Долг

— рявкнул Бочкин на гомонящих вокруг адептов заметив, что шеф пытается расслышать слова несчастного мужика.

Мужичок, даже не обратив внимание на окрик Бочкина, продолжал:

— Алечка моя сейчас и другие тоже в рабстве. Нас били и работать заставляли. А вчера вечером человека казнили. Вы представляете, какой ужас.

Вот так! Начинался новый день, и Долг требовал от Иваницкого оправдать возложенные на надежды. Людей обращают в рабство. Разве происходит не то, что он сейчас говорил.

— Я специально его к вам потащил, — вмешался парень. — Его сегодня при мне опрашивали. А потом высинилось, что у силовиков людей нет. Может вы ему поможете? Я сам включиться готов, но у меня оружия и транспорта нет. Да и я в одиночку ничего не сделаю. Не бросать же его так.

— Их же всех убьют. Я просто с ума схожу, — добавил мужичонка.

Иваницкий всех поблагодарил и сообщил о безотлагательном деле. Его слова не должны быть пустым звуком. За каждым словом должно следовать дело. Он сам отвел мужчину в комендатуру. Они далеко на пошли и расположились на скамейках для посетителей.

Бородатенького мужичонку звали — Павел Павлович. И ему довелось столкнутся с махровым злом, которое требовало немедленного искоренения. Расспросы не заняли много времени.

Ещё позавчера из накопителя отправили группу так называемых «балластных», которых любезно решили приютить в каком-то новом поселке.

Приехавшую за балластом милую семейную пару в накопителе встретили как родных. Ведь в накопителе множилось и росло количество одиноких стариков, инвалидов и просто никому не нужных людей, которые не могли пристроиться сами. Ведь все другие возможности содержать или пристроить балласт к делу таяли на глазах. Так называемая рабочая группа по переселению буквально с ноги сбилась, и весь эфир задолбила в попытках разместить несчастных бедолаг. А тут за балластом какие-то поселяне сами пожаловали.

Сердобольные визитеры выбрали граждан преклонного возраста и преимущественно гуманитарных специальностей. Хотел взять ещё и детей, но мадам Филимонова, курирующая новую безпризорщину, категорически отказалась их даже пускать в детский барак. Может, почувствовала что или не понравились ей внезапно появившиеся благодетели, но она четко и весьма жестко порекомендовала семейной паре удалиться куда-нибудь далеко и больше не появляться ей на глаза.

Спорить с воинственным матриархом было бесполезно. Власти накопителя не стали разбираться с гранд-дамой, а, отблагодарив визитёров оружием и боеприпасами, отправили их с территории. Сердобольные визитеры усадили в свой грузовик дюжину человек и отбыли в неизвестном направлении.

Участь счастливчиков, которые пошли под начало семейной парочки фермеров, оказалась незавидной. Их увезли какими-то запутанными тропами и дорожками в один из отдаленных районов Подмосковья. Хозяйство куда они прибыли было фермерскими, только фермера там уже не было. Он вместе с семьёй дергался на виселице перед самым въездом в усадьбу.

Само хозяйство оказалось не липовым. На большом подворье стояла сельскохозяйственная техника, а на некотором расстоянии находился скотный двор с кошарами, небольшой молочной фермой, крольчатником и конюшней. Фермерское хозяйство специализировалось на разведении скота и своем небольшом молочном бизнесе.

Вновь прибывшим сразу объяснили их незавидную участь. Их уделом становиться рабский труд. Циничные увещевания о том, что настало новое время и что их спасают от голодной смерти, а также прочую ахинею про смирение и очищение можно было не брать во внимание. Сермяжная правда ситуации заключалась в том, что им придется работать фактически только за еду и кров. Кто будет плохо работать, тот будет плохо жить, а кто не будет работать вовсе, тот и жить не будет совсем.

Хозяевами фермы оказались муж с женой и их друзья. Причем все друзья мужского пола оказались уголовниками. Собственно говоря, семейная пара были недавними наемными работниками той же самой фермы. В новых условиях ушлые батраки быстро сориентировались и, пригласив своих друзей с уголовным прошлым, казнили фермера с семьей и захватили бизнес, который сулил в наступившем мире солидные дивиденды и статус. Отечественный рынок еще не скоро увидит аргентинское мясо и австралийскую кенгурятнику. Овцы и коровы в зомби не превращались, а коневодство обещало стать процветающей отраслью, учитывая грядущий дефицит бензина и запасных частей для автомобилей.

Мысли у рейдеров были правильные. Но работать они не хотели. В качестве рабочего персонала осталось несколько молдаван. Они тоже батрачили на фермера. Но для расширения бизнеса нужны были еще рабочие руки и много.

Сначала привезли каких-то бомжей. Это оказалось ошибочным решением. Они не только плохо работал, но и грешили пьянством, а при любом удобном случае еще и воровством. Бомжей напоили тосолом и повесили болтаться рядом с трупами бывших хозяев фермы.