По гладкой и блестевшей от дождя дороге мчалась новенькая, словно сошедшая с конвейера, «Волга». Ее водитель спешил и поэтому сильно разогнал машину. Несколько минут назад наступила полночь, и свет машинных фар не рассеивал ночной мрак, а, напротив, сгущал его еще больше. А в небе от «Волги» не отставала луна. Она отражалась в зеркале дороги и внимательно следила за лихой машиной.
Добавить в моё избранное
254 мин, 37 сек 3670
— Даже в этой ситуации в нем было что-то барское и величавое
— Мне нужен кейс, который лежит у вас на коленях.
— Это ограбление?
— Да.
— А если я не подчинюсь? — Григорий Петрович стал терять уверенность в себе.
Стекла в машине были тонированные, и надеяться, что снаружи его кто-нибудь увидит, было бессмысленно. А мальчик, моющий стекло, придавал машине вовсе мирный вид. Банкир посмотрел на мальчика и поймал на себе его взгляд. Мальчик опять улыбнулся. В этот раз в его улыбке были несколько другие чувства. Григорий Петрович уловил в его глазах радость и торжество. Банкир отвернулся от мальчика, когда тот дыхнул в стекло, якобы найдя на нем заметное только ему одному пятнышко. Открылись его ровные и невероятно белые зубы, затем губы снова сложились в доброжелательную улыбку. Скрипнуло под сухой газетой стекло.
«Вот бесенок! — неожиданно подумал банкир. — Он же с ним заодно!»
— Если вы не подчинитесь мне, то я сделаю с вами то же самое, что и с вашими людьми, но только намного больнее. И потом вы будете жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. — Молодой человек сделал небольшую паузу и прибавил: — В инвалидной коляске.
Банкир вздрогнул. Он посмотрел на своих людей, потом в глаза молодого человека и поверил. Поверил этим глазам.
— В кейсе не только деньги, — сказал он. — Тут еще важные документы. Вы хотите забрать и их?
— Я возьму все, а уж потом решу, что мне нужно, что нет.
— Извольте, — банкир протянул кейс.
— Благодарю вас, — вежливо сказал молодой человек.
Мальчик за стеклом улыбнулся еще шире.
— Приятно иметь дело с интеллигентными людьми, — сказал банкир. — Кому я обязан честью быть ограбленным?
— Мы волки. А теперь прощайте…
Больше Волк ничего не сказал. Он стукнул в стекло, и мальчик убежал. Роман проводил его взглядом и, когда тот исчез из виду, покинул машину.
Банкир облегченно вздохнул и поблагодарил судьбу, что не сделал ничего неправильного. Два его человека, так и не пришедшие в себя, доказывали это. Тут бы не помог и маленький дамский браунинг, что лежал во внутреннем кармане его модного пальто, как не помог он Эдику.
Он, действительно, правильно себя повел, потому что теперь
ВОЛК И ВОЛЧОНОК ОХОТИЛИСЬ ВМЕСТЕ.
Мальчик с любопытством сунул нос в добытый при его участии кейс и принюхался.
— Какие-то бумаги, — разочаровано сказал он Волку.
Роман тоже был растерян. В кейсе денег не было. Куча ничего не говорящих ему бумаг. Может быть, для кого-нибудь другого они и представляют ценность, но только не для волков.
— Это наверно акции, — сделал предположение Волчонок. — Тогда их можно продать.
— Ты что ли будешь продавать? — Волк усмехнулся.
Они перерыли весь кейс, но так ничего кроме таких же бумаг не нашли.
— Странная получилась охота, — мрачно сказал Роман. — Поймали добычу, которую нельзя съесть.
— Ерунда, — с детской беспечностью успокоил его Ваня. — Завтра мы будем удачливее. Не всегда же везет. Помнишь, мы гнали косулю, а она удрала от нас к леснику?
Роман промолчал. Да, тогда они сильно увлеклись погоней, и чуть было не попали под ружье. Сейчас, похоже, было на то же самое. Но бросать охоту на середине он не собирался. Значит, их встреча с банкиром была не последней.
Они жили в гостиничном номере уже третий день. С документами на Ваню у Романа не было никаких проблем. Деньги сделали все. Они купили самых неподкупных чиновников, а тех, кого нельзя было купить, попался один такой, Волк просто-напросто напугал. Теперь Ваня имел свидетельство о рождении и носил ту же фамилию, что и Роман. Они были братья по закону и спокойно разъезжали по всей стране. В том городе, где они жили, волки не охотились. Слишком это опасно. Зато перед ними лежали бескрайние просторы нашей необъятной родины, а волка, как известно, ноги кормят.
Волк давно уже не занимался мелкими делами, его больше не интересовали малиновые пиджаки. Он выслеживал крупную дичь.
Это стало его главной натурой. Волк не мог теперь жить просто так, как живут нормальные люди. Его снедала тоска. Страшная и невыносимая, справиться с которой можно было только одним способом. Как только приближался вечер, Волк выходил из логова, оставляя Волчонка одного. Он не боялся, что с мальчиком может что-нибудь случиться. Он обеспечил ребенка всем необходимым, для того, чтобы тот не скучал. Дорогие игрушки, видео, компьютерные игры. Больше ничего кроме детских забав у них в логове не было. Ваня только и делал, что целыми днями играл и веселился. Когда Волк возвращался с охоты и восстанавливал силы коротким, но глубоким сном, они выходили на улицу и шли развлекаться. Парки и атракционы, кинотеатры и музеи и конечно стадион. В школу Волчонок не ходил. Любой учитель обратил бы на него внимание, а это было нежелательно и даже опасно.
— Мне нужен кейс, который лежит у вас на коленях.
— Это ограбление?
— Да.
— А если я не подчинюсь? — Григорий Петрович стал терять уверенность в себе.
Стекла в машине были тонированные, и надеяться, что снаружи его кто-нибудь увидит, было бессмысленно. А мальчик, моющий стекло, придавал машине вовсе мирный вид. Банкир посмотрел на мальчика и поймал на себе его взгляд. Мальчик опять улыбнулся. В этот раз в его улыбке были несколько другие чувства. Григорий Петрович уловил в его глазах радость и торжество. Банкир отвернулся от мальчика, когда тот дыхнул в стекло, якобы найдя на нем заметное только ему одному пятнышко. Открылись его ровные и невероятно белые зубы, затем губы снова сложились в доброжелательную улыбку. Скрипнуло под сухой газетой стекло.
«Вот бесенок! — неожиданно подумал банкир. — Он же с ним заодно!»
— Если вы не подчинитесь мне, то я сделаю с вами то же самое, что и с вашими людьми, но только намного больнее. И потом вы будете жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. — Молодой человек сделал небольшую паузу и прибавил: — В инвалидной коляске.
Банкир вздрогнул. Он посмотрел на своих людей, потом в глаза молодого человека и поверил. Поверил этим глазам.
— В кейсе не только деньги, — сказал он. — Тут еще важные документы. Вы хотите забрать и их?
— Я возьму все, а уж потом решу, что мне нужно, что нет.
— Извольте, — банкир протянул кейс.
— Благодарю вас, — вежливо сказал молодой человек.
Мальчик за стеклом улыбнулся еще шире.
— Приятно иметь дело с интеллигентными людьми, — сказал банкир. — Кому я обязан честью быть ограбленным?
— Мы волки. А теперь прощайте…
Больше Волк ничего не сказал. Он стукнул в стекло, и мальчик убежал. Роман проводил его взглядом и, когда тот исчез из виду, покинул машину.
Банкир облегченно вздохнул и поблагодарил судьбу, что не сделал ничего неправильного. Два его человека, так и не пришедшие в себя, доказывали это. Тут бы не помог и маленький дамский браунинг, что лежал во внутреннем кармане его модного пальто, как не помог он Эдику.
Он, действительно, правильно себя повел, потому что теперь
ВОЛК И ВОЛЧОНОК ОХОТИЛИСЬ ВМЕСТЕ.
Мальчик с любопытством сунул нос в добытый при его участии кейс и принюхался.
— Какие-то бумаги, — разочаровано сказал он Волку.
Роман тоже был растерян. В кейсе денег не было. Куча ничего не говорящих ему бумаг. Может быть, для кого-нибудь другого они и представляют ценность, но только не для волков.
— Это наверно акции, — сделал предположение Волчонок. — Тогда их можно продать.
— Ты что ли будешь продавать? — Волк усмехнулся.
Они перерыли весь кейс, но так ничего кроме таких же бумаг не нашли.
— Странная получилась охота, — мрачно сказал Роман. — Поймали добычу, которую нельзя съесть.
— Ерунда, — с детской беспечностью успокоил его Ваня. — Завтра мы будем удачливее. Не всегда же везет. Помнишь, мы гнали косулю, а она удрала от нас к леснику?
Роман промолчал. Да, тогда они сильно увлеклись погоней, и чуть было не попали под ружье. Сейчас, похоже, было на то же самое. Но бросать охоту на середине он не собирался. Значит, их встреча с банкиром была не последней.
Они жили в гостиничном номере уже третий день. С документами на Ваню у Романа не было никаких проблем. Деньги сделали все. Они купили самых неподкупных чиновников, а тех, кого нельзя было купить, попался один такой, Волк просто-напросто напугал. Теперь Ваня имел свидетельство о рождении и носил ту же фамилию, что и Роман. Они были братья по закону и спокойно разъезжали по всей стране. В том городе, где они жили, волки не охотились. Слишком это опасно. Зато перед ними лежали бескрайние просторы нашей необъятной родины, а волка, как известно, ноги кормят.
Волк давно уже не занимался мелкими делами, его больше не интересовали малиновые пиджаки. Он выслеживал крупную дичь.
Это стало его главной натурой. Волк не мог теперь жить просто так, как живут нормальные люди. Его снедала тоска. Страшная и невыносимая, справиться с которой можно было только одним способом. Как только приближался вечер, Волк выходил из логова, оставляя Волчонка одного. Он не боялся, что с мальчиком может что-нибудь случиться. Он обеспечил ребенка всем необходимым, для того, чтобы тот не скучал. Дорогие игрушки, видео, компьютерные игры. Больше ничего кроме детских забав у них в логове не было. Ваня только и делал, что целыми днями играл и веселился. Когда Волк возвращался с охоты и восстанавливал силы коротким, но глубоким сном, они выходили на улицу и шли развлекаться. Парки и атракционы, кинотеатры и музеи и конечно стадион. В школу Волчонок не ходил. Любой учитель обратил бы на него внимание, а это было нежелательно и даже опасно.
Страница 34 из 67
