Говорят, что раньше, человек, владеющий дачей, вызывал зависть. С точки зрения Светы подобное утверждение не выдерживало никакой критики. Ехать на электричке или автобусом неведомо в какую даль, а потом еще плестись пешком незнамо сколько километров да с нагруженными сумками — очень и очень сомнительное удовольствие. А ведь по прибытию приходилось сразу впрягаться в работу: полоть, поливать, собирать и прочая, прочая, прочая… Жарко, пыльно, потно. Или холодно, мокро, противно.
Добавить в моё избранное
292 мин, 1 сек 17950
— Ого! — Оксана сделала круглые глаза, и Света тоже с уважением посмотрела на Дорджа.
— Вместе с ним, — Дордж кивнул на Сергея.
— А вы не похожи на художников, — вдруг заметила Оксана.
— Длинные волосы, неряшливый вид, грязные джинсы? — перечислил Дордж.
Оксана несмело кивнула.
— Это мы уже проходили. В таком виде, к сожалению или к счастью, нас охрана и близко к потенциальным спонсорам не подпускала. Вот и ходим, бритые и в костюмах.
— С английским именем, — поддразнила Оксана.
Света недоумённо взглянула на подругу. Художники тоже. Оксана покраснела.
— Почему — с английским?
— Дордж ведь английское имя.
— Джордж — английское имя. А меня зовут Жугдэрдэмидийн. В честь первого монгольского космонавта. Наши просто сократили, выговорить не могут.
— А почему… — Света замялась, но спросила: — А почему вы у нас в садоводстве сидите? Не в городе?
Сергей невесело усмехнулся.
— Была у нас комнатушка. Только вот владельцы как услышали, что у нас международная галерея, сразу цены задрали до небес. Пришлось съезжать, но работу не бросишь. А здесь намного дешевле. Сотовая связь есть, Интернет есть.
— А как же зимой? — с тревогой спросила Света.
Сергей поглядел на неё и рассмеялся.
— Да вы за нас не волнуйтесь. Городской департамент нам уже выделил помещение в новом культурном центре. Зимой его сдадут, тогда и переедем. И среди чиновников хорошие люди есть. Главное, лишь бы не забывали, что они хорошие. Да, пока не забыл, — он порылся во внутреннем кармане пиджака и достал визитку. — Возьмите, — протянул он её Оксане. — Обязательно позвоните. С Курил вернёмся, будет выставка. В октябре в последних числах.
— Обязательно позвоню, — сказала Оксана, рассмотрев визитку и спрятав её в кармашек сарафана. Света кивнула, соглашаясь.
— Пришли, — объявила она.
Действительно, за разговором они и не заметили, как оказались у нужного дома, и Света толкнула знакомую калитку. В глубине души они ожидала, что испитые оборванцы давно исчезли, прихватив все вещественные доказательства в виде чайников и микроволновок. И была несказанно удивлена при виде распивающей за столом троицы. Тут же неоспоримой уликой стоял чайник. Красные морды — Света не могла назвать их лицами, — мутные глаза, несвязная матерная речь и полная потеря координации, когда один из пьющих промахнулся, пытаясь взять со стола стакан водкой, свидетельствовали, что они ещё не протрезвели до осознания необходимости ухода в подполье и уничтожения улик.
— Нич… ик… го она не докажет, — говорил оборванец чуть потрезвее того, что уронил стакан. — А ты, Вован, не разливай продукт, он нам тяж… ик… трдом дстался. Счас выпьем, я краску принсу и перекрасим чай… ик… ник.
Ещё соображающий сторож одобрительно кивал. Они выпили. Вован упал лицом на стол и захрапел. Михеич похрустел редиской, закусывая, сказал:
— Правильно. А то сразу — бежать. Лёха, ты молоток. Менты меня уже допрашивали, сарай мой осмотрели. Больше не станут. Так что, пусть она хоть что болтает. Чайник наш, а печки тут и искать не будут. Это мы хорошо ситуацию проанал… анал… в общем, мы её хорошо!
— Тебе, Миха, больше пить нельзя, — сказал Лёха. — Ты уже слов не выг… ик… вариваешь. У нас тут проанализация ситуации… ик.
— Пранализация у них, — пробормотал Дордж, с отвращением глядя на троицу, — ситуации. — Потом посмотрел на Сергея. — Пить не бросишь, такой же анализацией кончишь.
— Самое время примеры приводить, — откликнулся Сергей. — Пойдём, побеседуем с «товарищами».
Последние слова его за столом услышали, и оба собутыльника повернулись к вошедшим.
— Гусь свинье не товарищ, — выговорил сторож. И ты не гусь, а я — не свинья…
— Насчёт себя я знаю, — прервал его Сергей, — вот насчёт тебя не уверен.
Оба прошли к столу, сделав девушкам знак оставаться на месте. Дордж легко взбежал по ступенькам и скрылся в доме. Сергей остановился у стола и, положив руки на плечи пытавшимся встать сторожу и Вовану, без усилий удержал обоих. Минут через пять вышел Дордж, держа в руках три чайника.
— Микроволновки тоже здесь, — объявил он.
— Ничего не знаем, — прохрипел Лёха.
— Да, это не наше, — вторил ему сторож, оба протрезвели. — Нас за домом просили присмотреть. Мы сейчас в милицию идти собирались. Проверьте, там наших отпечатков пальцев нет.
— Протёрли, — хмыкнул Дордж, — нынче все грамотные. Чего ж не вывезли? — спросил он Михеича. Тот промолчал.
— Скорей всего, просто не на чем было, — сказал Сергей. — На автобусе не повезёшь, машины нет, в садоводстве продать, наверное, можно, но уж больно опасно. Вот и ждут оказии.
Он посмотрел на девушек.
— Спасибо, девчонки. Вы, наверное, идите. Дальше мы тут сами управимся.
— Вы их в милицию сдадите?
— Вместе с ним, — Дордж кивнул на Сергея.
— А вы не похожи на художников, — вдруг заметила Оксана.
— Длинные волосы, неряшливый вид, грязные джинсы? — перечислил Дордж.
Оксана несмело кивнула.
— Это мы уже проходили. В таком виде, к сожалению или к счастью, нас охрана и близко к потенциальным спонсорам не подпускала. Вот и ходим, бритые и в костюмах.
— С английским именем, — поддразнила Оксана.
Света недоумённо взглянула на подругу. Художники тоже. Оксана покраснела.
— Почему — с английским?
— Дордж ведь английское имя.
— Джордж — английское имя. А меня зовут Жугдэрдэмидийн. В честь первого монгольского космонавта. Наши просто сократили, выговорить не могут.
— А почему… — Света замялась, но спросила: — А почему вы у нас в садоводстве сидите? Не в городе?
Сергей невесело усмехнулся.
— Была у нас комнатушка. Только вот владельцы как услышали, что у нас международная галерея, сразу цены задрали до небес. Пришлось съезжать, но работу не бросишь. А здесь намного дешевле. Сотовая связь есть, Интернет есть.
— А как же зимой? — с тревогой спросила Света.
Сергей поглядел на неё и рассмеялся.
— Да вы за нас не волнуйтесь. Городской департамент нам уже выделил помещение в новом культурном центре. Зимой его сдадут, тогда и переедем. И среди чиновников хорошие люди есть. Главное, лишь бы не забывали, что они хорошие. Да, пока не забыл, — он порылся во внутреннем кармане пиджака и достал визитку. — Возьмите, — протянул он её Оксане. — Обязательно позвоните. С Курил вернёмся, будет выставка. В октябре в последних числах.
— Обязательно позвоню, — сказала Оксана, рассмотрев визитку и спрятав её в кармашек сарафана. Света кивнула, соглашаясь.
— Пришли, — объявила она.
Действительно, за разговором они и не заметили, как оказались у нужного дома, и Света толкнула знакомую калитку. В глубине души они ожидала, что испитые оборванцы давно исчезли, прихватив все вещественные доказательства в виде чайников и микроволновок. И была несказанно удивлена при виде распивающей за столом троицы. Тут же неоспоримой уликой стоял чайник. Красные морды — Света не могла назвать их лицами, — мутные глаза, несвязная матерная речь и полная потеря координации, когда один из пьющих промахнулся, пытаясь взять со стола стакан водкой, свидетельствовали, что они ещё не протрезвели до осознания необходимости ухода в подполье и уничтожения улик.
— Нич… ик… го она не докажет, — говорил оборванец чуть потрезвее того, что уронил стакан. — А ты, Вован, не разливай продукт, он нам тяж… ик… трдом дстался. Счас выпьем, я краску принсу и перекрасим чай… ик… ник.
Ещё соображающий сторож одобрительно кивал. Они выпили. Вован упал лицом на стол и захрапел. Михеич похрустел редиской, закусывая, сказал:
— Правильно. А то сразу — бежать. Лёха, ты молоток. Менты меня уже допрашивали, сарай мой осмотрели. Больше не станут. Так что, пусть она хоть что болтает. Чайник наш, а печки тут и искать не будут. Это мы хорошо ситуацию проанал… анал… в общем, мы её хорошо!
— Тебе, Миха, больше пить нельзя, — сказал Лёха. — Ты уже слов не выг… ик… вариваешь. У нас тут проанализация ситуации… ик.
— Пранализация у них, — пробормотал Дордж, с отвращением глядя на троицу, — ситуации. — Потом посмотрел на Сергея. — Пить не бросишь, такой же анализацией кончишь.
— Самое время примеры приводить, — откликнулся Сергей. — Пойдём, побеседуем с «товарищами».
Последние слова его за столом услышали, и оба собутыльника повернулись к вошедшим.
— Гусь свинье не товарищ, — выговорил сторож. И ты не гусь, а я — не свинья…
— Насчёт себя я знаю, — прервал его Сергей, — вот насчёт тебя не уверен.
Оба прошли к столу, сделав девушкам знак оставаться на месте. Дордж легко взбежал по ступенькам и скрылся в доме. Сергей остановился у стола и, положив руки на плечи пытавшимся встать сторожу и Вовану, без усилий удержал обоих. Минут через пять вышел Дордж, держа в руках три чайника.
— Микроволновки тоже здесь, — объявил он.
— Ничего не знаем, — прохрипел Лёха.
— Да, это не наше, — вторил ему сторож, оба протрезвели. — Нас за домом просили присмотреть. Мы сейчас в милицию идти собирались. Проверьте, там наших отпечатков пальцев нет.
— Протёрли, — хмыкнул Дордж, — нынче все грамотные. Чего ж не вывезли? — спросил он Михеича. Тот промолчал.
— Скорей всего, просто не на чем было, — сказал Сергей. — На автобусе не повезёшь, машины нет, в садоводстве продать, наверное, можно, но уж больно опасно. Вот и ждут оказии.
Он посмотрел на девушек.
— Спасибо, девчонки. Вы, наверное, идите. Дальше мы тут сами управимся.
— Вы их в милицию сдадите?
Страница 56 из 87
