Дневник выжившего

Прошли слухи, что ходят военные из Юрги, собирают выживших людей. Мы не могли их долго ждать, сами организовались, нашли автобус и поехали.

На этом мы с Артемом прекратили допрос. Вот тебе и Кемерово. Ну конечно, когда военных идет колонна, какой уголовник полезет права качать на территорию. Вот они и не видели никого. А эти на посту похоже с выжившими людьми и не разговаривают толком и не знают ничего.

— Аня, а кто на вас напал, другие выжили, кто с тобой ехал?

— На снегоходах, четверо снегоходов было, а сколько бандитов было, я не знаю.

— Они обогнали автобус, но водитель не останавливался, тогда они расстреляли автобус, зашли в салон и расстреляли всех, кто там был, после чего автобус подожгли и уехали. Наверное, испугались вашей машины — подумали, что военные.

— Серёга, помнишь историю про Мать Терезу, которая всем помогала? Так вот ты, завязывай уже, мы так не доедем.

— Артем, зато мы узнали реальное положение дел в городе. А то бы там наобум поехали и сейчас бы встряли.

— Тоже верно.

— Бля, фары, я видел блики.

— Вот блядство, по следу нашему идут, уже близко.

— Аня, мы сейчас уйдем, вы закройтесь в машине и открывайте, только если услышите наши голоса.

— Артем, в чем план?

— Они, скорее всего, остановятся за двести — триста метров от машины и будут смотреть — хватит ли у них сил нас уничтожить и захватить машину или нет. Я бы на их месте сделал именно так.

— Артем, а что нам делать?

— Сергей, держи две гранаты, выдираешь чеку и бросаешь, пока держишь пластину сжатой — не взорвется. Мы с тобой по разные стороны насыпи сейчас прыгаем и идем к ним навстречу.

— Навстречу?

— Да, подбираемся как можно ближе и открываем огонь. По возможности прячься за столбы линии электропередач, они бетонные и белые и пуля их не пробивает. Как услышишь, что я начал стрелять — тоже стреляй. Целься чуть выше фары. Стрелять очередью ты не умеешь, поставишь на одиночные и стреляй. Если подойдут близко, стреляй с дробовика.

Я махом надел разгрузку схватил оружие и вылетел на улицу, мы пошли с Артемом по колее нашей машины, отойдя на двести метров, спрятались по обочинам за столбами. Я залег. Фонари мы, конечно, не включали, и в машине весь свет был погашен. Глаза уже начали привыкать к сумеркам.

Когда брали дом с отморозками, все было подругому, я не так сильно переживал, тогда было меньше желания жить, чем сейчас. Артем тогда сделал все за меня. Я даже не выстрелил ни разу. Вру, выстрелил в окно.

Время тянулось долго, мы их видели, они остановились далеко перед нами и никак не спешили ехать к машине. Я надеялся, что обойдется, но тут они двинулись к нам. Что ими двигало, я не знаю. Интерес, жажда наживы, желание захватить машину или просто отмороженные поврежденные радиацией мозги — мне уже все равно. Бандиты решили не париться и вместо того, чтоб спешиться и потихоньку пробираться на своих двоих — они покатили на снегоходах как короли. Их было хорошо видно. Три снегохода, два спереди и на них по два человека, если их можно людьми назвать, и один сзади, на нем один. Мы ждали, главное они ехали не торопясь, со скоростью медленно идущего человека, казалось — не они едут на снегоходе, а снегоход едет на них. Когда они подъехали на тридцать метров Артем открыл огонь короткими очередями, а я стал стрелять одиночными по снегоходу со своей стороны. Со снегохода, по которому стрелял Артем, пассажир повалился на землю и истерично засучил ногами, было видно, что он пытается бежать вниз головой, а водитель остался в седле, снегоход взревел и помчался вперед, через тридцать метров свалился с насыпи возле самого Артема. С моей позиции не было видно, что там происходило, но было ясно, что водитель снегохода мертв. Самое главное — третий снегоход, шедший позади всех, подсвечивал два передних, и хорошо было видно, что с ними происходит. Моя цель остановилась, водитель поник, пассажир пытался отстреливаться, прячась за техникой, потом решил испробовать новый план — вскочил на снегоход, начал пытаться разворачиваться стоя на снегоходе, в этот момент ему прилетело прямо в голову. Я видел как его голова, расплескивая жидкость как из лопнувшего пакета с молоком, неестественно дернулась, а сам он свалился. Наше внимание остановилось на третьем снегоходе, мы стреляли, но он уже успел развернуться, и дал по газам. Артем выскочил из укрытия, попытался стоя его застать, стрелял стоя и целясь — попал, через какоето время снегоход остановился. Бой длился максимум минуту.

Я даже не успел заметить, как я опустошил три рожка от автомата и примкнул четвертый. Мы стали потихоньку подходить к месту, где валялись трупы врагов. Первые два снегохода — все мертвы, но, чтобы не рисковать, Артем стрелял по трупам, стараясь попасть в голову. Мне казалось, он пытается вести войну с зомби, которые вотвот восстанут.