Вступление автора. Давным-давно, еще в прошлой жизни, я открыл для себя Стивена Кинга. Знакомство с ним ошеломило до такой степени, что я всерьез считал его лучшим писателем на планете. Его творчество, несомненно, оказало значительное влияние на мои литературные потуги, что в итоге вылилось в активное участие в различных тематических конкурсах, проводимых разными интернет-сайтами.
Добавить в моё избранное
225 мин, 28 сек 10058
— скорбно продолжил Уллман, — похоже, мы ошиблись в выборе. Ваш предыдущий сменщик казался куда расторопнее. Мы возлагали большие надежды на вас, Грейди, и не хотелось бы признавать свое поражение.
— Но сэр… — Уллман поднял руку, отсекая возможные возражения.
— Мистер Грейди, руководство отеля и так было достаточно терпеливым ко всем вашим выходкам, но не кажется ли вам (Уллман сделал ударение на последних словах), что вы несколько отошли от дел? Нет, я ничего не хочу сказать плохого лично о вас, (каждое слово толстяка казалось маленьким обвинением в некомпетентности), но… — Уллман нарочно сделал паузу, как бы подчеркивая значимость сказанного. — Но, в настоящий момент сложилась особая ситуация, которая требует прямого вмешательства. Надеюсь, вы понимаете, о чем я толкую?
Грейди не понимал. Он пытался сообразить, чего хочет от него этот настырный сукин сын, но спиртное обволокло мысли белесой плотной пеленой, и голос Уллмана казалось, долетал с другого крыла здания, несмотря на то, что чертов толстяк, стоял прямо перед ним, дышал в пупок, притоптывая на месте от нетерпения.
Делберт сжал кулаки. В голове возникла и тут же пропала мысль, пронесясь по извилинам огненным метеором.
(А неплохо было бы врезать ему разок, док?)
Может быть.
Грейди покачнулся, и Уллман тут же сменил тактику. Если до этого он пытался донести свое видение дальнейших перспектив, мягким, но вместе с тем уверенным голосом, то теперь, Стюарт-мать-его-так-Уллман, завелся не на шутку. Каждое слово казалось отлитым из олова, да и сам управляющий как будто стал выше ростом, раздался в плечах.
— Эй, приятель! — Кричал Уллман. — Ты думаешь, мы тут в игрушки играем?
Грейди испуганно покачал головой, и сделал шаг назад, отметив, как по лицу управляющего скользнула нехорошая улыбка. Окрик босса вернул его на грешную землю — Делберт всхлипнул, пытаясь собраться.
— Нет, сэр… — почтительно прошептал он, и Уллман сменил гнев на милость.
— Мы давно следим за вами, мистер Грейди. Согласитесь, стать смотрителем ТАКОГО отеля, весьма неплохая карьера, для простого парня с улицы, не так ли?
Делберт покорно кивнул.
— Но не всех устраивает данное положение вещей. И с вашей стороны было бы весьма опрометчивым не обращать на это внимание… — Уллман повернул голову, словно прислушиваясь к чему-то.
И внезапно что-то произошло. Словно холодный вихрь пронесся по вестибюлю. Грейди оцепенев, смотрел, как меняется лицо босса. Оно поплыло словно воск свечи, принимая странные очертания. Глаза Уллмана вылезли из орбит, как будто в его голове взорвалась огромная новогодняя петарда.
Стюарт Уллман испугался!
— Это все они! — Завизжал он. — Эй, Грейди, сукин ты сын! Поднимай свой толстый зад — сделай что-нибудь!
Грейди удивленно смотрел на толстяка, что стучал ногами, надувал щеки напрасно сотрясая воздух. Он никогда не считал себя толстокожим увальнем, которому все до одного места, но и маменькиным сынком тоже не был. Похоже, наступал момент, которого он так долго ждал — время немного поторговаться, так сказать.
— Мистер Уллман. — вкрадчиво пробормотал Делберт Грейди, смотритель отеля «Оверлук». — Сдается мне, у вас проблемы?
Уллман смотрел на него, опешив от такой наглости. Грейди откровенно наслаждался ситуацией.
— А ты, я смотрю, крепкий орешек — наконец отозвался мистер Уллман. Он ухмыльнулся, заставив смотрителя попятиться. От фигуры управляющего повеяло холодом смерти, и Грейди прикусил губу, мысленно отругав себя, что связался с этим страшным человеком.
— Ничего, приятель — одобрительно прошипел Уллман. — Каждый получит то, что заслуживает. Это, если можно так выразиться, политика руководства. Но, Дел (ничего, если я тебя так называю, сынок?) — кое-что может стать преградой нашим стараниям. А еще, парень, взгляни-ка на это:
Музыка гремела так, что дрожал хрусталь на столиках, застеленных бардовыми скатертями. Конфетти было повсюду — в волосах прекрасных дам, за отворотами пиджаков, и даже в бокалах на неправдоподобно высоких ножках. Дорожки серпантина разрезали воздух, опадая волнительными спиралями, оплетая женские фигуры в обтягивающих платьях. И над всем этим великолепием царил божественный аромат виски.
(«Алекс Грейди» — тебе знаком этот вкус, так ведь!)
За огромным столом восседают мужчины в клетчатых костюмах. Широкополые шляпы скрывают лица, но и без того можно предположить, что за покером собрались вполне серьезные люди.
Женщины с блестящими глазами следят за игрой, ведь на кону кое-что весомее, чем просто деньги.
Хей, парень, ты можешь быть частью всего этого!
У них в кулаке целый мир, и такие парни как ты, часть этого мира. Ты можешь презирать всех этих олухов, что напялили дорогие одежды, а внутри полны гнили.
— Но сэр… — Уллман поднял руку, отсекая возможные возражения.
— Мистер Грейди, руководство отеля и так было достаточно терпеливым ко всем вашим выходкам, но не кажется ли вам (Уллман сделал ударение на последних словах), что вы несколько отошли от дел? Нет, я ничего не хочу сказать плохого лично о вас, (каждое слово толстяка казалось маленьким обвинением в некомпетентности), но… — Уллман нарочно сделал паузу, как бы подчеркивая значимость сказанного. — Но, в настоящий момент сложилась особая ситуация, которая требует прямого вмешательства. Надеюсь, вы понимаете, о чем я толкую?
Грейди не понимал. Он пытался сообразить, чего хочет от него этот настырный сукин сын, но спиртное обволокло мысли белесой плотной пеленой, и голос Уллмана казалось, долетал с другого крыла здания, несмотря на то, что чертов толстяк, стоял прямо перед ним, дышал в пупок, притоптывая на месте от нетерпения.
Делберт сжал кулаки. В голове возникла и тут же пропала мысль, пронесясь по извилинам огненным метеором.
(А неплохо было бы врезать ему разок, док?)
Может быть.
Грейди покачнулся, и Уллман тут же сменил тактику. Если до этого он пытался донести свое видение дальнейших перспектив, мягким, но вместе с тем уверенным голосом, то теперь, Стюарт-мать-его-так-Уллман, завелся не на шутку. Каждое слово казалось отлитым из олова, да и сам управляющий как будто стал выше ростом, раздался в плечах.
— Эй, приятель! — Кричал Уллман. — Ты думаешь, мы тут в игрушки играем?
Грейди испуганно покачал головой, и сделал шаг назад, отметив, как по лицу управляющего скользнула нехорошая улыбка. Окрик босса вернул его на грешную землю — Делберт всхлипнул, пытаясь собраться.
— Нет, сэр… — почтительно прошептал он, и Уллман сменил гнев на милость.
— Мы давно следим за вами, мистер Грейди. Согласитесь, стать смотрителем ТАКОГО отеля, весьма неплохая карьера, для простого парня с улицы, не так ли?
Делберт покорно кивнул.
— Но не всех устраивает данное положение вещей. И с вашей стороны было бы весьма опрометчивым не обращать на это внимание… — Уллман повернул голову, словно прислушиваясь к чему-то.
И внезапно что-то произошло. Словно холодный вихрь пронесся по вестибюлю. Грейди оцепенев, смотрел, как меняется лицо босса. Оно поплыло словно воск свечи, принимая странные очертания. Глаза Уллмана вылезли из орбит, как будто в его голове взорвалась огромная новогодняя петарда.
Стюарт Уллман испугался!
— Это все они! — Завизжал он. — Эй, Грейди, сукин ты сын! Поднимай свой толстый зад — сделай что-нибудь!
Грейди удивленно смотрел на толстяка, что стучал ногами, надувал щеки напрасно сотрясая воздух. Он никогда не считал себя толстокожим увальнем, которому все до одного места, но и маменькиным сынком тоже не был. Похоже, наступал момент, которого он так долго ждал — время немного поторговаться, так сказать.
— Мистер Уллман. — вкрадчиво пробормотал Делберт Грейди, смотритель отеля «Оверлук». — Сдается мне, у вас проблемы?
Уллман смотрел на него, опешив от такой наглости. Грейди откровенно наслаждался ситуацией.
— А ты, я смотрю, крепкий орешек — наконец отозвался мистер Уллман. Он ухмыльнулся, заставив смотрителя попятиться. От фигуры управляющего повеяло холодом смерти, и Грейди прикусил губу, мысленно отругав себя, что связался с этим страшным человеком.
— Ничего, приятель — одобрительно прошипел Уллман. — Каждый получит то, что заслуживает. Это, если можно так выразиться, политика руководства. Но, Дел (ничего, если я тебя так называю, сынок?) — кое-что может стать преградой нашим стараниям. А еще, парень, взгляни-ка на это:
Музыка гремела так, что дрожал хрусталь на столиках, застеленных бардовыми скатертями. Конфетти было повсюду — в волосах прекрасных дам, за отворотами пиджаков, и даже в бокалах на неправдоподобно высоких ножках. Дорожки серпантина разрезали воздух, опадая волнительными спиралями, оплетая женские фигуры в обтягивающих платьях. И над всем этим великолепием царил божественный аромат виски.
(«Алекс Грейди» — тебе знаком этот вкус, так ведь!)
За огромным столом восседают мужчины в клетчатых костюмах. Широкополые шляпы скрывают лица, но и без того можно предположить, что за покером собрались вполне серьезные люди.
Женщины с блестящими глазами следят за игрой, ведь на кону кое-что весомее, чем просто деньги.
Хей, парень, ты можешь быть частью всего этого!
У них в кулаке целый мир, и такие парни как ты, часть этого мира. Ты можешь презирать всех этих олухов, что напялили дорогие одежды, а внутри полны гнили.
Страница 50 из 65
