спрашивали в чем дело, хватали его за руки, но то с поистине ослиным упорством пер в сторону комендатуры, грубо расталкивая людей. За ним семенил мужичок с седой козлиной бородкой.

В итоге странноватая парочка остановилась перед крыльцом с которого вещал Иваницкий и запыхавшимся голосом выдал:.

— Ой, как хорошо, что вы еще здесь. Я уж думали, что вас по территории придётся искать или ещё где.

— Ну и?

— Вот, — Парень показал на козлобородого.

— Что у вас?

— Я у вас прошу помощи. Пожалуйста, — голос интеллигента был тихий, срывающийся на шепот.

Иваницкий уже внимательно посмотрел на мужичка. Сущность рафинированного интеллигента пробивалась сквозь ободранную, грязную и побитую личины вкупе с рваной мокрой одеждой. Сквозь разорванный милицейский китель старого образца виднелась костлявая грудь с реденькой порослью, а безразмерные штаны с многочисленными прорехами были больше похожи на старую половую тряпку, чем на одежду.

«Неужели ему не холодно?» — подумал Володя. Ночью были заморозки, а утром температура была немногим выше нуля. А сейчас не смотря на яркое весенне солнце тянул мерзкий холодный ветерок. Некотрые из его слушателей зябко кутались в пальто, бушлаты и куртки. Но тот даже не дрожал. Он был напуган и бледен, в общем, производил впечатление глубоко несчастного человека. Тут дело было не в его внешнем виде, а в том внутреннем состоянии, которое переполняло неожиданного визитера.

— А ну всем тихо!