Stalker: Еретик

Я пошарил рукой в рюкзаке: термос, полбатона, банка консервов… Вот он! Колкий камень, как раз в ладонь уместился. Его сунул в карман, рюкзак швырнул в кусты, за «железку». В ответ раздался пронзительный воинственный клич. Послышалось топанье босых увесистых лап и тяжелое надрывное дыхание.

Я вскинул автомат навстречу невидимому монстру. На посту зашевелились часовые, что-то закричали мне. Я закрыл глаза. Тварь была совсем близко. Вот в лицо дыхнуло тошнотворно сладостной вонью падали. Я упал на спину, вдавил спусковой крючок и заорал, выплескивая страх через гнев.

Монстр дергался под ударами пуль и ревел, распуская бутон щупалец. Автомат замолк, а болотник все стоял, покачиваясь и сипя. Я продолжал кричать, злясь на стойкую тварь, и никак не мог расслабить пальцы, чтобы отжать «спуск» и поменять рожок. Слава Богу, сил монстру хватило ненадолго. Колени подогнулись, и массивное тело опрокинулось навзничь.

— Лейтенант!

— Лейтенант! Вы в порядке?

Меня звали словно из другого мира. Я даже не сразу понял, что звали меня.

— Да, — слабо откликнулся я. — Цел. Все отлично.

Честь мне и хвала! Мокрые только лысина и воротник. Я утер пот с лица, отдышался и попятился к базе. Упускать труп из виду боялся, вдруг поднимется.

Зашумела рация. Сквозь шипение пробился взволнованный голос дежурного:

— Островский, что за выстрелы?

— Болотника уложили.

— Пострадавшие есть?

— Никак нет.

— Хорошо. Конец связи.

Часовые смотрели на меня, как на призрака. Должно быть, кровь не успела прилить к лицу. Или в глазах что прочли?

— Товарищ старший лейтенант, — завороженно протянул Рогов, — на моей памяти из схватки с болотником один на один еще никому не удавалось выходить живым.

Я вяло улыбнулся:

— Надо ж когда-нибудь начинать.

— Вы целы?

— Живой я, живой. Можешь потрогать.

На негнущихся ногах я зашел в караульное помещение, мешком упал на стул. Руки дрожали. Чтобы унять волнение, я закурил. Помогло. Мышцы расслабились. Холод внутри растаял.

После второй сигареты я вспомнил об артефакте. Под светом настольной лампы разглядел причудливое сплетение спиралей. Точно раздираемая во все стороны клякса. Зона, оказывается, авангардистка.

В коридорчике застучали берцы. Я быстро спрятал камень в карман брюк. В комнату вошел сержант Рогов.

— Хоть бы одно дежурство прошло спокойно, — пожаловался он. — Мы как услышали этот вой — точно сотни бешеных свиней завизжали. Столько в нем злобы, агрессии… Я уж, извините, товарищ старший лейтенант, мысленно попрощался с вами.

Я пристально посмотрел на Рогова. На кой он мне все это говорит? Нервишки болтовней успокаивает?

— А вы из-за него к туннелю пошли? — не унимался сержант. — Отчаянный.

Ответить, не ответить?

— Нет, — говорю, — видел кого-то. Кажется, сталкера.

— Может, того, зомби?

— Вряд ли зомби драпанул от меня с такой прытью.

Шутка подействовала. Пережитый ужас смазался, сержант опомнился. Взглянул на расставленные на столе шахматы, предложил:

— Партейку?

За игрой я попытался выведать у Рогова все, что он знал об артах. Знал он немного. Практически ничего. Военных сталкеров интересовали собиратели бирюлек, а не сами бирюльки. Если сержанту и попадались искатели с хабаром, то камни Рогов выкидывал в озеро. Не могу назвать сержанта идиотом. Арты все излучают радиацию, от которой человек может заболеть тем же раком. Возможно, в этом свихнувшемся мире именно Рогов поступает правильно, не пускает дрянь за пределы мертвой земли. Есть еще люди, которым человечество дороже себя.

— А вот вам и мат, — Рогов радовался, как ребенок.

Я крякнул, встал.

— Пройдусь до западных ворот. Ты оставайся тут.

— Есть, трщ стрший лейтенант! А по возвращению, может, того, еще партейку?

Я вздохнул. Не люблю проигрывать, но чем еще скрасить ночное деужурство?

— Договорились.

Здания базы ночью оживали. Представлялись мудрыми старыми великанами, печально вздыхающими по былым временам. Когда-то тут сновали интеллигентные люди, ни разу не державшие в руках оружие. Они с энтузиазмом отдавали себя науке, прогрессу. Тут они жили, работали, создавали семьи, любили, расставались, растили детей, спорили с коллегами, пели песни под гитару, праздновали Новый Год. Молодые, почтенного возраста, веселые и серьезные, разные и в то же время одно целое. Их было не так много, ведь НИИ построили уже в девяностых. Ученые-биологи изучали воздействие радиации на флору и фауну, надеялись вернуть зону отчуждения в хозяйственный оборот. Неподалеку еще сохранились фермы, теплицы. Экспериментальный скот охраняли собаки. Потом их бросили. Проект закрыли, а друзей человечества предоставили самим себе.

— Чертовы псы!