Электричка, на удивление, пришла вовремя. Не то, чтобы она всегда опаздывала, но для русского человека приход или отправление любого вида транспорта в заявленное администрацией или расписанием время уже как мини-праздник…
Добавить в моё избранное
260 мин, 37 сек 16497
— Спасибо! — раздался благодарный крик с улицы, а потом снова зазвучали выстрелы.
Алена, не смотря на смертельный ужас, все же поднялась и снова выглянула в окно.
Елки-палки! Да они же совсем спятили, уроды?! К стоящим на небольшой стоянке вдоль дороги патрульным «семеркам» медленно сбредались человек десять… только каких-то неправильных.«Это кровь, что ли?» — догадалась Алёна, пытаясь лучше рассмотреть подходящих людей, но мешала клумба с цветами. А менты, повыскакивав из машин и взлетев по лестнице на площадку, дружно отстреливали тех. Как в каком-то дешевом низкосортном боевике. Пули вырывали клочья плоти из их тел, но те все равно двигались вперед. Некоторые, правда, падали и не вставали…
В дверь позади женщины что-то врезалось. Стекло загудело, но выдержало.
Твою мать! Своими перекрикиваниями она привлекла внимание тех, что были на лестнице! Вот же тупая курица!
Снова гулкий удар.
— Они сюда ломятся!!! — все же успела крикнуть в окно Алёна, прежде чем послышался третий удар и стекло разбилось. В образовавшейся дыре появилась фигура в замызганном медицинском халате. Дикие, бешенные глаза уставились на застывшую у окна женщину. Если бы не вертикальные прутья и заваленная на бок стойка, то упырь очутился бы уже по эту сторону дверей.
Женщина как завороженная смотрела в ужасные, полные ненависти и голода глаза, а потом ее как будто перемкнуло — она метнулась в сторону входа в послеродовое отделение, двери которого были нараспашку. Упырь вытянул одну руку в образовавшийся проем, пытаясь схватить Алёну, шустро прошмыгнувшую мимо. И кто придумал понатыкивать столько дверей в одном коридоре? Вот кто придумал — тому и спасибо!
— Они сюда прорываются! — бешено во всю силу своих легких закричала женщина. Так, чтобы ее услышали во всех палатах. А сама вбежала в свою палату, захлопнув двери.
Соседка все сразу поняла и быстро, как могла, встала с кровати.
— Наташ, нужно столиком привалить двери. Эти твари стекло на входной двери разбили — в любой момент могут и сюда пробраться.
— Почему «твари»?
— Это не люди! Я не знаю, как это объяснить, но это точно не люди. Таких глаз у людей не бывает. И ты знаешь, по-моему, я видела когти на руках… Но я не уверена — все было так быстро!
— Слушай, вот если не уверена, то какого ты меня тогда пугаешь? Мне и так страшно, а тут еще и ты со своими когтями! Ты мужу звонила?
— Да. Уже подъезжают. Там, на стоянке менты людей расстреливали. Я сама видела!
— А это точно люди были? Может, это твои эти… твари?
— Не знаю, — задумалась Алёна. — Я особо не всматривалась…
11. 50 Роддом?1, р-н бухты Стрелецкой. Виктор
Как только позвонила Алёна и сообщила, что бешенные, хотя будем говорить все, как есть — «зомбаки» — уже на лестнице, капитан отвесил«волшебного пенделя» ВэВэ, чтобы тот активнее крутил баранку. Володин врубил мигалку с сиреной и вдавил педаль газа в пол, крепко стиснув зубы так, что на щеках заиграли желваки.
— Так, мужики… — начал было Виктор, но вспомнил про девушек и добавил, — и дамы, в роддоме уже точно есть эти… мертвяки.
— Проще говорить «зомби». А чё? Так и привычнее, — встрял Серега Парков, по инерции заваливаясь на дверцу при повороте по кольцу.
— Да язык не поворачивается, — отмахнулся Виктор.
— Слышала, что пришла бумага из Киева, разрешающая убивать инфицированных. Не брехали? — подозрительно спокойно спросила лейтенант Юля Самойлова.
— Да. Шеф зачитывал. — Коротко бросил Виктор, гипнотизируя приборную панель автомобиля, попутно проверяя на месте ли пистолет в оперативной кобуре под мышкой.
«Бобик» с орущей сиреной проскочил по кольцу на площади 50-летия СССР и резво рванул по улице Гагарина в сторону роддома.
— Мужики, стреляют! — крикнул водитель.
— Слышу, Вован! Поднажми! — Виктор выхватил пистолет из кобуры, большим пальцем правой руки щелкнул предохранителем и, передернув затвор, дослал патрон в патронник. Перед глазами стояли картины одна другой ужаснее — как Алёна прижимает к себе плачущего Артёмку, а к ней медленно приближается окровавленная и скалящаяся фигура. Тело напряглось, мозг превратился в расчетливый механизм, а чутье опытного сыскаря подсказывало, что сейчас придется столкнуться не с привычной уголовщиной, а с чем-то ранее не известным.
Никитин нервно мотнул головой, прогоняя кошмар.
— Товарищ капитан, все будет хорошо… — тихо проговорила медсестра, от которой не ускользнуло состояние капитана. Аня всегда была натурой чувствительной, особенно к переживаниям других людей — очень тонко подмечала чужие эмоции. — Не переживайте так.
— Так к чему я спросила про бумажку… — продолжила Юля.
— Опять природа кличет? — встрепенулся ВэВэ.
— Да ну тебя! — отмахнулась девушка — лейтенант и продолжила, — Я вообще-то о приказе.
Алена, не смотря на смертельный ужас, все же поднялась и снова выглянула в окно.
Елки-палки! Да они же совсем спятили, уроды?! К стоящим на небольшой стоянке вдоль дороги патрульным «семеркам» медленно сбредались человек десять… только каких-то неправильных.«Это кровь, что ли?» — догадалась Алёна, пытаясь лучше рассмотреть подходящих людей, но мешала клумба с цветами. А менты, повыскакивав из машин и взлетев по лестнице на площадку, дружно отстреливали тех. Как в каком-то дешевом низкосортном боевике. Пули вырывали клочья плоти из их тел, но те все равно двигались вперед. Некоторые, правда, падали и не вставали…
В дверь позади женщины что-то врезалось. Стекло загудело, но выдержало.
Твою мать! Своими перекрикиваниями она привлекла внимание тех, что были на лестнице! Вот же тупая курица!
Снова гулкий удар.
— Они сюда ломятся!!! — все же успела крикнуть в окно Алёна, прежде чем послышался третий удар и стекло разбилось. В образовавшейся дыре появилась фигура в замызганном медицинском халате. Дикие, бешенные глаза уставились на застывшую у окна женщину. Если бы не вертикальные прутья и заваленная на бок стойка, то упырь очутился бы уже по эту сторону дверей.
Женщина как завороженная смотрела в ужасные, полные ненависти и голода глаза, а потом ее как будто перемкнуло — она метнулась в сторону входа в послеродовое отделение, двери которого были нараспашку. Упырь вытянул одну руку в образовавшийся проем, пытаясь схватить Алёну, шустро прошмыгнувшую мимо. И кто придумал понатыкивать столько дверей в одном коридоре? Вот кто придумал — тому и спасибо!
— Они сюда прорываются! — бешено во всю силу своих легких закричала женщина. Так, чтобы ее услышали во всех палатах. А сама вбежала в свою палату, захлопнув двери.
Соседка все сразу поняла и быстро, как могла, встала с кровати.
— Наташ, нужно столиком привалить двери. Эти твари стекло на входной двери разбили — в любой момент могут и сюда пробраться.
— Почему «твари»?
— Это не люди! Я не знаю, как это объяснить, но это точно не люди. Таких глаз у людей не бывает. И ты знаешь, по-моему, я видела когти на руках… Но я не уверена — все было так быстро!
— Слушай, вот если не уверена, то какого ты меня тогда пугаешь? Мне и так страшно, а тут еще и ты со своими когтями! Ты мужу звонила?
— Да. Уже подъезжают. Там, на стоянке менты людей расстреливали. Я сама видела!
— А это точно люди были? Может, это твои эти… твари?
— Не знаю, — задумалась Алёна. — Я особо не всматривалась…
11. 50 Роддом?1, р-н бухты Стрелецкой. Виктор
Как только позвонила Алёна и сообщила, что бешенные, хотя будем говорить все, как есть — «зомбаки» — уже на лестнице, капитан отвесил«волшебного пенделя» ВэВэ, чтобы тот активнее крутил баранку. Володин врубил мигалку с сиреной и вдавил педаль газа в пол, крепко стиснув зубы так, что на щеках заиграли желваки.
— Так, мужики… — начал было Виктор, но вспомнил про девушек и добавил, — и дамы, в роддоме уже точно есть эти… мертвяки.
— Проще говорить «зомби». А чё? Так и привычнее, — встрял Серега Парков, по инерции заваливаясь на дверцу при повороте по кольцу.
— Да язык не поворачивается, — отмахнулся Виктор.
— Слышала, что пришла бумага из Киева, разрешающая убивать инфицированных. Не брехали? — подозрительно спокойно спросила лейтенант Юля Самойлова.
— Да. Шеф зачитывал. — Коротко бросил Виктор, гипнотизируя приборную панель автомобиля, попутно проверяя на месте ли пистолет в оперативной кобуре под мышкой.
«Бобик» с орущей сиреной проскочил по кольцу на площади 50-летия СССР и резво рванул по улице Гагарина в сторону роддома.
— Мужики, стреляют! — крикнул водитель.
— Слышу, Вован! Поднажми! — Виктор выхватил пистолет из кобуры, большим пальцем правой руки щелкнул предохранителем и, передернув затвор, дослал патрон в патронник. Перед глазами стояли картины одна другой ужаснее — как Алёна прижимает к себе плачущего Артёмку, а к ней медленно приближается окровавленная и скалящаяся фигура. Тело напряглось, мозг превратился в расчетливый механизм, а чутье опытного сыскаря подсказывало, что сейчас придется столкнуться не с привычной уголовщиной, а с чем-то ранее не известным.
Никитин нервно мотнул головой, прогоняя кошмар.
— Товарищ капитан, все будет хорошо… — тихо проговорила медсестра, от которой не ускользнуло состояние капитана. Аня всегда была натурой чувствительной, особенно к переживаниям других людей — очень тонко подмечала чужие эмоции. — Не переживайте так.
— Так к чему я спросила про бумажку… — продолжила Юля.
— Опять природа кличет? — встрепенулся ВэВэ.
— Да ну тебя! — отмахнулась девушка — лейтенант и продолжила, — Я вообще-то о приказе.
Страница 33 из 74
