Чердак

— нашёлся Юрий с тем, как поступить. — Ты не хочешь подняться наверх? Сюда, на чердак. Мне тут угрожать пытаются…

— Я уборку пока ещё не доделала, — прокричала в ответ девушка.

— Ну, ты прервись на какое-то время…

— То есть, ты настаиваешь?

— То есть, настаиваю.

— Лады. Я сейчас.

— Зря ты помешал ей с уборкой, — язвительно хихикнул «писака». — Это было тоже её заданием. Я её предупреждал: если прервётся даже в двух шагах от финиша, то очень сильно пролетит с призом.

— Да я тебя понял, — грустно произнёс Юрий, — ты мне просто голову морочишь.

Он считал, что останавливать сейчас Аллу и возвращать её назад в дом было нелогично: этот гад опять начнёт возмущаться, что, мол, прерываться от мытья полов нельзя было даже ни на секунду.

— Может, ты хочешь, — заговорил не на шутку посерьёзневший «писака», — чтобы я вернул сейчас вас на тот пляжик? В то время, когда ты услышал самое первое предупреждение. А? Подумай, пока твоя девка ещё не успела сюда подняться!

— Почему именно в то время?

— Ну, просто, чтобы вы вдвоём не перепихивались после ухода того «старого маразматика». Ведь ребёнок у неё из-за этого, так? Вы же не могли просто так продолжать заниматься литературным онанизмом! Ты — свои царапать каракули, она — свои. Вам позарез хотелось поподражать этим современным малолеткам, трахающимся в подъездах. И купальники вы с себя сняли в тот момент для того, чтоб подразнить старикашку. Вам наверно подумалось, что он спрятался в кусты, за вами там подглядывает и…

— Извини, что я прослушал весь этот твой монолог. Ты не мог бы ещё раз повторить всё заново?

— Я говорю, — принялся повторять «писака», как болван, — что мог бы вернуть вас обоих в то время, когда ты получил от того старика самое первое предупреждение о том, что куда-то пропала моя рукопись. Ну, о том, что её кто-то, скорее всего, слямзил и возвращать ни в какую не хочет. Делает вид, что впервые о ней слышит…

— Я тебе тоже даю последнее китайское предупреждение! Если не прекратишь молоть языком, то я буду каждый раз, при новой твоей болтовне, затыкать пальцами уши и распевать «ла-ла-ла-ла-ла»…

— Но ты мог бы попытаться всё исправить!

Но что-либо пытаться, как подумал Юрий, увидевший вошедшую в помещение чердака свою девушку, было уже слишком поздно. Если бы посоветовался на этот счёт с «писакой», гарантированно, тот не дал бы ему соврать.

— Нет, ты не думай! — опять затараторил «писака». — Я могу вас двоих вернуть! Ну, туда. На тот пляж, где мимо вас проходил старик. Так и прошёл бы, но вы зачем-то начали к нему цепляться.

— Ты чё наделал! — вскрикнула увидевшая лежащего «писаку» Алла. — На фиг ты его пырнул! Почему ты не поджёг его рукопись?! Я же тебя просила!

— Извини, я не курю, как некоторые, и не ношу с собой зажигалки.

— Нет, а может вернёмся? Давай, он нас на пляж перебросит? Пока он ещё живой. А то подохнет — будет поздно.

— Мне бы не хотелось слушать, или даже реагировать, хоть на что-то из всего, что произносит этот тип.

— Но, может, ты, в таком случае, объяснишь, зачем его зарезал? Кажется, я просила тебя уничтожить рукопись. Насколько я понимаю, это всё, зачем ты должен был брать её в руки… Вообще как-либо к ней прикасаться.

— Но, ты же понимаешь, я зарезал его перед тем, как ты меня о чём-либо попросила!

— Да ладно! — усмехнулась Алла.

— Конечно, врёт! — поддакнул «писака». — Слышь, пацанчик? Ты ей скажи ещё, что я сам себя зарезал!

— Уважаемые! — понял Юрий, в чём здесь фокус-покус. — Не пытайтесь меня динамить! Лады?!

— В таком случае, — опять завякал «писака», — вернитесь на пляж! Это единственный разумный способ разрулить этот дурацкий конфликт!

— Ты же мне плёл, что можешь башку себе отрезать и привинтить её потом на место! Давай, вытащи нож и перевоткни его ещё раз!

— То есть, ты всё-таки настаиваешь на том, что я сам пырнул себя этим ножичком! Да?! Соглашайся, пацан! Видишь, мы никак не можем все трое помириться?

— Ладно, уболтал! Ты сам себя пырнул. Так и скажу.

— Ты слышишь, куколка? Я сам себя пырнул! И я это сделал ещё задолго до того, как ты ему крикнула, чтоб он сжёг рукопись! Теперь-то хотя бы ты ему веришь? Ты согласна с тем, что очень сильно опоздала? Ты крикнула и попросила сжечь в тысячу раз позже, чем он меня… Тьфу, то есть, чем я сам пырнул себя в сердце ножом!

— Хватит ломать эту дурацкую комедию, — взвизгнула она. — Вы, двое!

— А как, по-твоему, нам всё урегулировать? — никак не успокаивался «писака».

— Просто, дебил! Очень просто! Перебросить нас в прошлое, на тот пляж! Ты же умеешь возвращать в прошлое! Сам же говорил.

— Я и этому перцу говорил, что могу отрезать свою бестолковку, а потом прикрутить обратно. Но он же мне не фига не поверил?