Каннибал

— Без чинов сержант, — оборвал он мой почти привычный по «военке» доклад-приветствие. — Говори, что хотел, только быстро.

По ходу и до них какие-то сведения дошли, пусть и отрывочные по моим ощущениям — иначе они бы здесь спокойно не сидели и воинская часть напоминала бы растревоженный муравейник, а не сонное царство.

— Тогда проще показать, товарищ генерал, — я достал из кармана свой смарт, а за одно и флэху, куда еще вчера слил ролики из госпиталя. — Если есть соответствующее оборудование.

Генерал хмыкнул:

— Федор Михайлович, обеспечьте просмотр.

Из-за стола поднялся майор лет сорока и забрал у меня флэшку. Откуда-то вдруг появился проектор, подключенный к ноуту, а на стене развернули белый экран. Ролики были «обозваны» цифрами от одного до четырех. Первые три из госпиталя, последний — уже с нашей новой базы.

После первых же кадров сдержанности офицеров как не бывало.

— Это что за х… ня?! — заорал сам генерал, когда на стенном экране появились упыри-полуморфы и принялись глодать трупы людей. — Что за бредовый розыгрыш?!

— Это не бред, а внешнее проявление действия неустановленного вируса, — нейтрально ответил я. — Вы досмотрите до конца, а на вопросы я потом отвечу.

Генерал заиграл желваками, но все же сдержался. Посмотрев все ролики офицеры неуверенно задвигались, избегая смотреть непосредственно на «Самого». Тот же замер будто изваяние еще на моменте с порванными пэпээсниками.

— Это наверно какой-то розыгрыш, — неуверенно произнес оплывший подполковник после всеобщего минутного молчания. Начснаба?

— Часть этого «розыгрыша» из последнего ролика у меня в багажнике лежит и воняет, — в пространство проговорил я. Можно понять мужиков — они всю жизнь готовились — или делали вид что готовятся — к схватке с вполне ясным и понятным противником, который имеет на вооружении схожее оружие и преследует понятные цели. Сейчас же в мир ворвалось не пойми что, какая-то сюрреалистическая бредовая дикость и неправильность. Вбитые в подкорку шаблоны однозначно давали сбой.

— Ладно, сержант, ты давай доводи свою информацию, а мы подумаем… — наконец-то генерал заговорил!

— Хорошо… Итак, ожившие трупы это проявление неизвестного вируса, первые случаи заражения которым зафиксированы в Москве. Вирус не является летальным при передаче от человека к человеку воздушно-капельным путем. При смерти носителя включается механизм поддержания жизнедеятельности тела. По косвенным данным вирус адаптирует прекративший жить организм к изменившимся условиям. В результате мы получаем упырей, зомби или восставших мертвецов — называйте как хотите. Эти организмы стремятся получить максимально сходный с собой материал для дальнейшего перестроения. Проще говоря упыри нападают на людей и пытаются их сожрать. Чем больше упырь сожрет, тем более сильно он перестроится и адаптируется к новым условиям. Станет быстрее, сильнее, опаснее. Результат такого перестроения вы видели во втором и четвертом ролике. При передаче вируса контактным способом от обратившегося к живому человеку, смерть последнего наступает в течение примерно часа. Если по-простому, то укус упыря смертелен. Остановить упыря можно только разрушив его мозг или повредив позвоночник. При других повреждениях обратившийся остается активным.

Я замолчал. Офицеры тоже молчали, но молчали по-разному. Генерал напряженно о чем-то думал, толстеющий «подпол» озирался по сторонам, перебегая взглядом с одного своего коллеги к другому. Майор, обеспечивший аппаратуру сидел с совершенно пустыми глазами…

— Что-то вы для сержанта милиции слишком инициативны, — заговорил вдруг сухощавый полковник с пронзительным и жестким взглядом. Я присмотрелся к петлицам — ну точно, ФСБ. Глупо было бы, если бы без них обошлось…

— Вероятно потому что я не сержант, — пожал я плечами. — Разрешите представиться: Павел Теровский, студент самарского политеха.

Офицеры навелись на меня, как зенитные ракеты на низколетящего нарушителя. Генерал нахмурился:

— Гражданский… Зачем вы представились…

— Сержантом милиции? — закончил я за генерала. Тот поморщился — не привык что бы его перебивали. — Так если бы я пришел как студент, то меня, скорее всего, дальше КПП не пустили бы. И слушать бы стали в последнюю очередь. А на тему оружия я вообще молчу!

Генерал медленно кивнул:

— Допустим. Но на сколько я знаю гражданских — ваше поведение и для них не типично. Что бы добровольно заявиться на территорию незнакомой воинской части, да еще с чужим оружием…

Я вновь пожал плечами:

— Жизнь заставила. Как видите внятной реакции властей на происходящее нет. Москва молчит и бежит в разные стороны, телевидение транслирует призывы к спокойствию без озвучивания рецептов по спасению, система здравоохранения накрылась медным тазом — уцелели только единицы из персонала больниц, милиция и внутренние войска не справляются и уже вчера вечером я не наблюдал на улицах патрульных экипажей: куда их могли направить — не ясно.