Электричка, на удивление, пришла вовремя. Не то, чтобы она всегда опаздывала, но для русского человека приход или отправление любого вида транспорта в заявленное администрацией или расписанием время уже как мини-праздник…
Добавить в моё избранное
260 мин, 37 сек 16498
Это ж теперь можно безнаказанно стрелять в любого, кто косо на тебя посмотрит… Как доказать, что «жмурик» до этого уже был мертв? Никак. А значит…
— Бардак начнется, значит, — закончил Серега. — Половина наших — отморозки те еще.
— Ну, ты это… палку то не перегибай …
— А что я не прав, что ли?
— Мужики, давайте потом подискутируем. Мы уже на месте.
УАЗик, сбавив скорость, вырулил на верхнюю площадку, миновав приемный покой и вход в подвальное помещение, и остановился прямо напротив центральных дверей.
Обещанные ОГСО-шные «семерки», были припаркованы на автостоянке возле дороги. В них никого не было, кроме водителей. Экипажи же, выстроившись в кружок, вели круговую оборону. Правда, обороняться уже было не от кого — ни живых, ни мертвых во дворике не наблюдалось, только трупы с простреленными головами. Асфальт был весь заляпан бурыми пятнами и ошметками содержимого черепных коробок.
Виктор, распахнув дверь, нетерпеливо выпрыгнул наружу, оглядываясь и замечая мелькнувшее в окне частного дома напротив испуганное лицо. А вот со стороны кафе «Красный мак» медленно плелся мертвяк — по походке это было сразу видно. И плелся, видать, не просто так. Целенаправленно. На звук.
Следом за капитаном быстрым шагом подошли все остальные, даже медсестра выскочила, произведя своим внешним видом незабываемое впечатление на милиционеров. Мужчины по очереди поручкались друг с другом. Девушки же просто кивнули в ответ на приветствие.
— Мужики, я щас! — Виктор обошел УАЗик, не спеша подошел к краю лесенки, ведущей на тротуарную дорожку, достал из кобуры свой ПМ и, подождав, пока мертвяк подойдет поближе, выстрелил. Мужчина, разгуливавший в коротких шортах и домашних тапочках, упал. Капитан подходить, рассматривать жмурика не стал, но отметил про себя множественные укусы и потеки засохшей крови на иссиня — бледных худых ногах, а так же перемазанные в крови рот и руки — видать, где-то уже успел перекусить свежатинкой. А значит, кто-то тоже бродит по свету мертвой тварью.
Никитин вздохнул и бегом вернулся к остальным.
— ЗдорОво, мужики! — крикнул Виктор, подбегая к ожидающим его ОГСО-шникам. — Много здесь таких?
— ЗдорОво! Да хрен их знает! Сначала один показался, а как только Толян его завалил, эти и поперли как немцы на Сталинград.
«Значит, все-таки догадка была верна,» — подумал Виктор. — Их приманивает звук
Виктор узнал всех присутствующих, кроме двух прапоров, наверное, недавно только оформились. Текучка в этом подразделении была большая, поэтому чуть ли не каждый месяц можно было лицезреть новые лица. Со всеми остальными капитан был знаком на уровне «привет-пока», особо друг с другом не общались, так иногда могли пересечься за рюмкой чая, когда кто-нибудь из коллектива проставлялся по случаю отпуска или повышения по службе.
— Да уж, знатные вы тут пострелюшки устроили, — присвистнул Парков, осматривая «поле боя», на котором осталось лежать около десятка трупов.
— Ну и что теперь будем делать? — резонно поинтересовался тот самый Толян — невысокий рыжий парень с бросающимся в глаза носом-картошкой, с интересом осматривавший женскую половину экипажа УАЗика.
— Так хочется тебе в рифму ответить! — Скривился Виктор, непроизвольно поглядывая на окна роддома, выходящие на стоянку. Само здание было четырехэтажным, построенным в семидесятых годах прошлого века с высокими потолками и большими окнами. Стекла никто не бил и «Караул!» не кричал. Кое-где возле окон маячили фигуры, но живые или мертвые видно было плохо. — Ладно, водилы остаются на месте, заодно поглядывают по сторонам. Ну а мы — проверять роддом. Да, и в дежурку не забудьте доложиться об этом. Так, граждане уголовники, тунеядцы, пьяницы, глядеть в оба глаза, клювом не щелкать, прежде чем стрелять — думайте, не дай бог кого живого положите.
— А мне что делать? — тихо поинтересовалась медсестра Аня, закутываясь поплотнее в кофту.
— Тут оставайся. Как только ситуация станет более-менее понятной, я позову. А пока сидите с Володиным в машине.
Медсестра кивнула и послушно вернулась к УАЗику, который водила уже успел развернуть носом к выезду — мало ли что, вдруг драпать придется.
Виктор жестом подозвал всех к себе — насчиталось шесть человек, не считая его самого — итого: семеро, включая Юлю. Боец из нее не ахти какой, но все же стрелять умеет.
— Так, хлопцы, здесь три входа — центральный, через аптеку в правом крыле и через приемное отделение в левом, с торца здания. Делимся на группы…
— Капитан, может, не будем разделяться? — Перебил Виктора старлей Антон Николаев. — Все-таки, нам неизвестно, что там внутри творится. Может, я в разведку сбегаю?
— Ты до конца дослушай, да? Разведчик, херов… Так вот. Делимся на две группы. Первая — я, Серега, Толян и Юля, вторая — Тоха и вы двое, — Никитин кивнул двум незнакомым прапорам, те кивнули в ответ.
— Бардак начнется, значит, — закончил Серега. — Половина наших — отморозки те еще.
— Ну, ты это… палку то не перегибай …
— А что я не прав, что ли?
— Мужики, давайте потом подискутируем. Мы уже на месте.
УАЗик, сбавив скорость, вырулил на верхнюю площадку, миновав приемный покой и вход в подвальное помещение, и остановился прямо напротив центральных дверей.
Обещанные ОГСО-шные «семерки», были припаркованы на автостоянке возле дороги. В них никого не было, кроме водителей. Экипажи же, выстроившись в кружок, вели круговую оборону. Правда, обороняться уже было не от кого — ни живых, ни мертвых во дворике не наблюдалось, только трупы с простреленными головами. Асфальт был весь заляпан бурыми пятнами и ошметками содержимого черепных коробок.
Виктор, распахнув дверь, нетерпеливо выпрыгнул наружу, оглядываясь и замечая мелькнувшее в окне частного дома напротив испуганное лицо. А вот со стороны кафе «Красный мак» медленно плелся мертвяк — по походке это было сразу видно. И плелся, видать, не просто так. Целенаправленно. На звук.
Следом за капитаном быстрым шагом подошли все остальные, даже медсестра выскочила, произведя своим внешним видом незабываемое впечатление на милиционеров. Мужчины по очереди поручкались друг с другом. Девушки же просто кивнули в ответ на приветствие.
— Мужики, я щас! — Виктор обошел УАЗик, не спеша подошел к краю лесенки, ведущей на тротуарную дорожку, достал из кобуры свой ПМ и, подождав, пока мертвяк подойдет поближе, выстрелил. Мужчина, разгуливавший в коротких шортах и домашних тапочках, упал. Капитан подходить, рассматривать жмурика не стал, но отметил про себя множественные укусы и потеки засохшей крови на иссиня — бледных худых ногах, а так же перемазанные в крови рот и руки — видать, где-то уже успел перекусить свежатинкой. А значит, кто-то тоже бродит по свету мертвой тварью.
Никитин вздохнул и бегом вернулся к остальным.
— ЗдорОво, мужики! — крикнул Виктор, подбегая к ожидающим его ОГСО-шникам. — Много здесь таких?
— ЗдорОво! Да хрен их знает! Сначала один показался, а как только Толян его завалил, эти и поперли как немцы на Сталинград.
«Значит, все-таки догадка была верна,» — подумал Виктор. — Их приманивает звук
Виктор узнал всех присутствующих, кроме двух прапоров, наверное, недавно только оформились. Текучка в этом подразделении была большая, поэтому чуть ли не каждый месяц можно было лицезреть новые лица. Со всеми остальными капитан был знаком на уровне «привет-пока», особо друг с другом не общались, так иногда могли пересечься за рюмкой чая, когда кто-нибудь из коллектива проставлялся по случаю отпуска или повышения по службе.
— Да уж, знатные вы тут пострелюшки устроили, — присвистнул Парков, осматривая «поле боя», на котором осталось лежать около десятка трупов.
— Ну и что теперь будем делать? — резонно поинтересовался тот самый Толян — невысокий рыжий парень с бросающимся в глаза носом-картошкой, с интересом осматривавший женскую половину экипажа УАЗика.
— Так хочется тебе в рифму ответить! — Скривился Виктор, непроизвольно поглядывая на окна роддома, выходящие на стоянку. Само здание было четырехэтажным, построенным в семидесятых годах прошлого века с высокими потолками и большими окнами. Стекла никто не бил и «Караул!» не кричал. Кое-где возле окон маячили фигуры, но живые или мертвые видно было плохо. — Ладно, водилы остаются на месте, заодно поглядывают по сторонам. Ну а мы — проверять роддом. Да, и в дежурку не забудьте доложиться об этом. Так, граждане уголовники, тунеядцы, пьяницы, глядеть в оба глаза, клювом не щелкать, прежде чем стрелять — думайте, не дай бог кого живого положите.
— А мне что делать? — тихо поинтересовалась медсестра Аня, закутываясь поплотнее в кофту.
— Тут оставайся. Как только ситуация станет более-менее понятной, я позову. А пока сидите с Володиным в машине.
Медсестра кивнула и послушно вернулась к УАЗику, который водила уже успел развернуть носом к выезду — мало ли что, вдруг драпать придется.
Виктор жестом подозвал всех к себе — насчиталось шесть человек, не считая его самого — итого: семеро, включая Юлю. Боец из нее не ахти какой, но все же стрелять умеет.
— Так, хлопцы, здесь три входа — центральный, через аптеку в правом крыле и через приемное отделение в левом, с торца здания. Делимся на группы…
— Капитан, может, не будем разделяться? — Перебил Виктора старлей Антон Николаев. — Все-таки, нам неизвестно, что там внутри творится. Может, я в разведку сбегаю?
— Ты до конца дослушай, да? Разведчик, херов… Так вот. Делимся на две группы. Первая — я, Серега, Толян и Юля, вторая — Тоха и вы двое, — Никитин кивнул двум незнакомым прапорам, те кивнули в ответ.
Страница 34 из 74
