Пыльные окна

Он замолчал. Сощурил глаза.

— Индикатор, значит, — процедил он. — Неплохо для индикатора, неплохо замаскировался.

Значит, я тоже для него приготовил хоть какой-то сюрприз. И то приятно. А то, что я вышел за рамки «индикатора» каких-то минут двадцать назад — ему знать не обязательно.

— Барабашкину тоже понравилось.

— Кому?! — наморщился Коля.

— А, ну да. — я покосился на плененного мною Падшего. Он сидел на кушетке, изображая призрак вселенской скорби. — Шефу твоему, лидеру Каскавеллы. Ведь он твой шеф?

— Гы-гы. — Коля осклабился. — Ну, что касается моего шефа… Ох, не дай тебе Бог, Каштанов. С ним когда-нибудь встретится. Дай мне встать, простыну ведь!

— Ну-ну, бедненький, потерпишь…

Я взял со стола рулон скотча. Хватило бы ленты, а то еще пара гостей — и нечем уже вязать будет.

Вернувшись на улицу, я приблизился к распластанному на земле Коле. Опустился на корточки рядом с ним. Ослабил давление энергетического потока.

Он тут же попытался влепить мне с левой.

Но я был готов к такому маневру. Его левая рука, сделав широкий полукруг, крепко прилипла к правой.

Коля яростно зашипел.

— Аккуратнее! — посоветовал я. — Не ушибись.

Плотно замотав ему запястья скотчем, я отошел, любуясь своей работой.

— Вставай.

Я растворил невидимый пресс. Качнул пистолетом в сторону дома.

— Милости прошу. К нашему шалашу.

Коля передернул плечами, кое-как поднялся, понуро поплелся внутрь.

— Это значит ты меня, снотворным. — нехорошо поглядывая на Колю, сказал мальчишка.

— Ничего личного, Димон. — Коля нагло ощерился. — просто бизнес… О, здорово, Падший!

Лидер Каскавеллы тряхнул вороными прядями, замычал сквозь скотч.

— Как-то ты, Каштанов, сразу в карьер с места. — продолжал разглагольствовать Коля, бодрясь. — Не пришлось бы высоко падать.

Дуло моего пистолета уперлось ему в щеку. Он замолчал и сразу сделался очень серьезным. Уселся рядом с тем, кто представился лидером Каскавеллы.

Коля быстро сориентировался. И сейчас он пытался сделать что-то. Я чувствовал это всем своим существом.

Как он пялится на меня, неподвижным застывшим взглядом. Глазами змеи.

Но я не смотрел ему в глаза. Я не боялся, я игнорировал. И еще я был УБЕЖДЕН, что ничего со мной он сделать не сможет, какой бы продвинутый демон он не был.

Я чувствовал контроль над ситуацией, и эта моя наивная убежденность как барьером отсекала меня от его «минусовских» штучек.

Я посмотрел на Диму. Похоже, он тоже ощущал это. Смотрел в дверной проем, откуда веяло зябким ночным ненастьем.

— Что вы за вандалы. — пробормотал Коля прежним веселым тоном. — Дверь мне тут выломали. Теперь новую ставить.

— Это твой дом? — я слегка удивился. — Значит, ты действительно родом из Краснорецка? Хоть в этом не соврал.

— Прикинь, да.

Я смотрел ему в подбородок.

— Ну а как с Уруту, вечеринка обломалась?

— Напротив. — Коля хохотнул. — Все получилось как по заказу. Именно так, как я хотел. Надо сказать тебе спасибо за своевременное вмешательство. Противоборство ты сорвал, а большего от тебя пока и не требуется. Я все рассчитал верно.

Коля замолчал, почувствовав, что перегибает палку. Не знаю, как насчет того, что я сразу с места в карьер. А вот он, для рядового исполнителя, который следил за мной якобы по поручения Макса, говорил сейчас совсем неуместные вещи.

Я поглядел на него, потом на Барабашкина.

И кто у них в группировке какое место занимает?

А Коля, значит, тоже решил использовать меня для своей игры. Что ж, еще посмотрим во что все это выльется.

— А зачем ты свел меня с Пасечником? Меня, а до этого Максима?

— Любопытно было. — сказал Коля насмешливо. — Старого хмыря я с детства знаю, к его бредням привык. Он головой трехнутый, я думаю. А так, интересно было посмотреть на вас поближе. В естественной среде обитания, гы-гы. Что вы умеете, что вам известно, кто вы такие на самом деле. Нам об этом мало рассказывали.

— Где рассказывали, в Конгломерате?

— В карбонате.

— Много смеешься, Коля. — сказал я, поигрывая пистолетом. — Ну а Максим сейчас в городе?

— Да.

— Что за дела у вас с ним?

— Он мой стилист.

— Перестань кривляться, или я тебе ногу прострелю.

Коля не стал спешить с ответом. Наслаждался своей осведомленностью.

— Я жду ответа, Коля. Если конечно, это твое имя.

— Мое-мое. — пробормотал он, раздумывая.

С ним происходило что-то. Как выщелкнутая ногтем карта, он крутился, показываясь то лицевой стороной, то «рубашкой». В качестве «рубашки» ему служил образ дурачка с окраины, с которым мы так забавно боролись в луже и удирали от милиции.