Собрание было чистейшей воды профанацией. Это отчетливо осознавали все участники аукциона по продаже «Нижнеречточа». Огромный подземный завод точных технологий, некогда гордость советской оборонки, теперь уходил за кругленькую сумму в полмиллиарда «зеленых», и ни у кого из присутствовавших не было таких денег, чтобы выкупить его. А рассчитывали на стартовую цену в пятьдесят миллионов, ну, пускай, на семьдесят.
Добавить в моё избранное
285 мин, 43 сек 6497
После секундной паузы американский посланник снова заглянул в помещение, дабы убедиться в том, что здесь находится добрый десяток довольно странного вида людей. А люди ли они на самом деле? Это было трудно понять, если, конечно, не проверить самым тривиальным способом — ворваться с оружием в руках и припереть незнакомцев к стенке. Кво подозвал к себе жестами Владимирова, и тот едва не обомлел от увиденного. Но спешка в положении, в котором теперь находились истребители нечисти, не позволяла допускать даже малейшей оплошности…
— Всем оставаться на местах! — Владимиров направил автомат на незнакомцев. — Мы представляем собой власть, власть в этом городе. Все мои приказы прошу выполнять, словно я — ваш президент и архимандрит в одном лице!
Незнакомцы почти все как один обернулись. У них были красные глаза и дряблая кожа на щеках и подбородках — зрелище не для слабонервных. Никто не среагировал на окрик спецназовца. Это казалось странным, так как Владимиров был готов в любую секунду спустить курок…
— Мать вашу, вы что тут все очумели, что ли? Кто вы, черт вас возьми, и что здесь делаете?!
— Тебе этого не понять, — прошептал незнакомец, стоящий ближе всех к дверям, — не по-ня-ть!
От такой наглости майор разразился истерическим хохотом.
— Они еще и разговаривать могут!
— Успокойся. И будь приветлив с нами, так как через несколько мгновений вы все отправитесь в ад.
Незнакомец плотнее закутался в длинные отвороты балахона черного цвета, который свисал с его плеч.
— Что?
— Сейчас мы призовем нашего темного господина.
— Ктулху виа ком май боди! — хором прошептали незнакомцы. — Мертвецы восстали из могил и идут к тебе на подмогу. Ктулху, пробудись! Ктулху, пробудись! Ктулху, пробудись! Убей этих вшивых людей… прямо сейчас!
Незнакомцы переглянулись и пошли в направлении истребителей мертвецов. Тогда заговорили автоматы…
Несчастный фазендейро
Перекись водорода несколько облегчила страдания Васильева. Теперь он мог спокойно осмотреть домик, в который они успели нырнуть до того, как к машине неспешно подошла целая толпа мертвецов.
— Дьявольщина прямо какая-то… — ругался Антон. — Ну и надо же было вляпаться! Едешь себе тихо-спокойно, никого не трогаешь, а тут на тебе — из тебя делают предмет охоты. Ты уже не человек, а дичь. Нечто вроде фазана. Оказывается, твои слабые мозги для кого-то являются истинным деликатесом. Я себя чувствую, как та лягушка, которую поймал Дуремар. И как бы она кому ни доказывала, что является земноводной и в общем-то в пищу не годится, — найдется обязательно гурман, которому без лягушатинки свет белый не мил.
— Хватит тебе блажить, — прервал его Андрей, — не ной, как пацан! Сейчас я тебя опять перевяжу, а поутру будем выбираться отсюда.
— Чертовы покойники… — сказал Антон, тяжело дыша. — И чего им не лежится в уютных гробиках? Это ведь должны быть самые спокойные существа в мире. Недаром их название происходит от слова «покой».
— Зомби — необычные покойнички… — Андрей пытался подобрать нужные слова. — Это… да черт его знает, что это! И не ори так сильно, пока кто-нибудь из них не ввалился сюда.
— Ну, тогда нам трындец, да? Нас сожрут… Живьем! Это я точно знаю. Я просмотрел чертову уйму видеофильмов про зомби, у меня же была подпольная студия по торговле видеокассетами, у меня пятьдесят видиков в подвале стояло и три человека посменно работали. Тогда это еще не называлось «пиратством». Так вот, ни один фильм про зомби на моей памяти еще ничем хорошим не кончился. В крайнем случае, любовник с подружкой драпали с острова, но все равно поле боя всегда оставалось за зомби. Они отважны, как дьяволы, неумолимы, как эриннии, и непреклонны, как рука закона в фильмах с Чаком Норрисом. А знаешь, почему так?
— Почему? Да лежи же ты спокойно!
— Потому что им нечего терять. Какой бы ты участи их не подверг — расстреляй, сожги, взорви — все это будет лучше их настоящего беспросветного бытия. В вуду обычно таких производят какие-то там полоумные колдуны. Чертова дерьмагия… Дерьмагическая дерьмагогия…
Было очевидно, что его состояние быстро ухудшается.
— Не ори! Нет, просто эти зомби или кто они там… настоящие мудаки! И даже не спорь со мной. А те, кто их, как ты выразился, производят, еще и козлы. Нам нельзя задерживаться здесь.
— Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?
— Успокойся ты наконец и запомни: никогда при мне не произноси слово «голубой».
— Хорошо: прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?
— Иди ты! Все гораздо проще: неподалеку отсюда должен быть гараж автоколонны. Не может быть, чтобы там не осталось ни одной машины.
— А если ни одной?
Андрей присел на треножный стул и сказал:
— Дурак ты, Антон. Для тебя теперь, да и для меня есть один выход, — он сделал короткую паузу, — идти к заброшенным шахтам.
— Всем оставаться на местах! — Владимиров направил автомат на незнакомцев. — Мы представляем собой власть, власть в этом городе. Все мои приказы прошу выполнять, словно я — ваш президент и архимандрит в одном лице!
Незнакомцы почти все как один обернулись. У них были красные глаза и дряблая кожа на щеках и подбородках — зрелище не для слабонервных. Никто не среагировал на окрик спецназовца. Это казалось странным, так как Владимиров был готов в любую секунду спустить курок…
— Мать вашу, вы что тут все очумели, что ли? Кто вы, черт вас возьми, и что здесь делаете?!
— Тебе этого не понять, — прошептал незнакомец, стоящий ближе всех к дверям, — не по-ня-ть!
От такой наглости майор разразился истерическим хохотом.
— Они еще и разговаривать могут!
— Успокойся. И будь приветлив с нами, так как через несколько мгновений вы все отправитесь в ад.
Незнакомец плотнее закутался в длинные отвороты балахона черного цвета, который свисал с его плеч.
— Что?
— Сейчас мы призовем нашего темного господина.
— Ктулху виа ком май боди! — хором прошептали незнакомцы. — Мертвецы восстали из могил и идут к тебе на подмогу. Ктулху, пробудись! Ктулху, пробудись! Ктулху, пробудись! Убей этих вшивых людей… прямо сейчас!
Незнакомцы переглянулись и пошли в направлении истребителей мертвецов. Тогда заговорили автоматы…
Несчастный фазендейро
Перекись водорода несколько облегчила страдания Васильева. Теперь он мог спокойно осмотреть домик, в который они успели нырнуть до того, как к машине неспешно подошла целая толпа мертвецов.
— Дьявольщина прямо какая-то… — ругался Антон. — Ну и надо же было вляпаться! Едешь себе тихо-спокойно, никого не трогаешь, а тут на тебе — из тебя делают предмет охоты. Ты уже не человек, а дичь. Нечто вроде фазана. Оказывается, твои слабые мозги для кого-то являются истинным деликатесом. Я себя чувствую, как та лягушка, которую поймал Дуремар. И как бы она кому ни доказывала, что является земноводной и в общем-то в пищу не годится, — найдется обязательно гурман, которому без лягушатинки свет белый не мил.
— Хватит тебе блажить, — прервал его Андрей, — не ной, как пацан! Сейчас я тебя опять перевяжу, а поутру будем выбираться отсюда.
— Чертовы покойники… — сказал Антон, тяжело дыша. — И чего им не лежится в уютных гробиках? Это ведь должны быть самые спокойные существа в мире. Недаром их название происходит от слова «покой».
— Зомби — необычные покойнички… — Андрей пытался подобрать нужные слова. — Это… да черт его знает, что это! И не ори так сильно, пока кто-нибудь из них не ввалился сюда.
— Ну, тогда нам трындец, да? Нас сожрут… Живьем! Это я точно знаю. Я просмотрел чертову уйму видеофильмов про зомби, у меня же была подпольная студия по торговле видеокассетами, у меня пятьдесят видиков в подвале стояло и три человека посменно работали. Тогда это еще не называлось «пиратством». Так вот, ни один фильм про зомби на моей памяти еще ничем хорошим не кончился. В крайнем случае, любовник с подружкой драпали с острова, но все равно поле боя всегда оставалось за зомби. Они отважны, как дьяволы, неумолимы, как эриннии, и непреклонны, как рука закона в фильмах с Чаком Норрисом. А знаешь, почему так?
— Почему? Да лежи же ты спокойно!
— Потому что им нечего терять. Какой бы ты участи их не подверг — расстреляй, сожги, взорви — все это будет лучше их настоящего беспросветного бытия. В вуду обычно таких производят какие-то там полоумные колдуны. Чертова дерьмагия… Дерьмагическая дерьмагогия…
Было очевидно, что его состояние быстро ухудшается.
— Не ори! Нет, просто эти зомби или кто они там… настоящие мудаки! И даже не спорь со мной. А те, кто их, как ты выразился, производят, еще и козлы. Нам нельзя задерживаться здесь.
— Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?
— Успокойся ты наконец и запомни: никогда при мне не произноси слово «голубой».
— Хорошо: прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?
— Иди ты! Все гораздо проще: неподалеку отсюда должен быть гараж автоколонны. Не может быть, чтобы там не осталось ни одной машины.
— А если ни одной?
Андрей присел на треножный стул и сказал:
— Дурак ты, Антон. Для тебя теперь, да и для меня есть один выход, — он сделал короткую паузу, — идти к заброшенным шахтам.
Страница 64 из 82
