Когда ангелы плачут — небо становится ближе. Оно плачет вместе с ними, и в лужах отражаются растрепанные крылья этих несчастных созданий. Я знаю точно, я видел все сам. Также как видел отражение бури в ее глазах. Первое касание страсти всегда неожиданно, когда молнии освещают темное небо, хочется забиться в угол и завывать в ожидании своей участи…
Добавить в моё избранное
298 мин, 7 сек 18903
(а в левой руке скальпель, детка, и пусть тебя не смущает ржавчина на нем… )
Серое и желтое, черное и красное — обитель доктора Бо. Мир, где зубы белыми костяшками лежат на стеклянных полках. Мир, где в пустых коридорах тьма укутывает тебя одеялом кошмарных воспоминаний. Мир, где оживают старые воспоминания…
(такие знакомые, такие долгожданные… )
Небрежно, с издевкой, доктор вытащил нож и поморщившись отбросил его прочь. Метал тихо звякнул. Пора было завершать представление.
— Ты больна. Тебе требуется помощь — моя помощь. Сейчас ты сядешь в кресло крошка, и мы поедем на операцию. Ты была непослушной девочкой…
Кожаные ремешки на подлокотниках кресла жадно свисали в стороны, ожидая, когда, наконец, можно будет обхватить запястья очередной жертвы. Она смотрела на кресло, чувствуя что в ее душу проползает осенний сумрак безумия.
Ночная пижама пропиталась насквозь — кровь текла ручьем, образуя небольшую лужицу на полу. Красное и черное — черные плиты пола, красная кровь на плитах. Доктор схватил ее за руку….
(ну что, покатаемся милая моя?)
Она закрыла глаза и принялась шептать слова давно забытых молитв, тщетно надеясь на снисхождение — здесь было только одно божество, и сейчас оно не торопясь тащило ее к креслу, чтобы она (снова ощутила запах хлорки и лекарств, увидела операционный стол, залитый ярким светом — доктор должен видеть каждую мелочь, каждый штрих… ) наконец, поняла и приняла необходимость лечения.
— Прошу — расстегнув ремешки, доктор галантно пригласил садиться.
— Нет — прошептала она…
Доктор наклонил голову вбок и смешно зашевелил бородой.
— Непослушная девчонка! Придется закончить твое лечение прямо здесь. Мы ведь знаем кто будет следующим пациентом, не так ли?
(маленькая девочка, доверчиво прижимающаяся во сне к своей матери)
Доктор сокрушенно причмокнул, и взмахнул рукой
В последний момент, время словно застыло. Она увидела себя со стороны — жалкая, испуганная, окровавленная, полумертвая от ужаса, тщетно пытающаяся увернуться от разящей руки доктора. Багровая ярость поднялась наверх, сокрушающей волной смывая все страхи и переживания давно прошедшего детства, уничтожая на своем пути страх, заменяя его ненавистью (забудь про боль, не бойся, — его нет!!! доктор — это ночной кошмар, сказка прочитанная на ночь, тень в твоем подсознании… ), и эта ненависть на короткое мгновение придала ей сил.
Она перехватила руку доктора выше запястья
— Тебя нет — прошипела она.
Какая-то тень на мгновение накрыла доктора, его лицо поплыло, меняя свои очертания, и снова стало прежним. Скальпель приблизился к ее лицу так близко, что она могла рассмотреть зазубрины на лезвии, пятна ржавчины и чего-то еще.
— Это все мое — закричал доктор, и стал приближать скальпель, сжатый в руке, к ее лицу — маски долой! Я вырежу твое лицо и брошу его на кровать, чтобы твое отродье в последний увидело свою мамочку. Я отрежу все твои пальцы, уши и губы, я выколю твои глаза…
(жизнь это сон… )
— А может быть ты хочешь со мной? — спросил доктор — я покажу тебе свой дом…
(глубокая тьма на самом дне зыбкого болота ночи, бесконечная агония души, крики истязаемых жертв, капли слюны на остатках губ, обуглившиеся тела, сожженные заживо, смрадный дым, поднимающийся наверх, вечная осень … )
— Тебя нет — из последних сил прошептала она — ты сон…
— Я твой отец! — загремел доктор, и его лицо, на миг изменив очертания стало похожим на ее отца.
— Она громко засмеялась, и онемевший от удивления Бо, ослабил хватку.
— Мой отец лежит на полу, кучей дерьма, прямо за твоей спиной, ублюдок — она вывернула руку доктора и скальпель с тихим звоном упал на пол.
Она оттолкнула доктора, и подняла скальпель, который удобно уместился в ее руке.
— Пора сделать несколько надрезов — вслух подумала она приближаясь к доктору.
Потерявший свой инструмент доктор, как-то враз сник, съежился и испуганно попятился (боже мой, да ведь это же всего-навсего больной и немощный старикан… )
Седая борода тряслась в немыслимом испуге, беззубый рот злобно шамкал, выцветшие глаза слепо смотрели куда-то в сторону. Некогда белый халат нелепо топорщился, словно взрослая одежда на маленьком ребенке.
— Я вернусь — злобно шипел Бо, по-прежнему отступая — это все мое…
— Гори в аду, тварь — прошептала она и воткнула скальпель в отворот белого халата.
Дикий крик разорвал тишину бального зала, словно смертельно раненный зверь забился в агонии. Лучи нестерпимо яркого света ударили из-под халата, на миг ослепив ее
(как в дешевом фильме ужасов — подумала она)
пустой халат упал на пол.
— Я вернусь за тобой — шепотом отозвалось эхо в пустом зале…
Скальпель в ее руках покрылся ржавчиной, словно сотни лет лежал в сырой земле.
Серое и желтое, черное и красное — обитель доктора Бо. Мир, где зубы белыми костяшками лежат на стеклянных полках. Мир, где в пустых коридорах тьма укутывает тебя одеялом кошмарных воспоминаний. Мир, где оживают старые воспоминания…
(такие знакомые, такие долгожданные… )
Небрежно, с издевкой, доктор вытащил нож и поморщившись отбросил его прочь. Метал тихо звякнул. Пора было завершать представление.
— Ты больна. Тебе требуется помощь — моя помощь. Сейчас ты сядешь в кресло крошка, и мы поедем на операцию. Ты была непослушной девочкой…
Кожаные ремешки на подлокотниках кресла жадно свисали в стороны, ожидая, когда, наконец, можно будет обхватить запястья очередной жертвы. Она смотрела на кресло, чувствуя что в ее душу проползает осенний сумрак безумия.
Ночная пижама пропиталась насквозь — кровь текла ручьем, образуя небольшую лужицу на полу. Красное и черное — черные плиты пола, красная кровь на плитах. Доктор схватил ее за руку….
(ну что, покатаемся милая моя?)
Она закрыла глаза и принялась шептать слова давно забытых молитв, тщетно надеясь на снисхождение — здесь было только одно божество, и сейчас оно не торопясь тащило ее к креслу, чтобы она (снова ощутила запах хлорки и лекарств, увидела операционный стол, залитый ярким светом — доктор должен видеть каждую мелочь, каждый штрих… ) наконец, поняла и приняла необходимость лечения.
— Прошу — расстегнув ремешки, доктор галантно пригласил садиться.
— Нет — прошептала она…
Доктор наклонил голову вбок и смешно зашевелил бородой.
— Непослушная девчонка! Придется закончить твое лечение прямо здесь. Мы ведь знаем кто будет следующим пациентом, не так ли?
(маленькая девочка, доверчиво прижимающаяся во сне к своей матери)
Доктор сокрушенно причмокнул, и взмахнул рукой
В последний момент, время словно застыло. Она увидела себя со стороны — жалкая, испуганная, окровавленная, полумертвая от ужаса, тщетно пытающаяся увернуться от разящей руки доктора. Багровая ярость поднялась наверх, сокрушающей волной смывая все страхи и переживания давно прошедшего детства, уничтожая на своем пути страх, заменяя его ненавистью (забудь про боль, не бойся, — его нет!!! доктор — это ночной кошмар, сказка прочитанная на ночь, тень в твоем подсознании… ), и эта ненависть на короткое мгновение придала ей сил.
Она перехватила руку доктора выше запястья
— Тебя нет — прошипела она.
Какая-то тень на мгновение накрыла доктора, его лицо поплыло, меняя свои очертания, и снова стало прежним. Скальпель приблизился к ее лицу так близко, что она могла рассмотреть зазубрины на лезвии, пятна ржавчины и чего-то еще.
— Это все мое — закричал доктор, и стал приближать скальпель, сжатый в руке, к ее лицу — маски долой! Я вырежу твое лицо и брошу его на кровать, чтобы твое отродье в последний увидело свою мамочку. Я отрежу все твои пальцы, уши и губы, я выколю твои глаза…
(жизнь это сон… )
— А может быть ты хочешь со мной? — спросил доктор — я покажу тебе свой дом…
(глубокая тьма на самом дне зыбкого болота ночи, бесконечная агония души, крики истязаемых жертв, капли слюны на остатках губ, обуглившиеся тела, сожженные заживо, смрадный дым, поднимающийся наверх, вечная осень … )
— Тебя нет — из последних сил прошептала она — ты сон…
— Я твой отец! — загремел доктор, и его лицо, на миг изменив очертания стало похожим на ее отца.
— Она громко засмеялась, и онемевший от удивления Бо, ослабил хватку.
— Мой отец лежит на полу, кучей дерьма, прямо за твоей спиной, ублюдок — она вывернула руку доктора и скальпель с тихим звоном упал на пол.
Она оттолкнула доктора, и подняла скальпель, который удобно уместился в ее руке.
— Пора сделать несколько надрезов — вслух подумала она приближаясь к доктору.
Потерявший свой инструмент доктор, как-то враз сник, съежился и испуганно попятился (боже мой, да ведь это же всего-навсего больной и немощный старикан… )
Седая борода тряслась в немыслимом испуге, беззубый рот злобно шамкал, выцветшие глаза слепо смотрели куда-то в сторону. Некогда белый халат нелепо топорщился, словно взрослая одежда на маленьком ребенке.
— Я вернусь — злобно шипел Бо, по-прежнему отступая — это все мое…
— Гори в аду, тварь — прошептала она и воткнула скальпель в отворот белого халата.
Дикий крик разорвал тишину бального зала, словно смертельно раненный зверь забился в агонии. Лучи нестерпимо яркого света ударили из-под халата, на миг ослепив ее
(как в дешевом фильме ужасов — подумала она)
пустой халат упал на пол.
— Я вернусь за тобой — шепотом отозвалось эхо в пустом зале…
Скальпель в ее руках покрылся ржавчиной, словно сотни лет лежал в сырой земле.
Страница 31 из 87
