Дневник выжившего

Хотелось пальнуть через дверь наугад. Что только меня остановило? Но ружье внушало уверенность. Дверь, когда то была просто белой из листов ДСП покрытых пластиком, сейчас обгорела и была вся черная, ручки не было и чтоб открыть её надо чемто подцепить. Остановился в замешательстве. Огляделся и прислушался. Никаких посторонних звуков с той стороны не доносилось. Следы вели в ванную, из ванной в коридор и так несколько раз.

Секунды ожидания показались минутами, время текло, а я не знал, что мне делать дальше. Оставить дверь закрытой, и я никогда не узнаю, что там находиться или кто, а он или она не узнает, что тут ктото есть. Открыть, но что там меня ждёт? Шёл я тихо, очень тихо, даже снег под ногами не хрустел. Я достал нож, аккуратно подцепил дверь, в другую руку взял дробовик и дернул на себя со всей силы.

Передо мной предстала картина — сидя на полу в ванной человек разложил какието вещи и чтото большое жарит на огне. Взгляд его простой, излучает уверенность, страха нет.

Артём никогда не узнает, что тогда произошло, когда я открыл дверь. Дробовик просто не сработал, возможно, замерзло масло, Саша мне говорил, что такое возможно и оружие надо чистить. Возможно, в дробовике замерз конденсат, сейчас уже все равно. Хорошо, что мой новый компаньон не слышал этого щелчка. Мы в дальнейшем много общались, и я знал его историю от и до. Мы в одиночестве набрали столько мыслей, что иногда говорили всю ночь, наслаждаясь этим.

Артем, высокий светловолосый парень, худой очень веселый и позитивный человек.

Когда все началось. Стоп. У Артема это началось ещё задолго до того как ракеты вылетели из шахт, как были отданы приказы об их запуске, как у какогото индивидуума вообще материализовалась мысль отдать такой приказ.

Оказывается, есть такие товарищи как «выживальщики». Они приблизительно так себя и называют или подругому «сурвайверы» на западный манер. Встретиться можно было с ними, и приобщиться к группе в сети. Оказывается в интернете масса всевозможных сайтов и форумов где они общаются. Это чтото типа кланов в играх и хобби для людей кому нечего делать. Основная цель — выжить после катастрофы. Вот в плане катастроф тут уже у них разнообразие, хочешь, выживай после атаки зомби, хочешь после вторжения пришельцев или после третьей мировой войны. Особо усердные из них готовят себе убежища в определённых местах и договариваются в случае чего на встречи. Ну и банально бывают коннекты на природе с распитием и всякими приколами.

Я несколько был удивлен, но не сильно. Ведь есть разные клубы по интересам, если раньше в девятнадцатом веке собирались и играли в преферанс, то теперь скачут по полянам в латах и с мечами или копают землянки в лесу.

Артём был «сурвайвером» не первой свежести, то есть уже прошёл несколько стадий — получил лицензию на оружие, купил гладкоствол, прочитал массу книг о выживании в лесу, тундре, джунглях, и т. п. Знал правила оказания медицинской помощи. Снабдился всем походным инвентарем для длительных походов и вот уже подумывал о приобретении домика в полу заброшенной деревне как случилось. Да случилось.

Сам Артем из Иркутска, там у него отец и мать и старший брат. Он старше меня на шесть лет и имел собственный бизнес — автосервис. Отец в Иркутске имел бизнес по лесу, т. е. занимался его продажей и т. п. Сам Артем предприимчивый и с помощью денег отца открыл тут автосервис, купил квартиру. Планировал остаться в Новосибирске и остался после завершения учебы. Они сидели в гараже с друзьями, пили, делали машины. Это было очередной фишкой Артема и его друзей из местных, так же посетителей клуба выживальщиков по машинам «оффроад» или«джиперство», не знаю, как точно написать. Короче автосервис на выходные был местом отдыха Артема и Ко.

Началось, бахнуло. Сначала все недоумевали. В гараже все полетело, машина сорвалась с подъемника и завалилась. Сквозь щели в воротах бил такой яркий свет — как от миллиона вспышек фотоаппарата разом. Они залегли втроем в смотровой яме.

Прочитанные книги Артему помогли отсидеться в гараже, потом уже вышли и их подобрали спасатели. Я и сам удивился, оказывается, уже к вечеру по городу носились остатки МЧС и других служб, в пригороде был развернут лагерь. Спасали в основном тех, кого можно было — в эпицентр не лезли. Логично предположить, что нас никто и не пытался спасать. В лагере Артем просуществовал две недели, т. е. до первого снега. Так получилось, что с друзьями их сразу разделили — их отправили в другой лагерь.

Шло время — организованная власть исчезала. Кто пошустрее не отсиживался в лагерях беженцев, а греб все, что можно было, и организовывал базы, убежища, нычки и т. п. Основная проблема в лагере была изза обеспечения, на улице холодало, у беженцев не было теплой одежды, у МЧС не хватало лекарств и продуктов. Народ потихоньку недоедал и недопивал. Люди умирали с каждым разом быстрее и быстрее.