Собрание было чистейшей воды профанацией. Это отчетливо осознавали все участники аукциона по продаже «Нижнеречточа». Огромный подземный завод точных технологий, некогда гордость советской оборонки, теперь уходил за кругленькую сумму в полмиллиарда «зеленых», и ни у кого из присутствовавших не было таких денег, чтобы выкупить его. А рассчитывали на стартовую цену в пятьдесят миллионов, ну, пускай, на семьдесят.
Добавить в моё избранное
285 мин, 43 сек 6487
Над каждым манипулировала огромная механическая рука, то погружая в тело острие иглы, то вынимая ее и беря новый шприц с очередной дозой.
— Дорогущая, небось, машинка… — протянул Мокридин.
— Пять миллионов долларов.
— Ой-ой-ой! Да на такие деньги…
— Деньги — это не самоцель. А средство достижения цели.
— А у тебя какая цель? — спросил Мохов, пристально взглянув на Ханларова. — Вроде бы у тебя все было, когда мне дали твой адресок. Дом в Москве, хороший компьютер, да и заказов хватало…
— То, что вы называете «заказами», для меня было лишь временным приработком. Без вас, без ваших средств, возможностей мне бы никогда не добиться того, чего я добился. Моя цель — служить вам, и когда вы ступите на вершину власти, мне будет достаточно того, что я смогу находиться в вашей тени.
Для убедительности он коснулся руки Мохова и осторожно пожал ее, глядя ему в глаза. Тот сделал вид, что поверил.
— Теперь им надо заклеить глаза и приковать к столам, — распорядился Ханларов.
Его сотрудники, тоже все в скафандрах, принялись за дело.
— А глаза зачем заклеивать?
— Чтобы не высосало.
Когда все было исполнено, Ханларов попросил всех выйти за дверь, сам подошел к рубильнику и поднял его вверх. Над головой заработали лопасти огромного вентилятора. За то время, пока он сделал пять шагов до двери, поднялся уже довольно сильный ветер. Дверь за ним быстро закрылась.
— Отключение автоматическое. Ровно три минуты — и все вредные вещества улетучатся, — объявил он.
Три минуты вибрация сотрясала железный балкон и все окружающее. Затем дверь отворилась. Они вновь вошли в зал, и Ханларов велел снять повязки с глаз трупов и расковать их. Затем он взял в руки статуэтку-свистульку и дунул в нее. По залу пронесся высокий и хриплый, но чрезвычайно сильный звук. По лежащим на столах телам пробежала дрожь. Они стали медленно подниматься.
— Стоять на месте и слушаться меня! — громко произнес Ханларов. — Я — хозяин ваших тел. Ваш голод в моем присутствии да будет утолен.
— Это что получается, ты для себя гвардию готовишь? — с подозрением спросил Мохов. — А ну-ка пусть и меня слушаются.
— Как угодно, эфенди, — улыбнулся Ханларов. — Просто для их хилых мозгов два хозяина будет уже немного перебором. Они вас не видят и настраиваются на тембр голоса хозяина. После моих слов скажете им, что они должны слушаться вас. — И он вновь обернулся к ожившим трупам.
Программирование продолжалось минут двадцать, затем лаборанты помогли зомби одеться. Когда Мохов, Мокридин и Ханларов во второй раз вышли из зала, их сопровождали пятнадцать человек в военной форме и с повязками патрулей на рукавах. Их лица были безжизненны и ничего не выражали.
Люди посторонились, пропуская их, и отряд проследовал в сторону лифта.
— Ты уверен, что знаешь, что делать? — испытующе спросил Мохов.
— Да, конечно. Небольшой точечный удар не повредит. Меня чрезвычайно волнует лейтенант Кво, как и эта троица, что проводит анализы в морге. Серьезных неприятностей можно ожидать только от них.
— Я вот что хочу спросить, — встрял в их разговор Мокридин. — А куда выходит труба вашего «пылесоса»? Не в атмосферу ли часом?
— Конечно, нет! Высосанные вещества гасятся водой в специальном коллекторе.
— А вода потом куда сливается?
— Да туда же и сливается. На кладбище. Там озерцо есть такое, знаете… Из него травку на могилках поливают.
— Это черт знает что! — воскликнула Ирина. — Безобразие!
— Что случилось? — осведомился Владимиров. — Садитесь, душечка, расслабьтесь. Попейте водочки!
— Представляете, только мы начали делать очередное вскрытие, как в морг заявилась группа молодчиков и давай утаскивать трупы. Одного за другим побросали в грузовик и были таковы. Для чего это может потребоваться? Можете себе представить, как был расстроен патологоанатом: студентам теперь не на чем тренироваться. Если дело так пойдет и дальше…
— Если дело так пойдет и дальше, — подхватил полковник, — этот морг очень скоро опять заполнится.
— Вот именно, — сказал Кво. — Я боюсь, что кто-то решил поэкспериментировать с мертвыми телами. В каких-то нам пока неведомых целях. Их брали без разбора?
— Тела? Да, подряд. Однако этот тип, Ханларов, заявил, что глава администрации решил их немедленно захоронить во избежание распространения инфекции.
— Как вы сказали, простите? — заинтересовался Кво. — Это не такой ли тип с прыщавой рожей, в золотых очках и с гитлеровскими усиками?
— Абсолютно точное описание.
— Этот тип еще неделю назад был в Нью-Орлеане, мы хотели задержать его по подозрению в убийстве мэра города и нескольких моих людей, но… он сумел улизнуть от нас самым невероятным образом…
— Идемте к нам в номер.
— Дорогущая, небось, машинка… — протянул Мокридин.
— Пять миллионов долларов.
— Ой-ой-ой! Да на такие деньги…
— Деньги — это не самоцель. А средство достижения цели.
— А у тебя какая цель? — спросил Мохов, пристально взглянув на Ханларова. — Вроде бы у тебя все было, когда мне дали твой адресок. Дом в Москве, хороший компьютер, да и заказов хватало…
— То, что вы называете «заказами», для меня было лишь временным приработком. Без вас, без ваших средств, возможностей мне бы никогда не добиться того, чего я добился. Моя цель — служить вам, и когда вы ступите на вершину власти, мне будет достаточно того, что я смогу находиться в вашей тени.
Для убедительности он коснулся руки Мохова и осторожно пожал ее, глядя ему в глаза. Тот сделал вид, что поверил.
— Теперь им надо заклеить глаза и приковать к столам, — распорядился Ханларов.
Его сотрудники, тоже все в скафандрах, принялись за дело.
— А глаза зачем заклеивать?
— Чтобы не высосало.
Когда все было исполнено, Ханларов попросил всех выйти за дверь, сам подошел к рубильнику и поднял его вверх. Над головой заработали лопасти огромного вентилятора. За то время, пока он сделал пять шагов до двери, поднялся уже довольно сильный ветер. Дверь за ним быстро закрылась.
— Отключение автоматическое. Ровно три минуты — и все вредные вещества улетучатся, — объявил он.
Три минуты вибрация сотрясала железный балкон и все окружающее. Затем дверь отворилась. Они вновь вошли в зал, и Ханларов велел снять повязки с глаз трупов и расковать их. Затем он взял в руки статуэтку-свистульку и дунул в нее. По залу пронесся высокий и хриплый, но чрезвычайно сильный звук. По лежащим на столах телам пробежала дрожь. Они стали медленно подниматься.
— Стоять на месте и слушаться меня! — громко произнес Ханларов. — Я — хозяин ваших тел. Ваш голод в моем присутствии да будет утолен.
— Это что получается, ты для себя гвардию готовишь? — с подозрением спросил Мохов. — А ну-ка пусть и меня слушаются.
— Как угодно, эфенди, — улыбнулся Ханларов. — Просто для их хилых мозгов два хозяина будет уже немного перебором. Они вас не видят и настраиваются на тембр голоса хозяина. После моих слов скажете им, что они должны слушаться вас. — И он вновь обернулся к ожившим трупам.
Программирование продолжалось минут двадцать, затем лаборанты помогли зомби одеться. Когда Мохов, Мокридин и Ханларов во второй раз вышли из зала, их сопровождали пятнадцать человек в военной форме и с повязками патрулей на рукавах. Их лица были безжизненны и ничего не выражали.
Люди посторонились, пропуская их, и отряд проследовал в сторону лифта.
— Ты уверен, что знаешь, что делать? — испытующе спросил Мохов.
— Да, конечно. Небольшой точечный удар не повредит. Меня чрезвычайно волнует лейтенант Кво, как и эта троица, что проводит анализы в морге. Серьезных неприятностей можно ожидать только от них.
— Я вот что хочу спросить, — встрял в их разговор Мокридин. — А куда выходит труба вашего «пылесоса»? Не в атмосферу ли часом?
— Конечно, нет! Высосанные вещества гасятся водой в специальном коллекторе.
— А вода потом куда сливается?
— Да туда же и сливается. На кладбище. Там озерцо есть такое, знаете… Из него травку на могилках поливают.
— Это черт знает что! — воскликнула Ирина. — Безобразие!
— Что случилось? — осведомился Владимиров. — Садитесь, душечка, расслабьтесь. Попейте водочки!
— Представляете, только мы начали делать очередное вскрытие, как в морг заявилась группа молодчиков и давай утаскивать трупы. Одного за другим побросали в грузовик и были таковы. Для чего это может потребоваться? Можете себе представить, как был расстроен патологоанатом: студентам теперь не на чем тренироваться. Если дело так пойдет и дальше…
— Если дело так пойдет и дальше, — подхватил полковник, — этот морг очень скоро опять заполнится.
— Вот именно, — сказал Кво. — Я боюсь, что кто-то решил поэкспериментировать с мертвыми телами. В каких-то нам пока неведомых целях. Их брали без разбора?
— Тела? Да, подряд. Однако этот тип, Ханларов, заявил, что глава администрации решил их немедленно захоронить во избежание распространения инфекции.
— Как вы сказали, простите? — заинтересовался Кво. — Это не такой ли тип с прыщавой рожей, в золотых очках и с гитлеровскими усиками?
— Абсолютно точное описание.
— Этот тип еще неделю назад был в Нью-Орлеане, мы хотели задержать его по подозрению в убийстве мэра города и нескольких моих людей, но… он сумел улизнуть от нас самым невероятным образом…
— Идемте к нам в номер.
Страница 56 из 82
