Уже давно в Южгороде не случалось такого ненастья, какое разразилось накануне главного праздника весны. Днем на улицах бушевал северный ветер, сгибавший в дугу могучие деревья, ломавший толстые ветки, обрывавший провода. Все небо было застлано черными тучами, холодные брызги то и дело обдавали немногочисленных прохожих…
Добавить в моё избранное
254 мин, 50 сек 14649
Хотя часть призыва была на греческом языке, а часть представляла собой дикую мешанину из языков и наречий различных народов, почему-то Олег хорошо понимал ее. До этого спокойное небо вдруг затянулось тучами, волны стали с особой яростью колотиться о скалы. Однако костер у древнего жертвенника не погас — напротив он стал еще ярче и сильнее.
— Посейдон, потрясатель земли, синекудрый, трезубцем вздымающий волны, я призываю тебя. Понт, именем внучки твоей, Гекаты, я несу к тебе зов мой. О вы все боги и гады морские услышьте мой зов в морской пучине. Фагимасад, приди и возьми то, что принадлежит тебе по праву. Себек, пусть твоя хищная пасть вновь почувствует вкус крови. Ллир, встряхни своей зеленой бородой и пусть волны твоего неистовства принесут мне то, что я желаю. Дагон, именем изначального Хаоса, я требую вернуть мне, то что принадлежит мне по праву. Прими же эту жертву, о Эгир и дай мне то, ради чего я пришла сюда.
С этими словами она достала из сумки свой нож и с размаху перерезала горло жертве. Алая кровь потоком хлынула в пенящуюся воду, в костер и на скользкие камни, красные брызги пены тут же заляпали и Олега с Нисой. Жрица отпустила свою жертву и тут же беснующиеся волны ухватили безжизненное тело, утащив его в пучину. Ниса в адском триумфе вскинула кверху руки и прокричала какую-то фразу, казалось состоящую из одних согласных. И беснующаяся стихия ответила ей. Сквозь грохот волн послышался протяжный тоскливый вой, нарастающий, становящийся все громче — словно целое стадо китов, мчалось сейчас к берегу, чтобы покончить с собой, разбившись об острые камни. Внезапно этот вой сменился раскатистым злорадным хохотом, от которого Олегу показалось, что он оглох. Волны бились скалы с особой яростью, Демченко ничего не оставалось, кроме того, чтобы держаться за острые камни, чтобы волна не унесла его в море. Только вера в могущество жрицы удерживала его от того, чтобы немедленно бежать на берег.
А Ниса уже стояла по пояс в воде и каждая новая волна скрывала ее с головой. И все же она оставалась на месте, продолжая выкрикивать слова древних заклятий. Ветер крутил над ее головой тучи в адской свистопляске, с небес вдруг обрушился ливень, почти скрывший из виду Нису. Только слыша, как сквозь шум беснующихся волн доносится ее голос, Олег понимал, что ее еще не унесло волнами.
Внезапно над морем пронесся оглушительный раскат грома, блеснула длинная извилистая молния и в ее свете Олег, сквозь пелену дождя, увидел, как из моря встает чудовищная фигура, — словно сама беснующаяся пучина захотела достать до звезд. Жутким зеленым светом блеснули два глаза и огромная когтистая лапа, сжавшись в кулак, с силой ударила по воде. Огромная волна поднялась из моря и с оглушительным ревом понеслась к берегу. Олег покрепче вцепился в камни, с ужасом наблюдая, как нависает над ним колоссальная масса черной воды, как она с шипением обрушивается на него. Демченко почувствовал, как руки отрываются от камня, как его крутит в морском водовороте … и мягко выносит на берег.
Олег с трудом приподнялся на локтях — шторм стихал прямо на глазах, небо расчистилось и ярко светила полная Луна. И на фоне ее он видел, как навстречу ему из воды выходит Ниса — словно торжествующая морская богиня. В руках она держала какие-то плоские широкие плиты. Когда она подошла поближе, Олег увидел, что это каменные таблички, густо покрытые какими-то странными значками и рисунками.
— Морские Боги вернули мне то, что хранили две тысячи лет — с ликованием на лице сказала Ниса — Я узнаю тайну и мне больше не будет преград в этом мире.
Отдыхали они не больше часа — Ниса хотела лететь домой немедленно, но Олег сказал, что в таком состоянии он рухнет где-нибудь над горами. После чего Ниса неохотно разрешила ему отдыхать. К счастью, бутылки с нужными зельями не разбились — Олег предусмотрительно вынул их из сумки и отнес в кусты. Сейчас они сидели у вновь разожженного костра — благо дождь давно кончился — и рассматривали отданные морем таблички.
— Мы нашли их в Дакии — рассказывала Ниса — среди прочих сокровищ, они хранились в каком-то из святилищ даков. Солдаты уже хотели их выбросить, но на счастье у них оказался умный декурион — он увидел, что таблички очень древние и решил показать их мне.
Она привстала, чтобы подбросить дров в костер и продолжила свой рассказ.
— Я сразу поняла, что мне в руки попало, что-то действительно уникальное, и — как я сразу поняла, обладающее большой магической силой. Письменность эта мне была совсем незнакома. Но, среди солдат оказался один наемник, выходец из Месопотамии полуараб, полугрек. Он рассказывал, что ему приходилось бывать в Вавилоне и других древних городах Двуречья. Он же мне и сказал, что подобные надписи и рисунки он видел на стенах тамошних храмов.
Можешь представить, что я почувствовала? О магических тайнах Вавилона и тех городов, что предшествовали ему, ходили легенды чудеснее и ужаснее тех, что рассказывают о пирамидах Египта.
— Посейдон, потрясатель земли, синекудрый, трезубцем вздымающий волны, я призываю тебя. Понт, именем внучки твоей, Гекаты, я несу к тебе зов мой. О вы все боги и гады морские услышьте мой зов в морской пучине. Фагимасад, приди и возьми то, что принадлежит тебе по праву. Себек, пусть твоя хищная пасть вновь почувствует вкус крови. Ллир, встряхни своей зеленой бородой и пусть волны твоего неистовства принесут мне то, что я желаю. Дагон, именем изначального Хаоса, я требую вернуть мне, то что принадлежит мне по праву. Прими же эту жертву, о Эгир и дай мне то, ради чего я пришла сюда.
С этими словами она достала из сумки свой нож и с размаху перерезала горло жертве. Алая кровь потоком хлынула в пенящуюся воду, в костер и на скользкие камни, красные брызги пены тут же заляпали и Олега с Нисой. Жрица отпустила свою жертву и тут же беснующиеся волны ухватили безжизненное тело, утащив его в пучину. Ниса в адском триумфе вскинула кверху руки и прокричала какую-то фразу, казалось состоящую из одних согласных. И беснующаяся стихия ответила ей. Сквозь грохот волн послышался протяжный тоскливый вой, нарастающий, становящийся все громче — словно целое стадо китов, мчалось сейчас к берегу, чтобы покончить с собой, разбившись об острые камни. Внезапно этот вой сменился раскатистым злорадным хохотом, от которого Олегу показалось, что он оглох. Волны бились скалы с особой яростью, Демченко ничего не оставалось, кроме того, чтобы держаться за острые камни, чтобы волна не унесла его в море. Только вера в могущество жрицы удерживала его от того, чтобы немедленно бежать на берег.
А Ниса уже стояла по пояс в воде и каждая новая волна скрывала ее с головой. И все же она оставалась на месте, продолжая выкрикивать слова древних заклятий. Ветер крутил над ее головой тучи в адской свистопляске, с небес вдруг обрушился ливень, почти скрывший из виду Нису. Только слыша, как сквозь шум беснующихся волн доносится ее голос, Олег понимал, что ее еще не унесло волнами.
Внезапно над морем пронесся оглушительный раскат грома, блеснула длинная извилистая молния и в ее свете Олег, сквозь пелену дождя, увидел, как из моря встает чудовищная фигура, — словно сама беснующаяся пучина захотела достать до звезд. Жутким зеленым светом блеснули два глаза и огромная когтистая лапа, сжавшись в кулак, с силой ударила по воде. Огромная волна поднялась из моря и с оглушительным ревом понеслась к берегу. Олег покрепче вцепился в камни, с ужасом наблюдая, как нависает над ним колоссальная масса черной воды, как она с шипением обрушивается на него. Демченко почувствовал, как руки отрываются от камня, как его крутит в морском водовороте … и мягко выносит на берег.
Олег с трудом приподнялся на локтях — шторм стихал прямо на глазах, небо расчистилось и ярко светила полная Луна. И на фоне ее он видел, как навстречу ему из воды выходит Ниса — словно торжествующая морская богиня. В руках она держала какие-то плоские широкие плиты. Когда она подошла поближе, Олег увидел, что это каменные таблички, густо покрытые какими-то странными значками и рисунками.
— Морские Боги вернули мне то, что хранили две тысячи лет — с ликованием на лице сказала Ниса — Я узнаю тайну и мне больше не будет преград в этом мире.
Отдыхали они не больше часа — Ниса хотела лететь домой немедленно, но Олег сказал, что в таком состоянии он рухнет где-нибудь над горами. После чего Ниса неохотно разрешила ему отдыхать. К счастью, бутылки с нужными зельями не разбились — Олег предусмотрительно вынул их из сумки и отнес в кусты. Сейчас они сидели у вновь разожженного костра — благо дождь давно кончился — и рассматривали отданные морем таблички.
— Мы нашли их в Дакии — рассказывала Ниса — среди прочих сокровищ, они хранились в каком-то из святилищ даков. Солдаты уже хотели их выбросить, но на счастье у них оказался умный декурион — он увидел, что таблички очень древние и решил показать их мне.
Она привстала, чтобы подбросить дров в костер и продолжила свой рассказ.
— Я сразу поняла, что мне в руки попало, что-то действительно уникальное, и — как я сразу поняла, обладающее большой магической силой. Письменность эта мне была совсем незнакома. Но, среди солдат оказался один наемник, выходец из Месопотамии полуараб, полугрек. Он рассказывал, что ему приходилось бывать в Вавилоне и других древних городах Двуречья. Он же мне и сказал, что подобные надписи и рисунки он видел на стенах тамошних храмов.
Можешь представить, что я почувствовала? О магических тайнах Вавилона и тех городов, что предшествовали ему, ходили легенды чудеснее и ужаснее тех, что рассказывают о пирамидах Египта.
Страница 37 из 71
