Зараженные

На берегу неглубокой реки, которая быстрым течением несла свои воды во Внутренне Море, быстро появились мельницы. А затем кузница, кожевенная мастерская и множество ферм. Поселение быстро росло и ширилось, превратившись в огромную деревню, через которую пролегает Торговый Тракт.

Брови Эццио поползли на лоб от удивления. Бывший актер аж водой поперхнулся:

— Откуда такие глубокие познания в истории? — прокашлявшись, спросил он.

— Я родился в пригороде Призана, — ответил гусар. — Нам рассказывали эту историю в университете Ларго.

— Ты учился в университете? — теперь пришел черед удивляться Мари.

— Я закончил его, — гордо ответил Ватрикс.

— Да-а-а? — удивленно протянула Мари, уставившись на бывшего «Сеющего Смерть».

— Точнее не бывает, — кивнул головой гусар.

— И кем же ты вышел из храма науки? — не отставала девушка.

— Градостроителем, — неохотно ответил Ватрикс.

— Ух ты! — протянула Мари. — А я-то думала что ты…

— Не умею читать и писать? — горько усмехнулся гусар, взглянув на Мари.

— Ну… — смущенно протянула девушка, но щеки ее покраснели.

— Интересно, это наемники так постарались? — поинтересовался Эццио, меняя тему разговора. Актер разлегся на плаще, жуя сухую соломинку и уставившись на серые балки амбара.

— Фигаро явно не дурак, — фыркнул в ответ Анри. — Ему нужны верные подданные и еда, а не горы трупов на пепелищах. Урожай в этом году итак будем мизерным. Скорее всего, деревню подожгли отступавшие регуляры. А заодно и зерно все вывезли, — Де Волт обвел рукой полутемный, пустой амбар. — До последнего зернышка. Теперь кроме пыли здесь ничего нет.

Словно в подтверждение его слов, Мари звонко чихнула, подняв целый столб пыли. В бледных лучах луны, свет которой попадал в помещение через небольшие дырочки в крыше, заиграла, переливаясь, пыль.

Ватрикс недовольно поморщился, от громкого звука, эхом прокатившегося по пустому помещению. Словно совсем рядом с ним кто-то ударил в набат.

— Не галдите, — едва слышным шепотом грозно произнес он. — Иначе мертвецы со всей округи пришлепают к дверям амбара. Лично я не хочу проверять хлипкие дощатые створки на прочность.

— Так упырей тут в сотне лиг не сыщешь, — удивленно пробормотал Эццио. — Иначе бы уже давно притопали. Да и откуда мертвякам взяться на пепелище? Тут кушать нечего.

Но гусар не ответил, замолчав и отвернувшись спиной к остальным.

Ночь прошла вполне спокойно, и с первыми лучами раннего летнего солнца небольшой отряд со всеми своими пожитками стоял на берегу Ручья Убийц.

— Переправляться придется вплавь, — хмуро протянул Ватрикс, рассматривая то, что осталось от моста. — Хотя надо отметить, подрывники регуляров постарались на славу. Высший балл.

Посередине бурной реки осталось несколько вбитых в каменное дно опор. Огромные каменные глыбы торчали из воды жалкой кучей обломков, острыми краями уставившись в ясное летнее небо.

— А толку — то? — ответила Мари. — Наемники Фигаро все равно переправились без особых усилий.

Девушка кивнула головой в сторону переправы, наспех сооруженной наемниками.

— Течение больно сильное, — ответил Анри, уставившись на разрушенный до основания мост. — Если шваркнет о камни или об опору — остальные будут отскребать тебя долго и с особым усердием. Лучше бы найти брод.

Топать вдоль берега пришлось долго. И лишь ближе к полудню, в нескольких лигах ниже по течению, удалось найти ветхие деревянные мостки, едва державшиеся над бурной рекой. Очевидно, переправу строили крестьяне неподалеку от деревни, но давно. Многих грубо отесанных досок, в настиле недоставало, и мостки зияли огромными дырами.

— Лошадей придется оставить, — хмуро произнес Анри, снимая притороченные к седлу сумки. — Переплыть они не смогут, а переправа их не выдержит.

Ватрикс кивнул, снимая свои мешки с седла. За ним процедуру повторили Эццио и Мари.

— Ну, все, беги. Спасибо за службу, — прошептал Анри на ухо своему скакуну, хлопнув лошадь по крупу. Та заржала и бросилась в лес. Если повезет — скоро вернется к замку «Последней Надежды».

Первым на серые доски настила осторожно ступил Эццио. Грубо сколоченные мостки дрогнули, жалобно заскрипели, но выдержали. Попрыгав с доски на доску, фиорентиец остановился на середине переправы и замахал руками:

— Вроде цела, — крикнул он.

И в этот момент подгнившая доска жалобно хрустнула, и Эццио одной ногой почти по колено провалился вниз. Вылез, отряхнулся:

— Цела, — повторил он.

Все тут же направились к переправе, осторожно, по одному перебираясь через бурный Ручей Убийц.

— Держись, Призан. Мы уже на подходе, — радостно крикнула Мари, едва вступив на земную твердь.