Карие глаза смотрели из-под кустистых бровей хладнокровно. Рука твердо сжимала широкий армейский нож, готовая рвануться в сторону и оставить на горле лейтенанта кровавый след. В густой бороде хищно блестел оскал…
Добавить в моё избранное
365 мин, 24 сек 19444
Надеюсь, он вернулся к жизни. Настоящей.
— Вади-им,-осторожно, будто лунатика, позвала Люда.-Ты опять летаешь?
Я прижал ее к себе сильнее, прошептал:
— Обещаю, день будет веселый.
Восьмое марта — ответственный день для мужчины. В этот день я становился слугой моих девочек. Никогда мы не просиживали задницы перед телевизором. Я будил фантазию и старался, чтобы с моих любимых лиц не сходили улыбки до самого вечера.
На сегодня первым по расписанию завтрак, приготовленный, конечно, мною. Хоть один день в году женщина имеет право отдохнуть от плиты. Готовлю я не так хорошо, как Люда, поэтому завтрак ожидался скромненький, легкий. Приличная пища нас ждала в ресторане. Туда я собирался отвести семью на обед.
— День уже начался,-лукаво упрекнула Люда.
— Верно.
Я выключил телевизор и оставил недоумевающую жену одну. Ненадолго. Вернулся с «живым огнем»-так Люда назвала картину, увиденную недавно на выставке в художественном музее. На полотне из кучи пепла взмывал в небо, расправив крылья, Феникс. Денег пришлось отвалить немало, но оно того стоило. Люда при виде подарка подскочила на месте, хлопнув в ладоши, глаза радостно заблестели. Завопила бы, если бы дочка не спала. Бережно приняла картину и с минуту смотрела на песню красок, после чего восторженно выдохнула:
— Спасибо. Вадик, миленький,-и прильнула с поцелуями.
Дарить добро — вот залог счастья. В тот момент я любил мир несмотря ни на что. Не было даже этого «несмотря ни на что».
— Ну, оставлю вас наедине. Решай, куда повесить,-мягко сказал я.
— А ты куда?
— На кухню.
Люда хихикнула и принялась завороженно высматривать детали картины, с нежностью водя пальцем по жгучим перышкам Феникса.
Машке я тоже угодил. Подарил здоровенного плюшевого медведя. Обещал же. Давно, но папа слов на ветер не бросает.
Машка завизжать не постеснялась. Еще и на шею бросилась. Потом еле оторвал от медведя. Ну, как оторвал. Пришлось посадить Мишутку за стол как полноправного члена семьи. Хорошо, Маша не пыталась его накормить.
После завтрака мы отправились в парк. Люду тянуло к природе. В лесу, к сожалению, было еще топко, поэтому пришлось довольствоваться городским островком проклевывавшейся зелени. На свежем воздухе, в близости с природой как нигде ощущаешь себя свободным. Невидимый эфир просветляет голову и сбрасывает с сердца будничные гири.
Я подхватил Машку под руки и закружил. Обожаю ее смех. Колокольчики…
— Небо сегодня такое мирное,-зачарованно произнесла Люда.-А солнце улыбчивое.
Я опустил Машку. Шумно дыша, запрокинул голову. Да, погода сегодня не подвела, праздничная.
Люда любя оглядывала нарождавшиеся почки. Вдруг присела у скамейки и воскликнула:
— Ой, подснежник!
— Порой мне кажется, что у меня две дочери,-засмеялся я.
— Так и есть. Я будто заново родилась. Вадим, ты только посмотри на эту красоту!
Я хотел подойти, но в стороне блеснул «трамплин». Бросило в пот. Слава Богу, тревога ложная. Мимо просто пронесся пацаненок на велосипеде, и катафот сверкнул на солнце.
— Вадим?-с тревогой позвала Люда, видимо, заметила мою растерянность.
— Все хорошо,-улыбнулся я.
Боже, помоги вырваться из Зоны. Сквозь одежду я стиснул крестик, висевший на шее. Вроде бы и знаешь, что Его нет, что появились мы благодаря долгой эволюции, а сердце все равно не переубедить. Наверное, потому, что так проще.
— Подснежник — это вестник оттепели,-поучала нас Люда,-первый лучик тепла. Маш, глянь, какой красивый. Только не сломай.
Маша не спешила присоединиться к матери. Дергала меня за рукав с важным видом — назрел вопрос.
— Что на сей раз, профессор?-спросил я.
— Пап, а Петька говорит, что тебя в любой день могут убить.
— Какой Петька?
— Из третьего «Б». Он говорит, в твоей работе много риска. Может, сменишь ее?
— Да куда ж я от вас денусь?-ухмыльнулся я.-Небо порву, а вернусь.
— Я знала! Ты все можешь! А Конец Света тоже из-за тебя отменили? Для этого вы летали в Припять?
— Нет, детка. Его и не должно было быть.
— Но по телевизору…
— Никакие записи нельзя вести бесконечно, вот и календарь майя рано или поздно должен был закончиться. Конец Света тут ни при чем.
— А нам недавно на уроке рисования дали задание нарисовать былинных героев. Знаешь, кого нарисовала я?
— Кого же?
— Тебя.
— Учительница, наверное, была удивлена.
— О чем секретничаете?-к нам подошла Люда.
— Мам, правда папа у нас герой?
Люда тепло улыбнулась и подтвердила:
— Правда.
— А героев не убивают.
— Не убивают.
— Так что можешь, пап, оставаться на своей работе.
— Спасибо, принцесса.
— Вади-им,-осторожно, будто лунатика, позвала Люда.-Ты опять летаешь?
Я прижал ее к себе сильнее, прошептал:
— Обещаю, день будет веселый.
Восьмое марта — ответственный день для мужчины. В этот день я становился слугой моих девочек. Никогда мы не просиживали задницы перед телевизором. Я будил фантазию и старался, чтобы с моих любимых лиц не сходили улыбки до самого вечера.
На сегодня первым по расписанию завтрак, приготовленный, конечно, мною. Хоть один день в году женщина имеет право отдохнуть от плиты. Готовлю я не так хорошо, как Люда, поэтому завтрак ожидался скромненький, легкий. Приличная пища нас ждала в ресторане. Туда я собирался отвести семью на обед.
— День уже начался,-лукаво упрекнула Люда.
— Верно.
Я выключил телевизор и оставил недоумевающую жену одну. Ненадолго. Вернулся с «живым огнем»-так Люда назвала картину, увиденную недавно на выставке в художественном музее. На полотне из кучи пепла взмывал в небо, расправив крылья, Феникс. Денег пришлось отвалить немало, но оно того стоило. Люда при виде подарка подскочила на месте, хлопнув в ладоши, глаза радостно заблестели. Завопила бы, если бы дочка не спала. Бережно приняла картину и с минуту смотрела на песню красок, после чего восторженно выдохнула:
— Спасибо. Вадик, миленький,-и прильнула с поцелуями.
Дарить добро — вот залог счастья. В тот момент я любил мир несмотря ни на что. Не было даже этого «несмотря ни на что».
— Ну, оставлю вас наедине. Решай, куда повесить,-мягко сказал я.
— А ты куда?
— На кухню.
Люда хихикнула и принялась завороженно высматривать детали картины, с нежностью водя пальцем по жгучим перышкам Феникса.
Машке я тоже угодил. Подарил здоровенного плюшевого медведя. Обещал же. Давно, но папа слов на ветер не бросает.
Машка завизжать не постеснялась. Еще и на шею бросилась. Потом еле оторвал от медведя. Ну, как оторвал. Пришлось посадить Мишутку за стол как полноправного члена семьи. Хорошо, Маша не пыталась его накормить.
После завтрака мы отправились в парк. Люду тянуло к природе. В лесу, к сожалению, было еще топко, поэтому пришлось довольствоваться городским островком проклевывавшейся зелени. На свежем воздухе, в близости с природой как нигде ощущаешь себя свободным. Невидимый эфир просветляет голову и сбрасывает с сердца будничные гири.
Я подхватил Машку под руки и закружил. Обожаю ее смех. Колокольчики…
— Небо сегодня такое мирное,-зачарованно произнесла Люда.-А солнце улыбчивое.
Я опустил Машку. Шумно дыша, запрокинул голову. Да, погода сегодня не подвела, праздничная.
Люда любя оглядывала нарождавшиеся почки. Вдруг присела у скамейки и воскликнула:
— Ой, подснежник!
— Порой мне кажется, что у меня две дочери,-засмеялся я.
— Так и есть. Я будто заново родилась. Вадим, ты только посмотри на эту красоту!
Я хотел подойти, но в стороне блеснул «трамплин». Бросило в пот. Слава Богу, тревога ложная. Мимо просто пронесся пацаненок на велосипеде, и катафот сверкнул на солнце.
— Вадим?-с тревогой позвала Люда, видимо, заметила мою растерянность.
— Все хорошо,-улыбнулся я.
Боже, помоги вырваться из Зоны. Сквозь одежду я стиснул крестик, висевший на шее. Вроде бы и знаешь, что Его нет, что появились мы благодаря долгой эволюции, а сердце все равно не переубедить. Наверное, потому, что так проще.
— Подснежник — это вестник оттепели,-поучала нас Люда,-первый лучик тепла. Маш, глянь, какой красивый. Только не сломай.
Маша не спешила присоединиться к матери. Дергала меня за рукав с важным видом — назрел вопрос.
— Что на сей раз, профессор?-спросил я.
— Пап, а Петька говорит, что тебя в любой день могут убить.
— Какой Петька?
— Из третьего «Б». Он говорит, в твоей работе много риска. Может, сменишь ее?
— Да куда ж я от вас денусь?-ухмыльнулся я.-Небо порву, а вернусь.
— Я знала! Ты все можешь! А Конец Света тоже из-за тебя отменили? Для этого вы летали в Припять?
— Нет, детка. Его и не должно было быть.
— Но по телевизору…
— Никакие записи нельзя вести бесконечно, вот и календарь майя рано или поздно должен был закончиться. Конец Света тут ни при чем.
— А нам недавно на уроке рисования дали задание нарисовать былинных героев. Знаешь, кого нарисовала я?
— Кого же?
— Тебя.
— Учительница, наверное, была удивлена.
— О чем секретничаете?-к нам подошла Люда.
— Мам, правда папа у нас герой?
Люда тепло улыбнулась и подтвердила:
— Правда.
— А героев не убивают.
— Не убивают.
— Так что можешь, пап, оставаться на своей работе.
— Спасибо, принцесса.
Страница 106 из 107
